Великие стройки нефтяного благоденствия

Выставка номинатов архитектурной премии «Золотое сечение»

Андрей Субботин 20.04.2007, 15:02
Фото: zs2007.ru

Фьорды на Рублевке, реинкарнация «Красной розы» — галерея претендентов на премию «Золотое сечение» дает срез архитектурных тенденций.

Гряда многоквартирных домов с прожилками стеклянных «ледников» обступает гладь пруда. Это фьорды для Рублевки. Среди пейзажа спальных районов плавно вырастает стеклянная скала — центр всесезонных видов спорта на севере Москвы.

Покрываясь снегом, «скала» должна сливаться с пейзажем, принимая черты природного феномена.

Эти ландшафты можно наблюдать в холле Дома архитекторов в Гранатном, где проходит выставка работ, выбранных на соискание премии «Золотое сечение-2007». На планшетах лощины стеклянных стен, коринфские колонны, висячие мосты. Любопытно, но сегодня и вполне реально на дворе нефтяной бум. Образованное Союзом московских архитекторов 12 лет назад «Золотое сечение» раз в два года дает некий срез архитектурных телодвижений, более или менее репрезентативный для Москвы (премия охватывает цех, прежде всего, московских архитекторов, из них же состоит и тройка жюри, куда, правда, традиционно приглашают одного петербуржца).

И на этот раз кроме гор и фьордов из разряда «проект» много нетривиального среди реально построенных зданий.

Лауреаты премии «Золотое сечение-2007»

«Реализованный объект»

Жилой комплекс «Авангард»

Киселев Сергей, Бармин Виктор, Хомякова Анастасия, Палей Екатерина, Дедюля

Елена Викторовна, Шварцман Игрь Зиновьевич



«Проект»

Проект реконструкции административно-офисного здания со встроенной

автостоянкой по адресу: Москва, 3-й Автозаводский пр-д, вл. 13.

Алексей Бавыкин, Михаил Марек, Людмила Збарская, Иван

Щепетков



«Проект»

Проект моста в Венеции

Тотан Кузембаев, Данир Сафиуллин, Олжас Кузембаев



«Публикация»

Издательский проект «Heritage at Risk. Сохранение архитектуры ХХ века и

Всемирное наследие»

Наталья Душкина, Александр Кудрявцев, Сергей Ткаченко и др.



«Публикация»

Монография о Сатунце С.Х. в рамках

Сборника воспоминаний о Московском архитектурном институте.

Авторы-составители - профессора МАРХИ А.Некрасов и А.Щеглов.

Судя по номинантам, в разряде «реализованные объекты» что-то человеческое проступает даже в жилых башнях многоквартирных домов, некогда самого унылого жанра московского пейзажа. Появился цвет и даже палитра как, например, в мытищинском «Гулливере» и жилом комплексе «Авангард». Реальность проектов по-хорошему требует посетить и Электросталь, и Зеленоград, посмотрев построенное живьем. По плоским картинкам решить, что Иванов проектирует лучше Сидорова и что оба они и близко не стояли рядом с Петровым, сложно. Наверное, поэтому основа «Сечения» все же не премии, а широкие шорт-листы — их целых три.

Но, даже если найти критерии оценки, воспринимать московские проекты вне природной, финансовой или техногенной среды все сложнее.

И «красивая форма» может быть легко затерта между соседями, «современное здание» — придавить исторический квартал, а «удачное решение» — пойти трещинами из-за того, что его не там разместили. И от привкуса дегтя никуда не уйти. «Рублевские фьорды» оригинальны и красивы, кроме шуток. Хозяева их оценят, если доберутся до них сквозь пробки: до Норвегии будет быстрее. Многоквартирные дома вслед за коттеджами растут при том же узеньком шоссе, и легче их жителям не будет. То же и с проектами реинкарнации фабрики «Красная роза» в деловые центры. Все прекрасно, только подъезды к улицам Тимура Фрунзе и Кожевнической никто не расширил, и плохо получается умиляться эффектной форме, если ее воплощение только усугубит транспортный коллапс.

Архитектура как бы в заложниках, но старается об этом не говорить: строительный бум бывает раз в полстолетия, не успеешь — не построишь.

Хочется верить, что к оригинальным фасадам прилагаются и решения по энергосбережению, инсоляции, распределению людских потоков. Но так повелось, что наши архитекторы пишут о них разве что под пыткой. Исключение: аннотация к «деревянному дому» в Лебяжем переулке, но там другая грусть. Авторы предлагают новый стандарт центрового жилья, одевая стены в щепу из тиса. При этом дом втискивается за ампирным особняком, подминая два, если не три десятка деревьев. Очень симптоматично для Москвы — иногда, кажется, архитекторы дышат здесь каким-то другим газом. Неоном или фреоном.

Если о хорошем, то «Сечение» невольно отражает нефтяное процветание, дающее богатую номенклатуру сооружений с буйством функций и форм.

Среди претендентов: частный музей музыкальных коллекций, планерная школа, дворец всесезонных видов спорта. Выглядят они подобающе, и жить как-то интереснее. Радует, что банальное капитулировало хотя бы на смотрах. Мило — осталось найти стиль. Любопытно, что сразу в нескольких работах мелькнули параллели с конструктивистской и модернистской архитектурой 20-х и 30-х. Цилиндр в оправе из квадратов (явный привет клубу Голосова на Лесной) проступил на фасаде проекта дома в 3-м Автозаводском, а роддом в Зеленограде в кумачово-кирпичных тонах явно подпал под обаяние Центросоюза Корбюзье.

Такое ретроповетрие уже наблюдалось в 90-х, возможно, мода вернулась. Правда, двадцатые кроме эпатажности всегда отличала технологичность.

Чего не хватает на российских смотрах — это не эстетической, а технологической оригинальности, которой так блистают на Западе: вращающихся шлюзов, как в Шотландии, искусственного солнца для затертого в горах австрийского городка, умных домов и умных экспозиций.

Архитектура живет во времени и пространстве восприятия: шагая или проезжая вдоль здания, мы разворачиваем его перед своим взором, но трехмерные макеты и видеофильмы явно не русский путь. Впрочем, к чести «Сечения-2007», у смотра появилась виртуальная экспозиция в сети с интерактивным голосованием. Правда, особой рекламы этим новшествам «вне круга» не делали.

Столица столицей, а как же федерация? Там нужен свой срез, и он может оказаться самым неожиданным. Достаточно вспомнить, что в этом сезоне Ханты-Мансийск обсуждает небоскреб по мотивам алмаза, а Ижевск — по мотивам автомата Калашникова.