Пенсионный советник

Правило «последней капли»

18.05.2017, 08:35

Виктория Волошина о том, как управляющие теряют контакт с управляемыми

Vk.com

В моем доме — революция. Идешь домой с работы — в подъезде очередное собрание. В почтовых ящиках — листовки, в лифтах — воззвания. Нет, наш дом не попал под реновацию, просто часть жильцов устала от действий руководства ТСЖ, и нашлись желающие возглавить процесс по смене домовой власти.

Реклама

Последняя, понятно, сопротивляется. Вывешивает ответные листовки, обвиняет оппозиционеров в злостной неуплате взносов за капитальный ремонт, как бы намекая не связываться с такими нечистоплотными людьми.

Оппозиционеры бьют сильнее: публикуют «коррупционные схемы» руководства ТСЖ, где зампред товарищества оказывается по совместительству главой фирмы, нанятой обслуживать дом, а председатель ТСЖ служит там же главным инженером. «Неужели вы думаете, что у этих людей есть стимул экономить наши деньги и строго спрашивать с самих себя за проведенные работы», — задают риторический вопрос бунтовщики на очередном собрании. «Да просто жулики и воры, — ожидаемо отвечают жильцы, — где подписаться, чтобы их переизбрали?»

Это уже в третий раз за 12 лет жизни дома. Процесс неизменен.

Поначалу, свергнув старую власть, свежеизбранное руководство ТСЖ с энтузиазмом берется за работу. Заказывает аудит, изучает документы и платежки, время от времени «радуя» жильцов своими открытиями: и за тепло мы переплачивали, и далеко не все деньги от сдачи нежилых помещений поступали на общедомовой счет, и мусор, судя по договорам, должны вывозить не раз в два дня, а ежедневно.

В поквартирных платежках за счет найденных резервов уменьшаются итоговые суммы, мусорные баки опустошают вовремя, на дворовом асфальте латают самые крупные дыры, перекрашивают детскую горку…

Воодушевленные переменами жильцы радуются, что их усилия по смене ТСЖ не прошли даром, и переключают свое внимание на личные проблемы.

Потом начинается ремонт. Красят фасады. Стеклят балконы на лестничных площадках. Ремонтируют крышу или подвал. Перекладывают плитку в холлах. Цифры в платежках начинают немного расти — но народ не ропщет, деньги ведь идут на общее благо. И даже если заказчики ремонта немного на нем наживаются, кто кинет в них камень?

Ремонт закончен, вот только цифры в платежках по статье общедомовых нужд все равно продолжают расти. Да и в графе за отопление почему-то тоже. Через какое-то время мусорные баки опять стоят переполненными. Снег во дворе не чистят неделями. Жалобы в ТСЖ помогают мало, методов воздействия на руководство товарищества немного, да и некогда всем — своих дел навалом.

Остается одно неписаное требование — чтобы совсем не наглели.

Но и его руководство ТСЖ рано или поздно нарушает. Видимо, такова уж человеческая природа. Не помню, что стало последней каплей, когда меняли предыдущее правление, но в этот раз даже самых равнодушных жильцов возмутило, когда в нашем подземном паркинге чуть не случился рейдерский захват.

Так уж вышло (дом сдавали раньше, чем довели до ума гараж), что домовое ТСЖ им не управляет. В гараже создан кооператив с весьма умеренными по московским меркам расценками. Избранный начальник кооператива за счет сдачи свободных машино-мест в аренду умудряется годами эти расценки не повышать, да еще попутно доделывать то, что не доделали строители. Вот на это золотое дно, судя по всему, и нацелились руководители ТСЖ, посчитав, что дом и гараж под ним — одно целое.

В кабинет начальника гаража пришли люди из фирмы (той самой, где параллельно трудятся руководители нашего ТСЖ) и настойчиво предложили свои услуги. А когда несколько помятый начальник от предложения отказался, просто вытолкали его из кабинета. Параллельно в почтовых ящиках жильцы обнаружили сообщения, что платить за гараж теперь надо на счета ТСЖ и оплата со следующего месяца повышается на 20 процентов.

Уже через неделю прошли поподъездные собрания. Еще через неделю — общедомовое. Собственники подавляющим большинством проголосовали за сохранение статус-кво паркинга и смену власти в доме.

Власть добровольно сменяться не хочет. Настолько, что даже неурочно залатала дыры на асфальте, подмела в холлах и покрасила горку.

