Хорошо бы в фойе каждого кинотеатра установить цифровое табло с надписью «Дневной дозор» собрал уже…». Удовольствие смотреть, как крутится счетчик, расцветило бы дополнительными красками старт проекта. Продолжение истории противостояния спецслужб темных и светлых сил, силой рекламы, долгих праздников и ознаменовавшего возрождение отечественного кино успеха первой части превратилось в национальный проект. «Дневной дозор» — дело каждого.
А пока счетчик крутится как сумасшедший, и возле касс толпятся удивительные очереди, можно вспомнить слова продюсера Константина Эрнста, сказанные со сцены в ночь премьеры. Сказал он следующее: разумеется, взрослым серьезным людям с Первого канала было совершенно неинтересно снимать про вампиров и магов. «Дневной дозор» — фильм о современном горожанине, который под чудовищным давлением современной жизни провалился в свое подсознание и с большим трудом оттуда выбрался.
С большим трудом выбравшись из кинотеатра, можно констатировать, что насчет подсознательного Эрнст не обманул.
Причем до такой степени, что «Дневной дозор: Мел судьбы» даже странно рассматривать в плоскости кино – вопрос, насколько фильм лучше или хуже первой части, «Матрицы», «Звездных войн» как-то не стоит. К примеру, не имеет значения сюжет, хотя твердокаменным поклонникам Лукьяненко будет грустно узнать, что ко второй книжке фильм не имеет отношения – скорее, ко второй части первого романа. Антон Городецкий будет спасать от власти темной силы своего сына-упыря, малолетний упырь будет делать плохое, влюбленная в Городецкого стажерка Светлана – страдать по измученному родительскими проблемами магу. Шеф темных Завулон прокрутит хитрую многоходовую комбинацию, итогом которой чуть не станет конец света. Мел судьбы, магический артефакт, исполняющий все желания и принадлежавший некогда самому Тамерлану, окажется шансом все исправить. Сцена, в которой невероятно талантливая Галина Тюнина — Иная Ольга, в чьем теле спрятался дух Городецкого — признается в любви Светлане, радостно жрет колбасу и смотрит футбол, натуральнее любого мужика станет отечественной классикой. А сцена, где сын и любимая женщина тянут Городецкого в разные стороны, заставляя весь мир треснуть пополам – не станет.
Можно и так – а можно было сделать и иначе.
И не имеют значения спецэффекты, хотя они куда нажористей оформления предыдущей части. Несется конная лава Тамерлана в атаку на магический лабиринт, где спрятан мел судьбы. Ведьма Алиса-Фриске летит по стене гостиницы «Космос» на красной спортивной машине. Катится по гибнущему городу сорвавшееся с опор чудовищное колесо обозрения. Однако, это все пиджин-инглиш, ломаный язык блокбастера. А вот зона сумрака – с комарами, забитыми мусором проулками и сводящим с ума гулом – непонятным образом кажется чем-то очень местным, пугающе-знакомым, отчего возникает тревожная щекотка в мозжечке.
Имеет значение, то, о чем говорил Эрнст – «Дневной дозор» стал эпическим странствием на помойку бессознательного, свалку бесчисленных культурных обломков, накопившихся за годы скоропостижной смерти и не менее скоропостижного возрождения отечественного кино. Антон Городецкий, в свитерке и с патлами – повзрослевший Шурик из «Операции Ы», он же Саша Привалов из «Понедельник начинается в субботу», которого угораздило попасть под пресс и под стресс. Гессер – все советские гэбэшники и муровцы, хранившие покой нашей родины еще в «ТАСС уполномочен заявить». Завулон – тот и вовсе из эпохи «сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст» — стиляга в расписной рубашечке, падкий до ресторанов, женщин и денег вражеской разведки. Про Золотухина, с клыками или без, или Римму Маркову, с куклой на паучьих лапках или без и говорить нечего. Лишенный минимального художественного единства, фильм распадается на слои и фрагменты – яркие грязноватые цвета толкучки возле метро из одного колодца, серые пиксели компьютерного города, падающего под ударом Иного – из другого.
Зрелище в чем-то даже величественное.
Если «Ночной дозор» был обаятельным бытописательством современности с вампирами-ханыгами, рубщиками мяса, полоумными парикмахерами, страшноватыми бабушками, работягами-ухарями из «Горсвета» и прочими маргиналиями мегаполиса, то «Дневной» — это широкомасштабный итог хаотичного потребления «Матрицы» вперемешку со Штирлицем. Фильм, чей жанр невозможно определить – триллер? Хоррор? Комедия? Фэнтези?
Есть какая-то внутренняя логика в том, что, посмотрев по привычке 31 декабря «Иронию судьбы», 1 января люди отправились на «Дозор». Потому что смотреть «Иронию» — это такая игра. И смотреть «Дозор» — это тоже игра. В безотчетное распознавание образов. В хорошо забытое старое. В эквилибриум между двумя эпохами. Рекордные сборы для этого фильма, может быть, важнее сборов «9 роты», чей постер в «Дозоре» так живописно пробивает головой Городецкий. Потому что весь этот дикий ералаш, как ни странно, лучше всего тянет сегодня на национальную идею, которая, всего-то навсего – желание понять, кто мы, собственно, есть.
