Театровед Алексей Бартошевич рассказал, в чем «служение в театре» выражалось раньше.
«Сейчас я читаю дневник, который в 1920-е годы вел милиционер по фамилии Гаврилов. Он был дежурным милиционером во МХАТе, у него было свое место в зрительном зале. Он сидел на спектаклях и, с одной стороны, смотрел за порядком, а с другой — за игрой актеров.
Знал всех артистов и каждый вечер замечал, что актер изменил в такой-то сцене, что получилось лучше, а что хуже. После показа шел к в гримерку и говорил, мол, вы сегодня сделали этот момент не так, как вчера. Театр внушал ему большую любовь, он чувствовал себя частью этого мира, человеком Художественного театра», — цитируют его «Известия».