Но этим взбешенный народ уже не купишь. Тем более что оппоненты, почуяв силу, добивают потерявшее доверие правление все новыми порциями компромата — пишут, что даже с детского сада, арендующего помещения в доме, деньги брали налом. В общем, ничего святого…

Впереди, судя по всему, долгие юридические тяжбы. И руководители ТСЖ, думаю, уже не раз пожалели, что замахнулись на гараж. Пилили бы себе дальше по-тихому — продержались бы подольше. Но сделанного не вернешь. Переоценили они равнодушие и разобщенность жильцов огромного многоподъездного дома. Потеряли, как говорится, связь с народом.

Как ни смешно, похожая ситуация параллельно развивается и в садоводческом товариществе, где мама выращивает свои цветочки и клубнику. С поправкой на подмосковный колорит. Там избранная два года назад председатель вовсе не стала утруждать себя чтением устава товарищества, где все денежные и земельные вопросы решаются только на общем собрании, и стала править в стиле «сама себе вертикаль».

То самолично разрешила каким-то бизнесменам вырубить прилегающую березовую рощицу на дрова. То повысила без обсуждения с народом поквартальные взносы. Отдала мужу без конкурса подряды на все садоводческие работы: шлагбаум установить, пруд пожарный укрепить, дорогу почистить… И даже это бы садоводы стерпели (как не порадеть родному человечку, да и не хочет никто идти в председатели), но тут без объявления войны электрик садоводства перерезал провода у тех, кто два дома запитал на один счетчик. Причем прямо под Новый год. Дескать — выполняла указание энергетиков. Но почему же чисто по-человечески не предупредила людей?

Приехали дачники на новогодние каникулы, привезли с собой тазик оливье, а ни поставить его некуда, ни съесть негде — холодильник не холодит, батареи не греют.

В общем, эти перерезанные провода стали последней каплей. Летом созвали общее собрание — большинством переизбрали председателя.

Председатель власть (печать и доступ к счетам садоводства) так просто отдавать не хочет. Наняла ловких юристов, на судах всплывают странные решения общего собрания, за которые никто никогда не голосовал. Ее обвиняют в фальсификации документов. Она в ответ обещает подать в прокуратуру на самых отъявленных смутьянов, которые во времена дачной амнистии прирезали к своим соткам полоску общественных земель. «Так ведь все же прирезали, так решило общее собрание, — негодуют оппоненты. — Ты ж сама который год на общественных землях картошку сажаешь!»

Но диалог не клеится.

Такое впечатление, что женщина прошла ускоренные курсы подавления ростков майдана или просто насмотрелась телевизора.

Одних она запугивает прокуратурой, других подкупает льготами по оплате электроэнергии (для негазифицированных СНТ — серьезный источник экономии). А в целом плевать хотела на волю садоводческого народа. Пришлось народу волей-неволей кооперироваться. Скинулись, наняли своих юристов — впереди суды и, скорее всего, полноценный экономический кризис: взносы старому руководству садоводства большинство дачников платить не хотят, а у нового доступа к счетам нет.

Собственно, две эти картинки из жизни (наверняка у читателей и своих подобных примеров хватает) наглядно иллюстрируют, что дело не столько в персоналиях, дорвавшихся до власти, сколько в общем правиле.

На место «жуликов и воров» редко когда приходят «честные и неподкупные». Бывает, конечно, но лучше на это не закладываться.

А исходить из того, что как только контроль ослабевает и чем дольше люди находятся во власти, то рано (совсем глупые) или поздно (те, кто поумнее) они отрываются от народа. Начинают испытывать презрение к тем, кого, оказывается, так легко обмануть. Перестают опасаться делать ошибки, поэтому обязательно их совершают. Кто из жадности, кто из властолюбия, кто по совокупности причин.

В маленьких коллективах типа садоводства на 70 домов, где все у всех на виду, процессы текут быстрее — и управленческие кризисы, как я заметила, возникают примерно раз в два года. В коллективах побольше вроде многоэтажки на тысячу с лишним квартир — где-то раз в пять лет. В большом городе можно и подольше продержаться, в большой стране — тем более. Но кризис возникнет обязательно. А уж какая капля и когда станет последней — это лишь дело случая. Так что необходимость сменяемости власти — это вовсе не чуждые нам ценности западных демократий, а всего лишь накопленный опыт наблюдения за человеческой природой, обмануть которую невозможно.