Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Партизаны во Флориде

27.06.2013, 15:48

Игорь Свинаренко о нашем человеке Сноудене

По поводу Сноудена я поймал себя на такой эмоции, которая прошла по подсознанию и быстро мелькнула по краю освещенного мира: наш человек, во как жжет! Чем же он мне наш, откуда эта радость узнавания, какая бывает, когда в новостях мелькает кто-то из друзей или знакомых? Видно, он мне показался своим, самиздатчиком, напомнил про мою молодость. Мы тоже пытались как-то ну уж не сокрушить, но обогнуть казенную тупую машину, которая действовала по «пушкинскому» призыву: «Души прекрасные порывы!».

Вот я не был «штатником» (больше тяготел к галломанам). Сейчас бы, кстати, их не погладили б по головке за их англосаксонские клички, исключительно американские тряпки, широкое применение заокеанского языка и демонстративное презрение к «совку». Иные потом мечтали (служа в Советской армии — и такое бывало) записаться добровольцами в команды, которые готовились к отправке в Польшу, чтоб бить «Солидарность», — и там перейти на сторону восставшего народа, который, по американской концепции и конституции, имеет право на восстание. А вот давайте из нашего сегодня глянем на ту картинку. Что, те хиппи были бы не правы, если б выполнили свой план? Типа они госпреступники и изменники? Кто так считает, пусть требует объявить демократической Польше войну или пусть пробирается туда и партизанит против законной власти. Или, например, помолчит.

Заметим между делом, что чиновники, которые срослись с госмашинами, — везде одинаковые. И там и тут они отказались от человеческого облика ради возможности отдаться во власть своих постыдных комплексов.

Впервые я столкнулся с той стороной, с американской военщиной, в Восточном Берлине осенью 79-го. Столкнулся — налетел в толпе на двух их военных летчиков, синяя форма и пилотки, соответствующие нашивки. Это была мощная эмоция. Как?! Только что они посыпали братский Вьетнам дефолиантами и поливали напалмом, нас учили сбивать их и допрашивать (на военной кафедре), а может, даже и пытать, и, не исключено, пристреливать при попытке бегства или оказания сопротивления. И вот они идут мне навстречу, лыбятся и беспечно крутят головами, оглядываясь на девок. Совершенно безнаказанно прогуливаются по нашему соцлагерю, надо же!

Позже, живя в Пенсильвании, я в местном баре познакомился с соседом и пил с ним пиво не раз. Он служил там рядом, на военной базе и мотался в Монголию в командировки. Новая Россия ушла оттуда и перестала слать запчасти к советской военной технике. Которая вовсе и не ржавела в сухом климате, но вот вся резина высохла и рассыпалась, танки превратились в высококачественный легированный металлолом. И вот американцы оказали братской Монголии помощь — занялись ее перевооружением, с обещанием никогда не бросать монголов на произвол судьбы, в отличие от некоторых. Красивая то была история, анекдот такой геополитический.

Еще чуть позже Проханов с болью рассказывал мне про то, как Артем Боровик писал заметку про американскую армию, «журналист меняет профессию», нормальное дело — определившись на пару недель в какое-то подразделение: «Да как же он мог, как посмел надеть вражескую форму?! После того как я помог ему попасть в Афганистан, в наши войска, и его там встретили как родного и даже орденом наградили?»

А как-то мы стояли втроем, со мной был бывший наш секретный физик и бывший одессит, давно уже с американским паспортом. Стояли на пустыре с какими-то руинами. «Тут лет двадцать назад была наша секретная лаборатория, мы под землей сидели неделями и ковали щит! Американцы даже не знали, что мы тут спрятаны, и представить себе не могли, до чего мы додумывались!» Американец из Одессы улыбался. Дело прошлое. Сноуден в те годы еще таблицу умножения учил, и не было ему тогда дела до страшных тайн разных сверхдержав, которые тут и там нарушали права и конвенции и все что угодно.

Сноуден, который скрывается (или нет) в Шереметьево, его требуют выдать, а наши не выдают — слегка нам напомнил про те времена, когда Штаты и мы задирали друг друга и подзуживали: а пойдем выйдем и выясним отношения. Сейчас это кому-то кажется смешным, а мы в детстве пробирались в бомбоубежища, которых было полно кругом, и играли с друзьями в войну (а позже — с подружками в любовь), которая, как тогда многие думали, начнется со дня на день. Вон же американская военщина распоясалась и ужасно кроваво выглядит на карикатурах Бориса Ефимова.

И вот этот Сноуден перешел то ли на сторону восставшего народа, то ли на сторону чекистов, которые мстят либералам за сколотую зубную эмаль. Но по-любому он куда-то перешел из тихой мирной жизни с подружкой на Гавайях, которыми его попрекает Лимонов. Наши начальники решили использовать этот повод и помериться со Штатами чем-нибудь.

А вот правда — «если завтра война?» Вот возьмут ее и объявят нам Штаты, которые, сколько помню, были нашим вероятным противником? Приедет Макфол в МИД к Лаврову и, заикаясь, зачтет по бумажке текст. Что тогда наша Дума решит? Что депутаты скажут, у которых дети и бабки в Майами и иных симпатичных местах? Какое примут решение? Сдаться патриотически Америке и, расслабившись и выполнив долг перед родиной, уехать наконец к детям на свои заокеанские виллы? Какой-то остроумный американец, чуть ли не Бжезинский, сказал: «Вы определитесь с ребятами, которые увезли семьи и капиталы в США: это ваша элита или уже наша?»

Впрочем, я больше чем уверен, на 146%, что Дума объявит мобилизацию и, как обычно, пообещает бить врага малой кровью на его территории в рамках как всегда блицкрига.

Ну что же, мы, кто вышел из призывного возраста, запишемся в ополчение и будем в окопах протирать линзы портянкой и ловить вшей в своих либеральных бороденках. А дети наших депутатов будут орудовать на той стороне, небось они там давно создали партизанские базы, как в свое время это сделал НКВД в Белоруссии, — не зря же некоторые там даже окончили американские военные училища. Все продумано. Не зря же в Кремле у мудрого Сталина — или кто там расположился в его кресле — по ночам горит свет.

Главное, чтоб ГЛОНАСС успели доделать и чтоб спутники не грохнулись разом сами собой, а то война как начнется, так сразу и закончится. А кто победил — мы из своих казенных СМИ не сможем узнать, а доступ к иноСМИ закроют по законам военного времени...