Цивилизация
Выставка под заголовком «Для радио» поначалу воспринимается как виртуальный музей винтажных предметов. Точнее говоря – радиоприемников советского образца. Ряды лайтбоксов предлагают зрителю полюбоваться на фотографии архаических приборов под некогда популярными бренднэймами «Утро», «Маяк», «Витязь», «Север», «Москва». Некоторые из этих приемников представлены и в реальности – они укреплены на штативах и бодро напевают хиты советских лет. Через минуту понимаешь, что аппараты слегка вращаются, то есть утрачивают привычную для себя неподвижность. Еще через минуту на другой серии фотографий обнаруживаешь, что радиоприемники висят в воздухе и что с законным местом обитания их связывает только натянутый шнур.
Итак, перед нами развернутая метафора – бунт агрегатов, призванных транслировать радиосигналы из государственной розетки.
Феномен проводного радио прижился у нас в годы войны, когда власти конфисковали у населения все эфирные приемники и заменили их на кабельных собратьев. Понятное дело, ручку настройки тут не покрутишь – в каждый дом поступает лишь надежная, выверенная информация. Времена давно изменились, а схема существует до сих пор. Даже плата за радиоточку остается в коммунальных расчетах. Атавизм этот мало кого беспокоит, но Владислава Ефимова он вдруг задел за живое. Правда, в его исполнении не видно прямой социальной критики и не фигурируют призывы что-нибудь изменить. Автор взялся реализовывать лишь маленькую фантасмагорию – почти как у Корнея Чуковского со сбежавшим одеялом и улетевшей простыней. Хотя причина бунта в данном случае – вовсе не антисанитария, а фатальная прикованность к розетке.
Типа, каждый радиоприемник рожден быть свободным. Почти классическая фига в кармане.
Язык этот не то чтобы эзопов, и нет никаких строк, между которыми следует читать, но сама традиция довольно узнаваема. Так в застойную эпоху писатели, режиссеры и художники отбивались от претензий: мол, мы и не думали ни о какой крамоле, посмотрите сами – здесь же совсем про другое. Ефимов позаимствовал, конечно, тактику, а не стратегию. Метафора у него вышла не слишком выразительной, за ней как-то не ощущаешь «глыбы мировоззрения». Но жанр вполне обозначен. Экспонаты «ни на что не намекают, просто песенку поют».
Что ж, подобная модель творческого поведения становится все привычнее. По прежнему опыту известно, что фантазия в деле «упаковки смыслов» бывает неистощима – стоит лишь втянуться. Хотя втягиваться уж очень неохота. Эту машину времени без нужды лучше бы не запускать.
