Птеродактили практически безраздельно господствовали в воздушном пространстве юрского (206–144 млн лет назад) и мелового (до 65 млн лет) периодов, разделяя его лишь со своими сородичами по группе птерозавров — рамфоринхами, обладавшими куда более узкими крыльями и длинным хвостом.
(Pterosauria, от латинского «летающие ящеры») — отряд вымерших летающих рептилий, подкласса архозавров. Жили в мезозое. Их крылья представляли собой складки кожи, натянутые между боками тела и очень длинным четвёртым пальцем передних конечностей. Грудина имела киль, как у птиц. Вытянутые в клюв челюсти могли нести зубы.
Два подотряда: Рамфоринхи — имели узкие крылья и длинный хвост; птеродактили имели широкие крылья и очень короткий хвост. Вымирание этой группы совпало с появлением птиц.
Птеродактили (Pterodactyloidea) — подотряд вымерших рептилий отряда летающих ящеров (птерозавров). Жили в юрском и меловом периодах.
Высокоспециализированная группа, приспособившаяся к жизни в воздухе. Для птеродактилей характерен сильно удлинённый лёгкий череп. Зубы немногочисленные и мелкие; чаще они отсутствовали. Шейные позвонки вытянутые, без шейных рёбер. Крылья мощные широкие; летательные пальцы складывающиеся. Хвост очень короткий. Кости голени сращенные. Размеры птеродактилей сильно варьировали — от мелких, величиной с воробья, до гигантских птеранодонов с размахом крыльев до 8 метров и аждархид (кецалькоатль, арамбургиана) с размахом крыльев до 12 метров.
Мелкие питались насекомыми, крупные — рыбой и др. водными животными. Останки птеродактилей известны из верхнеюрских и меловых отложений Западной Европы, Восточной Африки и обеих Америк, Австралии, в России — Поволжья.
Останки предыдущего «малыша», а точнее только часть грудной кости, были найдены в Поволжье, в Ундоровском палеонтологическом заповеднике. Размеры рамфоринха, по примерным оценкам, скорей напоминали голубя.
Обладателя скелета, обнаруженного в западной части провинции Ляонин, назвали Nemicolopterus crypticus. Ученые считают, что он обитал в лесах 120 миллионов лет назад и питался насекомыми. Древесный образ жизни был возможен благодаря наличию у немиколоптера искривленных когтей на пальцах ног, практически таких же, как и у современных лесных птиц.
Эти когти позволяли неплохо удерживаться на ветвях хвойных деревьев и их предшественников, о которых нам сегодня напоминает только дерево гинкго.
Это существенно отличает его от большинства сородичей, питавшихся рыбой и экономивших энергию за счет гигантских, по нашим меркам, крыльев, как, например, у кецалькоатля или арамбургиана.
Ученые подчёркивают, что скелет принадлежал хоть и молодому животному, но не «птенцу», только вылупившемуся из яйца. Этот вывод был сделан в результате анализа оссификации — содержания кальция и фосфатов. Соотношение органической и неорганической составляющих в костях рептилий 100 миллионов лет назад менялось так же, как и у людей сейчас.
С точки зрения эволюции, это более ранняя и примитивная особь, от которой произошли все остальные птеродактили, научившиеся позже и питаться рыбой, и преодолевать гигантские расстояния через океан благодаря теплым потокам воздуха.
Хотя немиколоптер и питался насекомыми, он вряд ли был таким же хорошим охотником, как ласточки или стрижи, достигшие совершенства в технике полета. Ящер так же, как и все пернатые, пожертвовал зубами и прочностью костей — они у него полые, но все равно проигрывал современным птицам в развитии нервной системы и скорости обмена веществ, которые позволяют ловить насекомых на лету.
Изучив изменения, происходившие во флоре во время потепления на границе палеоцена и эоцена, когда температура арктических вод достигала «тропических» 23 градусов, ученые считают, что лиственные растения могут серьезно пострадать при глобальном потеплении.
Хотя масштабы феномена 56-миллионлетней давности были куда значительней, чем результат современной деятельности человека, насекомым этого может быть вполне достаточно.
Ученые изучили повреждения, оставляемые современными насекомыми на тропических растениях, выделив 50 типов, варьирующих по форме и размеру. Та же самая работа была проведена и с ископаемыми листьями, а точнее с их отпечатками, деревьев эпохи палеоцена, раннего эоцена и разгара палеоцен-эоценового потепления.
На ископаемых останках времен потепления, ученые обнаружили увеличение числа повреждений с 33 до 57 процентов. Это объясняется не просто более благоприятными условиями для размножения насекомых.
Как объяснили исследователи, при повышении температуры и содержания углекислого газа в воздухе, создаются оптимальные условия для фотосинтеза, а потому растения могут обеспечить себя энергией, не откладывая много белка в листьях. Соответственно, насекомым, чтобы себя прокормить, надо есть гораздо больше.
По мнению ученых, такая же нелегкая судьба ожидает в скором времени и, как минимум, тропические растения.
По мнению палеонтологов, находка должна пролить свет на эволюцию летающих рептилий, а также получить более детальную картину экосистемы того времени. Но, в любом случае, она «сделала» подотряд птеродактилей гораздо разнообразней, что делает ещё более сомнительной гипотезу о постепенном вытеснении их птицами.
Более подробно с описанием реликвий можно ознакомиться в последнем выпуске Proceedings of the National Academy of Sciences.
