Пенсионный советник

В близнецах поймали стволовые клетки рака

Обнаружены клетки — предшественники лейкемии

Пётр Смирнов 19.01.2008, 15:42

Наблюдения за близнецами помогли учёным обнаружить клетки — предшественники одного из видов рака — лейкемии. Непонятным остаётся, что заставляет эти клетки порождать болезнь. Ведь есть они примерно у 1% населения Земли.

Ученые «выловили» клетки, являющиеся первоисточником самой распространенной формы рака у детей – острой лимфобластической лейкемии. Специалисты из Оксфорда, Лондона, Нагои и Турина последовали получающей всё большее распространение теории «раковых стволовых клеток», согласно которой среди опухолевых клеток тоже есть небольшая популяция «предшественников», способных делиться, превращаясь в более дифференцированные и более агрессивные.

Теоретически для опухолей, подобных лейкемии, эта гипотеза наиболее правдоподобна, ведь в крови встречаются уже более специализированные клетки. Правда, точно установить предшественника, а следовательно, и доказать это не удавалось до сегодняшнего дня. Возможным это стало благодаря способу, изобретенному задолго до современной иммунологии и клеточной биологии.

Лейкемия

(от греческого «белая кровь»), лейкоз, белокровие – опухолевое системное заболевание кроветворной ткани. При лейкемии происходит нарушение кроветворения, выражающееся в разрастании незрелых патологических клеточных элементов как в собственно кроветворных органах, так и в других органах (почках, стенке сосудов, по ходу нервов, в коже и тому подобных). Лейкемия – редкое заболевание (1 на 50 тысяч человек).

В большинстве случаев у пациентов с лимфобластической лейкемией встречается необратимая хромосомная аномалия, заключающаяся в слиянии двух генов. Правда, установить момент, когда это происходит, и остановить процесс онкологам пока не удавалось.

Тарик Энвер и его коллеги применили «близнецовый» метод, используемый обычно только в генетике. Они наблюдали пары близнецов, и в случае с сестрами Изабеллой и Оливией Мёрфи им улыбнулась удача.

Оливия уже некоторое время проходила курс лечения по поводу лимфобластической лейкемии, у её сестры признаков заболевания не обнаруживалось. Но ученые логично предположили, что если заболевание обусловлено клетками-предшественниками, то в организме Изабеллы они тоже должны быть, правда, в малоактивной форме.

«Здоровый близнец всегда позволяет вам вернуться на некоторое время назад и посмотреть, как всё произошло», — пояснил Энвер журналу Nature.

Не удивительно, что у Изабеллы им удалось обнаружить эту самую субпопуляцию, названную «прелейкемичными» клетками. Пересадив их иммунодефицитным мышам, ученые добились воспроизведения у грызунов состояния, похожего на лейкемию, и даже дальнейшего превращения «прелейкемичных» клеток в более дифференцированные.

В качестве главного достижения своей работы специалисты отмечают изменение понимания возникновения, а следовательно, и методов лечения болезни. Ведь современная химиотерапия направлена на искоренение всех опухолевых и неопухолевых клеток в придачу, хотя достаточно было бы прицельно уничтожать «предшественников» с помощью гораздо менее болезненных способов, например клеточных вакцин.

Энвер также отмечает, что их открытие не стоит понимать слишком буквально и начинать повальный скрининг всех новорожденных на эту мутацию.

Во-первых, найти такие клетки не настолько просто, и этот метод гораздо сложней любых других методов скрининга, обязательно использующихся на сегодняшний день. А кроме того, для развития лейкемии необходимы ещё несколько факторов, причем не только генетически обусловленных, что делает невозможным определить точную частоту развития болезни при наличии этих «прелейкемичных» клеток.

«Много затрат и беспокойства и очень мало выгоды», – отмечает учёный.

Ведь родители, у ребенка которых было бы диагностировано подобное состояние, потратили бы уйму времени, нервов и средств на постоянные медицинские исследования и контроль, когда переход от прелейкемии к лейкемии очень маловероятен, а самое главное, плохо изучен. «Прелейкемичные» клетки присутствуют у примерно 1% людей, считают специалисты, но лейкемия развивается лишь в одном случае на несколько сотен.

В случае Изабеллы вероятность нежелательного процесса всё-таки выше и составляет около 10%, хотя Энвер и отмечает, что это всего лишь догадка, не имеющая в своем основании никаких точных расчетов.

Самое главное – уже сегодня можно частично использовать открытие ученых в клинической практике, оценивая эффективность проводимого лечения.

Теперь стало ясно, что важно уничтожить именно эти «прелейкемичные» клетки, а следовательно, очень важно знать не только общее число опухолевых клеток, остающееся в крови после, скажем, химиотерапии, но и скольким «прелейкемичным» клеткам этот или иной метод терапии позволил остаться в крови.

Работа Энвера и его коллег опубликована в последнем номере журнала Science.