Российская премьера первой части международного кинопроекта «Destricted», которая пройдет на ММКФ в рамках программы «Восемь с половиной фильмов», может оказаться единственной возможностью для наших зрителей посмотреть фильм открыто и легально. Федеральное агентство по культуре и кинематографии отказывается выдавать картине прокатное удостоверение, что может стать уже вторым случаем цензуры в отечественном кинопрокате после «Бората».
Запрет «Бората» был политическим. ФАКК проявил инициативу то ли сам, то ли по звонку из Казахстана в Кремль, чиновничьего рвения проявлено было через край, и лужа, в которую чиновники тут же сели, тоже плеснула через край. Пока не остыл еще скандальчик с запретом кинокомедии (тут же, кстати, выпущенной прокатчиком на лицензионных DVD), содержащей «уничижительные материалы в адрес отдельных национальностей», у «отдельных национальностей» хватило ума использовать «Борат» как отличный инструмент международного пиара, а президент «уничижаемых» по-отечески журил господина Коэна на лондонской пресс-конференции, призывая относится к фильму с юмором.
Получилось, что «отдельные национальности» уничижало всю дорогу российское федеральное агентство, посчитавшее, что представления Саши Коэна о Казахстане надо трактовать всерьез.
В случае с «Destricted» (переведенным у нас как «Запрещено к показу!») ФАКК рискует еще раз оконфузиться, потому что определение «порнографический» чиновники вешают на картину, где порнография является предметом художественного и документального рассмотрения, а совсем не способом эксплуатации за деньги чьей-то похоти. Рассуждают семь известных и уважаемых людей, из которых собственно режиссеров всего один (Гаспар Ноэ), остальные — элита contemporary art, с кинематографом почти никак не связанная (звезда перформанса Маринна Абрамович, британец Сэм Тейлор Вуд, американский мифолог и фотограф Ричард Принс), бывшие художники, сделавшие себя имя в кино (экс-фотограф Ларри Кларк), так себе режиссеры, ставшие художниками (Марко Брамбилла, в свое время увековечивший Сильвестра Сталлоне в «Разрушителе»), или успешные художники, которых записывают по ошибке в режиссеры (Мэттью Барни).
Понятно, что если даже слово «мама» ни один из этих деятелей искусств уже с момента рождения не выговаривает в простоте, то от попавшей к ним в руки порнографии и подавно получилась столь жуткая развалина, после которой даже от дежурной порнушки хочется с криком «мама» убежать куда подальше.
К сожалению, рассчитывать, что на этот раз российские чиновники окажутся чуточку погибче и поймут, что «Destricted» — фильм такой же порнографический, как и «Борат» — введение в учебник страноведения, сильно не приходится. Если и дальше они будут видеть подозрительную дырку там, где не было и бублика, то скоро и студентов-медиков, препарирующих в учебных целях фаллос, будут забирать за развратные действия в милицию.
И что им строгие по части морали англичане, присудившие фильму цивилизованный рейтинг «нельзя до 18». Явно ведь, что люди, не выдающие опальных олигархов и приютившие международных террористов, пытаются и наши «факки» ввести в идеологическое заблуждение, выдавая «можно» (как правильно переводится «Destricted») за то, что русскому человеку нельзя категорически.
Обещаем информировать читателей о дальнейшей судьбе фильма. Пока же приобщиться к «Можно» можно 29 июля в кинотеатре «Октябрь».
