Нечто ужасное, доброе что-то

Мюзикл «Обыкновенное чудо»

ИТАР-ТАСС
Завтра состоится премьера мюзикла «Обыкновенное чудо», нового проекта от авторов «Норд-Оста». Накануне новую версию сказки Евгения Шварца показали прессе.

«Бяк-бяк-бяк-бяк», — по задернутому занавесу проплывает огромная бабочка. «Прыг-прыг-прыг-прыг», — а это воробушек. Зал Театрального центра на Дубровке заполнялся людьми – вчера состоялся предпремьерный показ спродюсированного Алексеем Иващенко и поставленного Иваном Поповски мюзикла «Обыкновенное чудо». Показ задерживался: режиссер до сих пор не вполне доволен результатом, поговаривали, что спектакль может прерваться на середине – прогон все-таки.

Когда свет в зале наконец погас, а занавес открыл сцену, на ней оказалась огромная башня и человек в халате, запевший: «Нелепо, смешно, безрассудно, безумно…»

То, что спектакль основан прежде всего на фильме Марка Захарова, никто не скрывал еще на стадии постановки, но уже в этом первом номере обнаружились нововведения. Песня Волшебника, ставшая рефреном всего представления, обзавелась дополнительным куплетом, который поют проступающие из декораций персонажи – люди, которых привел в свой дом Волшебник, чтобы его жена смеялась и плакала.

Всего авторы оригинальных песен Юлий Ким и Геннадий Гладков написали порядка шестнадцати новых музыкальных номеров, и они стали одной из причин, по которым после первого акта в зал возвращаться не хотелось.

Большая часть текстов Кима вызывала то неповторимое чувство стыда, которое можно испытать только в музыкальном театре. Ну зачем, скажите, Король так долго и бестолково пытается петь про своих родственников? И почему, в конце концов, все они поют так скверно? Спектакль делится надвое там, где заканчивается первая серия захаровского фильма, и вызывает жгучее желание быстро доехать до дома и посмотреть на Янковского, Абдулова и Леонова.

Во втором же действии неожиданно происходит перелом:

текст Шварца окончательно берет свое, невероятной силы финальный монолог Волшебника звучит целиком (в отличие от фильма), а на вокальные проблемы актеров уже не обращаешь внимания.

Также на две неравные части распалось и общее впечатление от постановки. Один из лучших сегодняшних театральных режиссеров «фоменковец» Иван Поповски использовал театральное пространство, чтобы создать максимально самостоятельный мир. Грандиозная декорация-трансформер легко превращается из дома Волшебника в трактир «Эмилия», дворец и обратно. Сквозь сцену прорастают цветы, медвежья шкура танцует с лосиными головами, а из-за кулис летит снег и сверкают молнии. Довершает композицию крайне удачно посаженный на второй этаж декорации оркестр. Сценография не только удаляется от знакомого с детства фильма, она максимально приближена к тексту Шварца.

Его сказки, по большому счету, не получили ни одного адекватного воплощения на экране, поскольку заложенное в них сочетание остроумия и пафоса не всегда легко понять, а сыграть еще труднее.

Однако как только в эту вселенную попадают актеры, все идет наперекосяк. Волшебник (Игорь Балалаев) пытается понять, кем ему быть – Янковским или все-таки Консовским из фильма Эраста Гарина 1964 года. Медведь (Павел Хрулев) весь первый акт притворяется Видовым, а в финале неожиданно переодевается в Абдулова. Король (Сергей Усков) честно пытается быть Леоновым, но и эта затея, разумеется, обречена.

Несомненных удач всего две: Принцесса (Юлия Пак), которая легко переигрывает Евгению Симонову, и Министр-Администратор.

Антон Эльдаров, сыгравший эту роль, осознанно уходит от мироновских интонаций и делает это настолько легко и естественно, что каждый его выход сопровождался аплодисментами. В сумме же получается, как говорил шварцевский Король по совсем другому поводу, «нечто ужасное, доброе что-то».

Премьера «Обыкновенного чуда» состоится уже завтра, и с этого дня его можно будет посмотреть каждый день. Главный вопрос здесь – зачем по холоду ехать в не самый приятный район Москвы, чтобы посмотреть на то, что можно с комфортом и бесплатно посмотреть дома?

Однозначного ответа у нас нет.

Хочется верить, что со временем спектакль справится со своими проблемами, а актеры совладают со звездным прошлым своих героев. Однако есть у этой инкарнации «Обыкновенного чуда» один безоговорочный плюс, про который нельзя не упомянуть. Спектакль дает редкую возможность абстрагироваться от любимых актеров и хотя бы послушать текст одного из лучших сказочников на свете. Сейчас так, честное слово, уже никто не пишет, а влюбленному Волшебнику на смену пришли чародеи-подростки. Лучше всего суть «Обыкновенного чуда» сформулировала в разговоре со своим спутником одна из зрительниц: «Нет, ты послушай. Ты не понимаешь, это все не то… Любовь, она вот она, на кончиках пальцев. И когда она нужна тебе, ты просто щелкаешь…»