Мужчины, имеющие множество жён, живут в среднем на 12% дольше, чем их моногамные собратья. Статистическое исследование под названием «О бесполезности мужчин: как объяснить человеческое долголетие», представленное на международной конференции в Корнельском университете, показало, что продолжительность жизни мужчин в странах, для которых характерна полигамия, значительно больше, чем в странах, где у мужчины может быть только одна жена.
Разумеется, принимаясь за работу с таким провокационным названием, её авторы под руководством Вирпи Луммаа из британского Шеффилдского университета не планировали пропагандировать многожёнство и вычислять количество дней, которые может добавить к жизни мужчины каждая новая жена. Они преследовали куда более интересную цель — выяснить, почему мы живём так долго.
Человеческое долголетие совершенно противоестественно, и жить дольше 45–50 лет люди не должны. Человек — исключительное в животном мире создание, которое продолжает своё существование далеко за пределами репродуктивного возраста, и этот наблюдательный факт давно занимает учёных.
Мутации в человеческих генах происходят случайно, постоянно и неизбежно, и абсолютное большинство из них – вредны для человека. Даже замена единственной аминокислоты в белке, критически важном для жизни организма, может сделать этот белок бесполезным – например, изменив форму белка и сделав невозможным выполнение им его функции. Ведь большинство (если не абсолютное большинство – сказать точно пока никто не может) белков, кодируемых ДНК наших хромосом, нужны для того, чтобы катализировать химические реакции в живых клетках, и лишь малая их часть служат для того, чтобы быть, собственно, строительным материалом для мышц, костей, нервов и прочих элементов нашего тела. А форма молекулы – важнейший фактор для катализатора, и небольшие изменения здесь чреваты полной потерей его функции.
Вредные мутации, проявляющиеся до тех пор, пока человек размножается, эффективно отсеиваются в ходе эволюции. Слабые организмы оставляют меньше потомства, чем организмы сильные (или не оставляют его вовсе), а потому в следующее поколение опасные мутации не распространяются. Однако очевидно, что этот механизм не работает для мутаций, влияние которых проявляется по окончании детородного возраста, и за долгие годы эволюции в наших ДНК должна была накопиться уйма «ошибок», благодаря которым жизнь по окончании детородного возраста была бы невозможна.
Тем не менее мы доживаем и до 50, и до 60, и до 70 лет, и средняя продолжительность жизни человека последние тысячелетия только растёт.
Наиболее ярко эта загадка проявляется у женщин: ведь в отличие от мужчин, репродуктивная функция которых угасает постепенно, у женщин есть менопауза, знаменующая кардинальную перестройку организма, после которой деторождение становится невозможным. Почему же женщины не умирают сразу после этого, да и вообще, зачем тратить ресурсы организма на намеренное прекращение воспроизводства?
Существуют две основные гипотезы, предлагающие свои объяснения долголетия женщин, которые обычно называют «гипотезой бабушки» и «гипотезой матери». Первая предполагает, что бабушкина забота о внуках даёт женщине эволюционное превосходство и тем самым в популяции оказывается завышена доля людей с генами, позволяющими бабушкам дожить до возраста заботы о внуках. Вторая предполагает, что преимущество детям дают сами матери, которые посредством менопаузы высвобождают ресурсы для их воспитания.
Около полугода назад в American Journal of Physical Anthropology были опубликованы данные, заставившие усомниться в по-прежнему центральной «бабушкиной» гипотезе, однако вопрос этот пока ещё очень далёк от разрешения. Надо отметить, что и антагонизм этих гипотез, в общем-то, условный, поскольку фокус первой из них именно в объяснении долголетия, а происхождение менопаузы здесь вторично. Гипотеза матери же напрямую объясняет как раз появление этого уникальной в животном мире метаморфозы, а долголетия касается опосредованно.
переходный период от половой зрелости к пожилому возрасту.
Климакс у женщин проявляется нарушением периодичности менструального цикла до полного его прекращения, что свидетельствует о наступлении нового периода в жизни женщины – менопаузы. Наступает климакс обычно в возрасте 45-54 лет, чаще около 47 лет и продолжается в среднем 15-18 месяцев.
