Судья Хамовнического суда Виктор Данилкин огласил приговор по второму делу Михаила Ходорковского (признан в РФ иностранным агентом и внесен в список террористов и экстремистов) и Платона Лебедева. Оба получили по 13,5 лет лишения свободы, а с учетом формулы частичного сложения сроков должны провести в заключении по 14 лет. Сейчас они отбывают восьмилетние сроки по приговору 2005 года. Выйти на свободу бывшие руководители ЮКОСа должны в 2017 году (Ходорковский в октябре, Лебедев в июле), накануне президентских выборов 2018 года.
Ходорковский и Лебедев признаны виновными в хищении нефти дочерних предприятий ЮКОСа по части 3 статьи 160 УК РФ и легализации части вырученных от продажи похищенной нефти средств по части 3 статьи 174.1 УК РФ. Судья точно исполнил просьбу прокуратуры — гособвинение также просило обоим по 14 лет лишения свободы. Максимально возможный срок за такие преступления – 15 лет.
Услышав решение судьи, мать Ходорковского Марина Ходорковская воскликнула: «Будьте вы прокляты и потомки ваши!»
Данилкин начал читать приговор по второму делу Ходорковского и Лебедева с опозданием на 12 дней. Первоначальная дата оглашения приговора была перенесена с 15 на 27 декабря, на 10 часов утра.
Борис Немцов, сопредседатель партии ПАРНАС
— Это позорище! Никакого отношения к правосудию приговор не имеет. Это политическая вендетта и месть Путина Ходорковскому. Приговор означает далекоидущие последствия для России: никто в такой стране деньги хранить не захочет. Это эмиграция капитала, и забудьте про «модернизацию и инновацию». Стало понятно, кто в доме хозяин.
Страной управляет пахан. Как только мы этот режим отправим на свалку истории, Миша выйдет. Могу сказать только: «Миша, держись!» Я завтра пойду на Триумфальную, в том числе в связи с сегодняшним приговором.
Андрей Исаев, первый заместитель секретаря президиума генсовета «Единой России»
— Я не юрист, поэтому мне сложно комментировать. Был суд — суд разбирался в этом вопросе. Если мы живем в законопослушном обществе, то суд имеет право назвать человека преступником. Ходорковский обвиняется в серьезных преступлениях. Хочу напомнить, что в момент, когда он эти преступления, видимо, совершал (это были 90-е годы), старушки умирали в очередях за пенсией — в том числе потому, что Ходорковский не платил налоги.
Геннадий Гудков, зампред фракции «Справедливая Россия»
— Я разочарован, поскольку считал, что будет более справедливый и объективный договор. Этого не произошло. Все это не очень хорошо выглядит, особенно если учитывать, что оглашение было перенесено ближе к новогодним праздникам — видимо, чтобы заглушить дискуссию. Какая может быть оценка за рубежом? Мне даже думать неприятно. Понимаю, какой ущерб это нанесет имиджу России. Я надеялся, что мы возьмем курс на некоторую либерализацию. Ходорковский не самый худший олигарх, а пострадал больше всех.
Павел Данилин, шеф-редактор портала Кремль.Org
— В целом приговор может выглядеть суровым, но мне кажется, он достаточно справедливый. Четырнадцать лет за те преступления, которые совершил Ходорковский, не представляются таким уж суровым наказанием. Да, им придется отсидеть больше, чем
они планировали, но Невзлин, например, вообще не сидит, а Пичугин сидит пожизненно. Ходорковский и Лебедев, может быть, и расстроены, но приговор справедлив.
Проблема в том, что пенитенциарная система должна быть направлена на исправление человека, а Ходорковский и Лебедев — они же не раскаиваются. Если бы они сказали, что раскаиваются, я думаю, и фемида была бы к ним более снисходительна. А так, когда они уверяют, что они чисты, как младенцы, а у их службы безопасности руки в крови, возникают вопросы.
