Цивилизация
В понедельник комитет Госдумы по конституционному законодательству рекомендовал принять в первом чтении законопроект, увеличивающий срок давности для привлечения к административной ответственности НКО, нарушившие законодательство об иностранных агентах, с трех месяцев до одного года.
Инициатива была внесена председателем комитета по конституционному законодательству Владимиром Плигиным и членом комитета Владимиром Поневежским, который также является представителем Госдумы в Верховном и Высшем арбитражном судах и Генпрокуратуре. В пояснительной записке говорится, что экспертные исследования для соответствующих административных дел требуют большего количества времени, чем три месяца.
Изменения потенциально коснутся как организаций, которые уже включены в реестр иноагентов, так и тех, которые функцию агента выполняют, но в список Минюста пока не попали.
Согласно ст. 19.34 КоАП РФ, нарушение порядка деятельности НКО, выполняющей функцию иностранного агента, влечет за собой административный штраф от 100 тыс. до 300 тыс. руб. для должностных лиц и от 300 тыс. до 500 тыс. руб. для юридических.
Помимо увеличения срока давности для привлечения к административной ответственности НКО-иноагентов, Плигин и Поневежский предлагают исключить из рассмотрения подобных дел мировые суды, передавая их только в компетенцию районных. Авторы поправок ссылаются на судебную практику, согласно которой постановления, выносимые мировыми судьями по ст. 19.34 КоАП, нередко изменяются вышестоящими инстанциями «по причине неправильного применения закона».
Сопредседатель движения «Голос» Григорий Мельконьянц заявил «Газете.Ru», что инициативы единороссов направлены на ужесточение законодательства. Так, трехмесячный срок давности для привлечения к административной ответственности НКО-иноагентов, по его словам, был «разумен», поскольку тяжесть соответствующих правонарушений, как правило, невелика: «Есть практика, когда по процессуальным нарушениям дела прекращались. Это было удобно и судам».
Эксперт отдельно обращает внимание на следующий аспект: в случае, когда речь идет об иноагентах, которые уже внесены в реестр, применение нормы об увеличении срока давности будет обозначать усиление «контроля». Основанием для привлечения к административной ответственности, например, может стать распространение материалов НКО без указания ее принадлежности к иноагентам.
«Увеличивая срок давности, власти дают себе больше маневра, чтобы подлавливать и в режиме нон-стоп привлекать к административной ответственности», – заключает Мельконьянц.
Что касается нормы об исключении «дел иноагентов» из подсудности мировых судов, то, по словам Мельконьянца, «чем меньше звеньев, тем меньше возможностей для обжалования решений».
Член Общественной палаты и Совета по правам человека Елена Тополева-Солдунова обращает внимание, что инициатива об увеличении срока давности дает проверяющим органам больше времени для обоснования своих решений по правонарушениям в законодательстве об иностранных агентах. Однако, по мнению эксперта, «срок в один год ничем не обоснован».
Также правозащитник напоминает, что введение подобных норм на данный момент точно не так актуально, как отмена или хотя бы уточнения закона об иностранных агентов в целом. «Прежде всего нужно остановить его субъективное правоприменение», – уверена эксперт.
В свою очередь директор Института мониторинга эффективности правоприменения Елена Лукьянова считает, что внесенные поправки могут и улучшить положение иностранных агентов: «Не думаю, что это ужесточение. На мой взгляд, это, скорее, попытка исправить действующее законодательство, правоприменительная практика которого просто жуткая».
Если срок давности для привлечения иноагентов к административной ответственности действительно будет увеличен с трех месяцев до одного года, то такая ответственность, по мнению Лукьяновой, может и не наступить, поскольку будет больше времени для проведения соответствующих экспертиз.