В основе климакса лежат сложные изменения во всей системе, регулирующей цикличные изменения в женском организме, включая центральную нервную систему (подбугровую область, или гипоталамус, диэнцефальную область, мозговой придаток (гипофиз)) и яичники. В яичниках прекращается созревание фолликулов и выхождение яйцеклеток (овуляция). Однако иногда овуляция продолжается ещё некоторое время после прекращения менструаций. Продукция гормонов, регулирующих циклические изменения, продолжается после прекращения менструаций и ещё в течение ряда лет в менопаузе.
Наблюдается и преждевременное наступление климакса (до 40 лет) - ранний климакс, и позднее (после 55 лет). Ранний климакс бывает обусловлен первичной недостаточностью яичников (позднее, в 17-18 лет, наступление первой менструации), тяжёлыми условиями жизни; играют роль также перенесённые инфекционные заболевания, потрясения, конституционная и наследственная предрасположения. Поздний климакс обычно возникает у женщин, у которых вследствие тех или иных причин имеются застойные явления в малом тазу, а также при фибромиомах матки. У одних менструации прекращаются сразу; у других - постепенно; нередко в климактерическом периоде могут наблюдаться маточные кровотечения, которые связаны с нарушением функции яичников и образования в них жёлтого тела.
Климакс более чем у половины женщин проходит гладко и не сопровождается какими-либо болезненными явлениями. Наряду с этим, особенно при затянувшемся или позднем, климаксе могут наблюдаться кровотечения (которые иногда обусловлены опухолью), а также ряд нарушений, объединяемых термином «климактерический синдром». Этот синдром особенно часто наблюдается ранней весной (февраль-март), что, по-видимому, связано с весенним гиповитаминозом, усталостью после зимнего периода, снижением солнечной радиации.
Придерживающиеся альтернативной точки зрения антропологи предполагают, что
долголетие мужчин — побочный эффект женского долголетия.
Ведь у мужчин, к примеру, имеются соски, которые им совершенно не нужны: из них никогда не польётся молоко, которым можно вскармливать своих детей (если, конечно, не накачивать мужчину женскими гормонами). Но природа, похоже, решила, что выгоднее оставить соски и мужчинам и регулировать их функцию гормонально, чем запихнуть в «мужскую» Y-хромосому какой-то регулятор, блокирующий их появление.
Вирпи Луммаа и Эндрю Рассел нашли свидетельства против такой неприятной для мужчин интерпретации. Как рассказала Луммаа в интервью британскому журналу New Scientist, они взяли данные Всемирной организации здравоохранения по продолжительности жизни в 189 государствах мира и сравнили, сколько живут мужчины в странах, где практикуется многожёнство, и в странах, для которых характерна моногамия.
Каждой стране, исходя из своих собственных представлений о её культуре и социальном устройстве, учёные присвоили «индекс полигамии». Как количество жён, разрешённое иметь мусульманину, индекс изменялся от 1 для стран вроде России, где многожёнство запрещено, до 4 для стран, где полигамия доминирует. После этого они попытались выявить связь между индексом полигамии и математическим ожиданием продолжительности жизни мужчин, которым перевалило за 60.
А значит, в продолжительность жизни человека внесли вклад и мужчины — независимо от женщин.
Теперь неплохо было бы найти механизм, способный объяснить такие результаты, ведь наличие статистической корреляции не позволяет даже выяснить, является ли долголетие следствием полигамии или полигамия следствием долголетия, и даже не являются ли они следствием одной и той же третьей причины.
Результат Луммаа и Рассела можно одинаково успешно объяснять всеми доступными способами. Например, причиной долголетия мужчин в полигамных странах может быть осознание ими необходимости заботиться о потомстве и, как следствие, большее внимание к своему здоровью.
Одновременно это может быть и большая забота многочисленных жён о здоровье стареющего мужа. Поскольку исследование касалось лишь мужчин старше 60 лет, то ранняя гибель молодёжи, оставшейся без ушедших в гарем к старикам женщин, на показатели продолжительности жизни не влияет.
Наконец, не исключено, что есть простая третья причина, связывающая показатели полигамии и долголетия, например религиозная. Ведь большинство мужчин, имеющих более одной жены, исповедуют ислам, а Коран не только разрешает иметь несколько жён, но и запрещает пить водку, которая так сокращает жизнь обитателям нашей страны.