Леонид Гозман, сопредседатель «Правого дела» (цитата по РИА «Новости»)
— Решение суда — абсолютно необоснованная и бессмысленная жестокость. Приговор, как и сам процесс, это все стыдно для страны. Его объявили фактически под покровом ночи, в такой момент, когда Новый год, вторая половина дня, и понятно, что внимание общественности, средств массовой информации снижено сейчас. Мне за мою страну в этой ситуации стыдно.
Сергей Митрохин, лидер партии «Яблоко» (по РИА «Новости»)
— Этот приговор незаконен: там нет ничего общего с правосудием. Это форма политических репрессий и устрашения крупного бизнеса, чтобы представители крупного бизнеса не пошли по пути Ходорковского, который бросил вызов олигархической системе в нашей стране и нарушил принцип лояльности по отношению к власти.
Михаил Федотов, глава президентского совета по развитию институтов гражданского общества и правам человека
— Могу сказать только, что совет будет изучать этот приговор и будет создана специальная рабочая группа при совете с участием экспертов, специалистов. И в результате мы придем к какому-то мнению и доложим его президенту, сделав его достоянием гласности.
Марина Ходорковская, мать Михаила Ходорковского (судье Виктору Данилкину)
— Будьте вы прокляты и потомки ваши!
Глеб Павловский, президент Фонда эффективной политики
— Приговор всесторонне плох — и с точки зрения своей юридической неясности, и в качестве очевидной негуманности, из-за того что не принято во внимание даже то, что принимал советский суд, потерю «социальной опасности» заключенных. ЮКОСа-то нет — так кому и за что выносится приговор? Людям, которые давно находятся в тюрьме и сделать ничего не могут, даже если бы очень хотели? Более важно, что обвинение вместе с другими властями создали ощущение политизированности приговора. Послевкусие будет именно таким: судья Данилкин — даже будь он втайне смертельным врагом Ходорковского и хоти дать ему максимальный приговор, и сделай это совершенно независимо, по своему собственному свободному суждению, — так никто в это не верит, а все считают, что приговор носит политический характер. Вот это и плохо — потерянный имидж независимой судебной власти и созданный, может быть и ложный, имидж всемогущей исполнительной власти, которая устами премьера перед лицом всей страны сообщает суду, что Ходорковский виновен.
Сегодня всюду, где есть враги России, они могут пить шампанское. Это идеальный медийный артефакт для изображения «страшной России, в которой возможно все». То, что обвинение не смогло объяснить обществу внутри самой России, — тем более оно не сможет объяснить это и за рубежом. Это будет использовано в огромном количестве антироссийских кампаний.
Борис Березовский, политический беженец в Великобритании
— Первое. Я считаю, что это приговор не Ходорковскому. Этот приговор они сами себе вынесли. Они вынесли приговор, что их вынесут ногами вперед. Их из Кремля вынесут ногами вперед. Они сказали тем самым, что они, как им кажется, пришли навечно. И добровольно они оттуда не уйдут. И сказали это открыто всему миру и России.
Леонид Невзлин, деловой партнер Михаила Ходорковского
— Сегодняшний день принес с собой жестокое разочарование, прежде всего связанное с основополагающим представлением о том, что человек рожден свободным. Страшный приговор моим друзьям не поддается пониманию. Но я убежден, что всем нам необходимо осмыслить эту несправедливость. Поэтому я решил обратиться к вам и поделиться своим отчаянием и своей надеждой.
Российский суд, который не предоставил моим друзьям возможности справедливого разбирательства, был лишен своего независимого голоса. А «судья» буквально выдал за приговор заключение прокуратуры, продиктованное Кремлем. Двадцать месяцев судебного разбирательства выброшены на помойку. Уже ни у кого не осталось сомнений, что единственная цель этого спектакля – держать Ходорковского за решеткой, пока Путин остается у власти.
