Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Зла ни на кого не держать

03.01.2017, 11:33

Ирина Ясина о перестроечных судьбах своих современниц

Анжела Джерих. «Жду тебя»/anqil.arts.in.ua

Счастливое детство дало Оле заряд оптимизма на всю жизнь. Ямочки на ее щеках были символом этой улыбчивой девочки. Красотка была невероятная — блондинка с яркими карими глазами. Ну и ямочки. И улыбка.

Полный набор родителей, мама с папой не ссорятся и не пьют, что для рабочей окраины большого города было большой редкостью. Бабушка и дедушка домовитые и не сварливые.

Олину маму, фельдшера районной поликлиники, обожали все соседские дети — она хранила дома бессчетное количество детских книг и всегда давала их почитать. Потом никаких изложений прочитанного не требовала, за что была любима особенно, все-таки не училка. Папа — садовод, специалист по плодовым деревьям. Яблоками угощали всех.

Оля выделялась из всех дворовых детей тем, что никогда не участвовала ни в каких сумасшедших догонялках и прочей физической активности. От физкультуры в школе она тоже была освобождена. У Оли был порок сердца. Врачи операцию не предлагали, то ли потому, что не умели, то ли не хотели. То ли надеялись, что само пройдет.

После школы Оля сначала окончила техникум, а потом поступила в Ветеринарную академию. Звериным доктором она быть не собиралась, а училась на биохимика. Руки у Оли были какими-то особенными. За ее руки конкурировали профессора. Опыты, которые делали другие студенты-лаборанты, могли и не получаться. У Оли получалось все. Если пробирка попадала ей в руки, успех был гарантирован. В Институте вакцин и сывороток имени Мечникова именно ее и ждали.

Первая серьезная потеря, первое настоящее горе пришло, когда ей было 23. От рака умерла мама. Все произошло очень быстро, судьба не оставляла времени даже самым маленьким надеждам.

С работой вскоре тоже начались проблемы. Начало 90-х, денег у государства вообще не было, а зарабатывать НИИ еще не научились. Оля пошла работать на фирму к приятелю, окончив курсы бухгалтеров. Путь, которым прошли многие. А куда было деваться?

У приятеля оказался гадкий характер. Пришлось расстаться. Пошла в другую фирму.

Вышла замуж. Порок сердца начал вести себя все хуже и хуже. Оля постоянно чувствовала свое сердцебиение. Сердце как будто захлебывалось. Оля не вдавалась в рассказы о своем здоровье.

Операцию делали в только что открытом центре сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева. Оля вспоминает свою операцию как светлый момент жизни. И чего бы врачам не сделать эту операцию раньше? Ведь все прошло, никакого излишнего сердцебиения, никакой опасности для аорты. Сделали бы раньше, жизнь могла быть немного другой…

Но впереди Олю ждали новые испытания. Она еще не пришла в себя после операции, как стали болеть и уходить ее бабушки. Другая бы сказала: «У меня сил нет», но это не ее случай. Мамина мама, папина мама, дедушкина родная сестра — в разных концах города. И ни на кого Оля не перекладывала этих забот. Да, за это время успела развестись с мужем. Просто разлюбила его, а он ее.

На работе все по-старому. Они производили питательные смеси для спортсменов. Вот где Олины руки все-таки пригодились. Только вскоре умер владелец. Его жена пыталась продать бизнес, но никто не польстился. Тогда она отдала магазин в подарок Оле и еще одной сотруднице. Напарница оказалась хваткой. Имея купленную по случаю инвалидность второй группы, убедила Олю оформить собственность на нее — дескать, льготы у инвалида второй группы будут повесомее, чем те, что имеет Оля, по-честному располосованная хирургами. У Оли только третья группа.

Дальше история развивалась по стандартному сценарию. Бизнес Оля потеряла, не успев и попробовать, как это — работать на себя, а не на хозяина. Но не озлобилась.

И улыбается по-прежнему. И ямочки все те же. Как будто это про нее сказано: характер человека — это его судьба. Зла ни на кого не держать — великое искусство.