Цивилизация
Постепенно выходящий в тираж автор романов про ведьм Холл Балтимор (Вэл Килмер) совершает промо-вояж по городам и весям Америки. Очередей из жаждущих автографа читателей не видать, жена появляется в «Скайпе», только чтобы рассказать об очередной порции неоплаченных счетов, издатель слышать ничего не желает о смене жанра и в обмен на аванс требует прислать синопсис новой страшилки. А Балтимор больше про ведьм не может — ему бы написать настоящую книгу, роман всей своей жизни, opus magnum. В общем, рука так и тянется к бутылке, и маршрут известен, но остановка в очередном городке затягивается, когда к Холлу с деловым предложением подкатывает местный шериф (Брюс Дерн). Блюститель закона отводит гостя в морг, показывает девушку с осиновым колом в груди, стращает маньяком-убийцей и рекламирует себя в качестве героя нового бестселлера, который непременно следует написать в соавторстве. Чтобы на обложке значилось: «Бобби Лагранж (с таким именем никакой псевдоним не нужен) и Холл Балтимор».
Когда Фрэнсис Форд Коппола после долгих лет продюсирования и тяжб с киностудией Warner Bros. поправил беспокоившее его финансовое положение семьи, он объявил, что возвращается к истокам. То есть к независимому во всех смыслах кино и прочь от голливудской студийной системы. Теперь Коппола самостоятельно финансирует свои фильмы, сценарии к которым, кстати, тоже пишет сам. Согласно заявленной режиссером программе по спасению себя, «Между» завершает своего рода трилогию, начатую фильмом «Молодость без молодости» и продолженную картиной «Тетро».
Три фильма подряд Коппола разбирался с личным: то есть с творческим кризисом, грузом прошлого и страхами настоящего и будущего.
В «Молодости» стареющий лингвист терял любимую женщину и надежду завершить труд жизни, попадал под молнию и загадочным образом молодел, обретая новые способности и своего рода второй шанс. В «Тетро» не слишком удачливый драматург пытался справиться с семейными травмами. Вынуждающие героя «Между» заниматься художественной поденщиной финансовые затруднения и незаживающая рана от утраты ребенка в прошлом взяты автором прямиком из собственной биографии.
В каком-то смысле Коппола превратил свое кино в своеобразный сеанс психоанализа, где место аналитика занимают зрители, перед которыми проплывают сны и воспоминания интересного человека.
В принципе, есть и традиция психоаналитического трактования кинематографа, и фильмы частенько называют чьими-то снами, но тут сны — это в буквальном смысле сны. Крепкий бурбон отправляет Холла Балтимора прямиком из номера в отеле туда, где по тропам сизого леса бродят призрачного вида девчушка в белом (Элль Фэннинг) и коллега-писатель Эдгар Аллан По (Бен Чаплин).
Видения путаются с реальностью, настоящее с прошлым. Семь циферблатов на часовой башне, где, по преданию, поселился черт, давно разошлись в показаниях. На берегу озера разбиты шатры, горят костры, и юноша в черном читает Бодлера многочисленным спутницам. Пастор силится уберечь сироток от зла любой ценой. Человек со звездой на куртке мастерит домики для летучих мышей и модель стула для умерщвления вампиров.
Звучат лекция по меланхолии и – обретающая новое звучание в отечественных реалиях — шутка про безумного часовщика: «Знаете, кто изобрел летнее время? Гитлер!»
В каждом отражении легко увидеть знак, в каждом знаке — символ. Автор «Ворона» и «Падения дома Ашеров» появляется как двойник Балтимора, оба они — двойники режиссера. Эдгар По писал страшные истории, которые оказались новым словом в литературе, и всю жизнь переживал утрату юной жены. В какой-то момент на водной глади разыгрывается сцена гибели, воспроизводящая в точности трагический эпизод из жизни самого Копполы. Исторически и генетически психоанализ наследует исповеди, а исповедь до того, как стать тайной, была публичной. Можно найти причины за и против того, чтобы стать ее свидетелем, но в данном случае хотелось бы избежать оценки ее художественных качеств.