Вячеслав Никонов, президент фонда «Политика»
— Не думаю, что приговор можно считать важнейшим событием уходящего года. Таким он будет для тех, кто пристально следил за вторым процессом, или тех, кто считает, что на Ходорковском и Лебедеве никакой вины не было. Вторым процессом я, честно говоря, особо не интересовался, потому что очевидно было заранее жесткое решение прокуратуры. Материалы следствия указывали на то, что срок будет увеличен, — так оно и произошло. Для меня это не стало неожиданностью, когда были предъявлены обвинения: было очевидно, что так оно и будет. Дело Ходорковского уже возымело все политические последствия: это удар по имиджу страны, по инвестиционному имиджу, но ничего нового это не добавит. Не изменит приговор (ничего) и в расстановке сил между властью и оппозицией. Хотя судьба Ходорковского и число лет, которые он проведет в тюрьме, могут стать предметом определенного торга и фактором политической борьбы в избирательной кампании, если кто-то из кандидатов или партий, которые будут участвовать в этих выборах, будут поднимать этот вопрос в качестве важного политического вопроса. Это верно и для 2011, и для 2012 года.
Из слов судьи следовало, что Ходорковский и Лебедев подменили собой ЮКОС, выстроив «сложную систему, состоящую из множества компаний, управлявшихся не их формальными руководителями, а членами организованной группы», в которую входили Ходорковский и Лебедев. Система компаний была известна только членам ОПГ: от рядовых сотрудников ЮКОСа она скрывалась. В компании велась двойная бухгалтерия и составлялась двойная отчетность — по российским и зарубежным стандартам. Данные в отчетности различались в разы, показал на примерах Данилкин. Ранее о разных стандартах отчетности рассказывали и подсудимые, объясняя разницу в данных тем, что российский стандарт не включает в себя сведения обо всех компаниях, связанных с основной, а зарубежный стандарт (US GAAP) включает. Однако показаниям Ходорковского и Лебедева судья уже несколько раз выражал недоверие.
«Ходорковский и Лебедев виновны в хищении (нефти) путем присвоения посредством совершения многочисленных правонарушений под влиянием злонамеренности», — подытожил судья.
Чтобы раскритиковать позицию стороны защиты в целом, Данилкину потребовалось чуть больше часа: показания всех свидетелей защиты, включая бывшего премьера Михаила Касьянова (признан в РФ иностранным агентом, включен в список террористов и экстремистов) и бывшего главу Центробанка Виктора Геращенко, были сочтены несостоятельными, недостоверными и не вызывающими доверия. В частности, показания бывших сотрудников ЮКОСа были забракованы на том основании, что Ходорковский и Лебедев платили этим людям зарплату. Слова иностранных экспертов, анализировавших деятельность ЮКОСа, суд также отринул, мотивировав свое решение тем, что эксперты «не специалисты в вопросах российского права» и «не работали в компании» ЮКОС.
Пока судья говорил, Ходорковский что-то быстро писал на желтых стикерах и передавал их адвокату Елене Левиной. Иногда записки получали адвокаты Вадим Клювгант и Юрий Шмидт. Прочитав написанное и одобрительно покивав Ходорковскому, защитники тоже передавали желтые листочки Левиной, которая переписывала содержание записок в свой ноутбук. Очевидно, таким образом Ходорковский вел Twitter: на http://twitter.com/khodorkovsky выложено множество его комментариев к приговору.
В частности, Ходорковский интересуется, «даст ли президент Дмитрий Медведев судье Данилкину медаль? А (прокурору Валерию) Лахтину?» Экс-глава ЮКОСа также высказывает уверенность в том, что «теперь в ЕСПЧ и Гааге не объяснить, что ЮКОС должен был платить налоги».
«Приговор настолько глупый, просто «шедеврально». Смотрите сегодня за юристами. Настоящие будут в депрессухе. Возможен суицид :)», — оценил старания Данилкина Ходорковский.
Лебедев, как и прежде уделявший основное внимание кроссворду (но успевавший хихикать над пассажами приговора, казавшимися ему смешными), написал только одну записку. В ней тоже был короткий комментарий к приговору:
«Данилкин признал получение так называемыми потерпевшими в 2000–2003 годах прибыли более 2 млрд долларов в результате так называемого «хищения» нефти», — написал Лебедев. «Это опровергает все обвинения», — добавил адвокат Лебедева Константин Ривкин.
