Цивилизация
Стоит сразу обозначить, что «На Париж» — не совсем то кино, которым может показаться на первый взгляд. Это не тяжеловесная военная драма о тяготах Великой Отечественной, не сбитый по голливудским лекалам боевик о тяжелой участи советских солдат и не агитка, прославляющая достижения страны, которой уже нет. В общем-то, его и военным в полной мере назвать нельзя — ту самую запись эфира Левитана мы слышим в первые же пять минут экранного времени.
Историю об авантюрном марш-броске «Берлин — Париж» Станислав Говорухин услышал от Героя Советского Союза Александра Милюкова, танкиста, в конце апреля 1945 года штурмовавшего столицу нацистской Германии. Легендарный режиссер так поразился его рассказом, что тут же захотел сделать из него кино.
Снимать ленту по мотивам этих событий начали около двух лет назад, еще при жизни народного артиста. «На Париж» стал его последней работой.
Во время премьерного показа фильма на Московском международном кинофестивале Сергей Саркисов, который с этой картиной дебютировал в качестве режиссера и сценариста, рассказал, что на съемочной площадке старался давать артистам максимум творческой свободы. В результате такого подхода на выходе получилось в меру безумное и дурашливое роуд-муви, моментами напоминающее советские комедии: свойственная им необязательность особенно прослеживается в ярких актерских этюдах.
Мощнее всего выступают, конечно, заслуженные мастодонты: безупречно пьянствующий Михаил Ефремов, не менее удачно стреляющий южнорусским говором Федор Добронравов, очаровательно угрюмствующий Сергей Маковецкий.
Трио главных героев тоже вполне крепкое — Дмитрий Певцов, Евгений Стычкин и Торнике Квитатиани играют довольно незамысловатых, но запоминающихся персонажей, которых легко будет обнаружить практически в любой компании друзей. Майор Воронин — главный заводила. Капитан Стержнев — эрудит-зазнайка. Капитан Бакрадзе — душа компании: в нужное время молчит, а когда надо — споет.
Собственно, один из самых проникновенных эпизодов — грузинская песня под расстроенную гитару в борделе под Парижем. Роль хозяйки заведения, мадам Рембо, тут исполняет, разумеется, Рената Литвинова — в платье и с сигаретой на кончике мундштука (кажется, она и в жизни так ходит).
За всем этим легкомыслием, впрочем, кроется чуть более сложная конструкция. В какой-то момент «На Париж» начинает удивлять расстановкой акцентов — тогда окончательно становится понятно, что это явно не то военно-патриотическое кино, которое мы привыкли видеть 9 мая на больших экранах.
Разбитые немцы здесь подчеркнуто карикатурны, — будь то подвернувшийся Воронину нацистский генерал на «мерседесе» или дрожащий как осиновый лист герой Даниила Вахрушева.
«Свои» же порой особенно суровы и, невзирая на недавнюю победу, готовы обрушить всю тяжесть закона на героев, отправившихся в самоволку, — а те, в общем-то, хотели просто посмотреть на «Мону Лизу».
В конечном итоге «На Париж» оказывается фильмом об обманчивости и скоротечности эйфории от одержанной победы — и о том, как легко в этом чувстве потеряться, забыв о действительности и последствиях. Так что, возможно, пора бы уже с ним расстаться и двигаться дальше.
На фоне недавних результатов опроса «Левада-центра» о роли Иосифа Сталина в истории СССР такая оптика выглядит особенно занятно, но в то же время закономерно: в конце концов, этот фильм придумал Говорухин, который говорил, что войну выиграл не Сталин, и не Жуков, и не Ворошилов — а народ.
