Цивилизация
Разжалованный за служебные грехи в постовые чернокожий полицейский Картер (Крис Такер) некреативно норовит пасть еще ниже, крутя бедрами под айпод на вверенном перекрестке и провоцируя массовую аварию. Его бывший напарник инспектор Ли (Джеки Чан) за прошедшие с момента выхода «Часа пик-2» шесть лет, напротив, совершил некоторый карьерный прыжок. Он охраняет приехавшего в Штаты китайского посла, носит приличный костюм и, катаясь в посольском же лимузине, врет по телефону, как Варенуха: «Ты где?» — «Я со своей девушкой».
Жизненная рутина, однако, предсказуемо рассеивается, когда на словах «Заговор могущественной китайской триады возглавляет…» выступающего в Госдепе посла шмаляет насмерть из соседнего небоскреба снайпер.
Прощупав неподвижное тело, обескураженный Ли подбегает к окну, замечает скользящую по трубе вдоль соседней многоэтажки крохотную тушку злодея и, прикидывая расстояние, переводит взгляд на украшающие фасад флаги. Чего следовало бы ожидать в подобной ситуации от Джеки Чана образца, скажем, 90-го года? Ухватившись за какую-нибудь подходящую портьеру, он непременно раскачался бы, Бубкой перепрыгнул через забитую транспортом улицу, повис на флагштоке понадежнее да и спикировал бы с него на трубу, метко нейтрализовав скользящего по ней оппонента захватом крепких ног. Герой, однако, выбирает скучный маршрут опаздывающего в норовящую закрыться булочную пенсионера. Сигает из окошка и бежит, без вдохновения лавируя между машинами.
Некоторой экранной бойкостью актер по-прежнему прекрасно иллюстрирует кинологическое народное наблюдение «маленькая собачка — до старости щенок».
Чан по-прежнему не считает сломанных ребер (на съемках он опять получил травму), пока его партнер Крис Такер считает деньги (он покинул проект и вернулся на площадку, лишь когда повысили гонорар), однако 52 года берут свое. Эффектность поединков обеспечивает уже не столько изобретательность трюков, сколько с выдумкой подобранные оппоненты и антураж — от приглашенного в эпизод китайского баскетболиста Сун Мина ростом 2,36 до Эйфелевой башни (друзья совершают командировку в Париж), на верхушке которой разворачивается финальный гимнастический мордобой. «Я не умею летать», — сетует устами героя Чан, а поскольку его главная задача в боевой сцене с баскетболистом — позабавнее грохаться оземь от ударов, очевидно, что человек в обозримом будущем намерен переквалифицироваться в чистой воды комики.
Кому охота закончить исполнителем двухминутных ролей жертвенных дипломатов, которых убивают с глаз подальше непосредственно после начальных титров.
Юмористический диапазон третьего «Часа пик» не сильно отличается от того, что мы видели в предыдущих двух сериях, и по-прежнему замешан на межрасовых нюансах, каковые могут возникнуть между работающими бок о бок негром и китайцем. Самая смешная сцена — лирическая зарисовка, когда после ссоры («Но ведь ты мне не брат». — «Я тебе не брат?!») герои предаются свойственной повздорившим любовным парам грусти. Под медляк Фила Коллинза Картер раздумчиво бредет по улочкам в кабаре, а Ли остается скорбеть в усугубляющей боль утраты роскоши гостиничного номера на двоих.
Повода для скользких интернациональных шуток добавляет присутствие в сюжете парижского таксиста. Тот сперва отказывается везти туристов-янки на улицу Рузвельта, однако потом, спев под дулом пистолета американский гимн, проникается к энергичным гостям французской столицы все большим уважением, надевает бейсболку на манер де Ниро в «Таксисте» и в конце даже лично убивает их шефа-оборотня. Оборотня играет не слишком разборчивый в последнее время Макс фон Сюдоф, тогда как в крохотной роли французского садиста-копа возникает куда более неожиданный Роман Полански. В силу бессвязности сценария в «Часе пик-3» герой Полански занят в кадре решительно не пойми чем, равно как и все прочие персонажи (в том числе и Ноэми Ленуар, которая хотя бы красавица).
Приличные кассовые сборы и проскальзывающие в интервью тревожные шутки Чана касательно «Часа пик-4» внушают опасения, что явно выдохшийся сериал будет продолжен. Остается надеяться, что Крис Такер затребует в качестве гонорара совсем уж бессовестные деньги.