После того как судья Данилкин объявил получасовой обеденный перерыв вместо обычного часового, стало ясно, что сроки наказания будут названы сегодня. На первом этаже суда обнаружились телекамеры и фотокоры, что только укрепило эту уверенность. После обеда, который большинство журналистов провели на лестнице возле зала суда, чтобы не потерять место в зале, Данилкин еще немного пожалел аудиторов ЮКОСа, у которых, по его мнению, не было достоверной информации о ЮКОСе, так как ее не было и у самого ЮКОСа. «Эта информация принадлежала лично Ходорковскому и Лебедеву, которые могли ею манипулировать», — сообщил судья, в очередной раз посмешив Лебедева.
Перейдя к резолютивной части приговора, Данилкин согласился с прокурорами в вопросе о необходимости снижения объемов похищенной нефти, хотя и признался, что с методикой расчетов незнаком, так как прокуратура ее ему не представила.
В то же время судья отказался переквалифицировать обвинение по статье 160 (хищение) с третьей части на четвертую (в редакции 2010 года), как просила прокуратура. По словам Данилкина, четвертая часть ст. 160, которая есть в УК сейчас, содержит понятие «особо крупного» размера хищения. Этого не было в момент совершения преступления Ходорковским и Лебедевым и это может ухудшить их положение, пояснил судья.
Одновременно судья сообщил, что квалифицирует преступления Ходорковского и Лебедева как «совершенные с использованием должностного положения», так как они распоряжались вверенным им имуществом «дочек» ЮКОСа.
По словам Данилкина, при вынесении приговора он учел смягчающие обстоятельства, в частности наличие детей у обоих подсудимых и хронических болезней у Лебедева.
Надежды на условный приговор (если они у кого-то были) Данилкин также на всякий случай убил, заявив, что «исправление Ходорковского и Лебедева возможно только в изоляции от общества».
После оглашения сроков приставы настоятельно попросили всех покинуть зал. В суматохе на голову корреспондентки Associated Press упал тяжеленный телештатив. Девушка закричала, потом начала рыдать: по словам очевидцев, она упала и не могла подняться. Жуткие звуки поставили соответствующую точку в процедуре.
Правда, для родственников подсудимых и их самих на этом еще ничего не закончилось: после того как журналистов из зала вывели, судья продолжил оглашать постановление о прекращении уголовного дела по эпизоду о хищении акций «Восточной нефтяной компании» в связи с истечением срока давности (как просила прокуратура).
Вышедший к оставшимся журналистам Шмидт назвал приговор Хамовнического суда «безобразным и вынесенным под давлением исполнительной власти и лично Путина» и пообещал его обжаловать. Клювгант, появившийся позже, назвал приговор «преступной расправой», пообещав «инициировать уголовное преследование всех виновных (в ней)». На вопрос, будут ли подзащитные подавать прошение о помиловании Медведеву, Клювгант уверенно заявил «нет».
Ходорковский в Twitter написал, что его и Лебедева «пример показывает: не надейтесь в России на судебную защиту от чиновника. «Правило Чурова» (о том, что Путин всегда прав) работает».
Гособвинители приговор пока не прокомментировали. Решение может быть обжаловано в течение 10 дней с момента его получения подсудимыми. В силу приговор еще не вступил.
Приговор уже вызвал крайне негативную реакции на Западе. Официальный представитель Белого дома заявил, что приговор Ходорковскому осложнит процесс вступления России в ВТО, который должен завершиться в 2011 году. «Большинство стран во всем мире не смотрят на этот приговор как на демонстрацию верховенства закона в России. Это однозначно отразится на репутации России», — отметил представитель администрации Барака Обамы. Председатель Европарламента Ежи Бузек заявил, что «процесс против Михаила Ходорковского стал лакмусовой бумагой, показавшей, в каком состоянии находится правовая система в сегодняшней России». По мнению Бузека, Ходорковский «превратился в символ системных проблем российской судебной власти». Приговор прокомментировала также канцлер Германии Ангела Меркель. По ее словам, приговор оставляет впечатление политически мотивированного и противоречит заявленному желанию России добиваться верховенства закона.
