Королевская битва

Выходит «Капитан Алатристе»

Выходит «Капитан Алатристе» — блистательная испанская экранизация Переса-Реверте с Виго Мортенсеном в роли солдата короля.

«Чем ты занимался все эти годы? — Убивал еретиков, писал стихи. — Их стоит прочесть? — Нет». Что ж, поэзия головорезов редко бывает тонкой. Поэзия их жизни — напротив. «Капитан Алатристе» — абсолютная неожиданность, нечаянная удача, вызывающе несовременный жест, анахронизм, вроде сабельного шрама. То ли бедность хранит испанцев от окончательного слияния с объединенной Европой, то ли несгибаемое латинское упрямство бывших властителей мира. Однако кино, приходящее из-за Пиренеев, часто отличает столь глубокая осознанность и столь энергичная свирепость, что невозможно поверить в очевидный факт: за анемичные поделки соседей и за «Тьму», «Возвращение» и «Капитана Алатристе» зрители платят в кинотеатрах одними и теми же евро.

Собственно говоря, вопрос к этой картине только один — стоило ли в двухчасовой эпопее объединять целых пять книг Артуро Переса-Реверте о бесстрашном Диего Алатристе, солдате короля.

врез №
skin: article/incut(default)
data:

{
    "_essence": "test",
    "incutNum": 1,
    "pic_fsize": "7825",
    "repl": "<1>:{{incut1()}}",
    "type": "129465",
    "uid": "_uid_1668210_i_1"
}

Вопрос этот следует задавать с осторожностью — режиссер картины Агустин Диас Янес является главой испанской ассоциации сценаристов и, вероятно, знает, что делает. Впрочем, для миллионов читателей Реверте лакуны не содержат тайн, прочим же чуть кособокий ритм картины, возможно, только добавит удовольствия: шаткая композиция придает истории остраненную зыбкость, уместную среди гор трупов, нагроможденных войной и резней в переулках Мадрида и Севильи.

Все начинается в топях Фландрии, где, шагая по горло в воде и тихонько раздувая фитиль пистолета, дабы не потух в вечной сырости безбожной страны, капитан Алатристе отправляется резать глотки часовым артиллеристской батареи голландцев.

врез №
skin: article/incut(default)
data:

{
    "_essence": "test",
    "incutNum": 2,
    "pic_fsize": "11810",
    "repl": "<2>:{{incut2()}}",
    "type": "129465",
    "uid": "_uid_1668210_i_2"
}

Здесь же он даст обещание умирающему другу позаботиться о его сыне, каковое и сдержит. Дорогами войны, интриг, игры в кошки-мышки с инквизицией, соперничества за любовь с самим королем он пройдет вместе с Испанией дорогой славы и распада. Он будет беседовать с самим Кеведо — запальчивым толстяком при очках и шпаге, пока того не бросят в тюрьму. Он спасет жизнь Бэкингему и принцу Уэльскому, выслушает сообщение об интригах Ришелье от всесильного министра, будет убивать за деньги, страдать от бедности, пока не придет через двадцать лет к своей последней и самой страшной битве, — и все это совершенно не важно.

Потому что «Капитан Алатристе» — это не история побед и поражений.

Подобно «Хозяину морей», это приключенческий фильм, жанр, ставший парадоксально редким и не менее парадоксально ценным.

врез №
skin: article/incut(default)
data:

{
    "_essence": "test",
    "incutNum": 3,
    "pic_fsize": "7388",
    "repl": "<3>:{{incut3()}}",
    "type": "129465",
    "uid": "_uid_1668210_i_3"
}

И речь не только о том, что удивительно видеть фильм, в котором постановщики знают, о чем говорят, а испанцы, очевидно, знают достаточно о резне, отчаянии, мести и гордости, чтобы соблюсти безупречный вкус и баланс. И не о том, что Виго Мортенсен, которого мир привык видеть славным Арагорном, исполнил тот же невероятный трюк, что Дэниэл де Льюис, исполнивший Мясника в «Бандах Нью-Йорка», — нашел средостение ушедшей эпохи. (Мортенсен, кстати, попал на эту роль не только за Арагорна — он свободного говорит по-испански, так же, впрочем, как по-датски, по-французски, по-шведски и по-норвежски. И вообще, пишет книги, делает росписи на стенах, прекрасный всадник, профессиональный фотограф и не любит кино — качество для талантливого актера крайне ценное.)

Речь о том, что все это движение армий и интим дуэльных поединков, безнадежная любовь и влиятельные враги, упрямое следование чести и кровь друзей на руках, неизбежное разочарование в конце, встреченное с прямой спиной, — это всего лишь обстоятельное проживание своей жизни. Приключения не имеют цели. Это только обстоятельства времени и места, озаренные пламенем страсти. Ведь, как заметил один из героев, «смерь — это просто формальность».