Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Реформа по кусочкам

27.10.2017, 08:44

Сергей Беляков о том, почему увеличением трудового стажа не заменить повышение пенсионного возраста

ТАСС

Повышение пенсионного возраста могут заменить поднятием планки трудового стажа. Эту новость последней недели, растиражированную СМИ, сразу опровергли в Минтруде, но дыма без огня не бывает. Тем более, что дискуссии о стабилизации пенсионной системы ведутся постоянно. Уровень этих дискуссий — отдельный вопрос, но всем давно очевидно, что нынешняя пенсионная модель оказалась в глубоком кризисе. И чем раньше начнется ее модернизация, тем больше шансов, что реформа пройдет менее болезненно.

Пока окончательная модель не сформирована, уместно обсуждать разные предложения. Их сегодня хватает. Важно, чтобы те из них, что лягут в основу обновленной пенсионной системы, решали главные задачи, стоящие перед социальным обеспечением.

Первая из них — повышение качества жизни пенсионеров. Нынешний уровень выплат, к сожалению, совершенно недостаточен для полноценной жизни после выхода на пенсию.

Реклама

Вторая — обеспечение устойчивости пенсионной системы. И эти задачи должны не противоречить, а дополнять одна другую.

Увеличение требований к минимальному стажу преподносят как меру, которая позволит пополнить бюджет Пенсионного фонда России (ПФР). За счет чего? Очевидно, что не только за счет отсрочки выплат до достижения требуемого стажа, но и за счет экономии на выплатах страховой пенсии тем пенсионерам, которые не проработают достаточного количества лет. Что, согласитесь, противоречит задаче повышения качества жизни пожилых людей.

Да и станет ли, собственно, ужесточение требований по стажу действенной мерой?

Сейчас средний трудовой стаж людей, выходящих на пенсию, составляет около 35 лет. Стаж менее 15 лет имеет лишь около 3% граждан. Получается, реформа затронет только их, хотя назрели именно глобальные и принципиальные изменения.

Сейчас для начисления страховой пенсии достаточно 8 лет, а к 2025 году этот показатель будет повышен до 15 лет. Спрашивается, до какой величины нужно повысить стаж с учетом среднего по стране в 35 лет? До 40-50 лет? Такие параметры в мире редкость.

Так, во Франции требуемый стаж составляет 41 год, но и продолжительность жизни в этой стране более чем на 10 лет больше, чем в России.

Поэтому сомнительно, что такое принципиальное изменение требуемого стажа окажется менее болезненной в социальном смысле мерой, чем повышение пенсионного возраста. Причем эффект будет больше психологическим, поскольку сами по себе параметры трудового стажа имеют лишь косвенное влияние на размер пенсии и срок ее назначения.

Например, в СССР для назначения пенсии мужчина должен был отработать 25 лет, а женщина — 20. Учитывая, что трудовую деятельность люди начинали рано, необходимое количество отработанных лет достигалось уже в районе 40-47лет.

И этого было достаточно для того, чтобы прекратить трудовую деятельность, однако пенсия начислялась все равно при достижении пенсионного возраста.

Предположим, что идея увеличения стажа вместо повышения пенсионного возраста не только станет предметом обсуждения, но и будет реализована. Как будет решаться вопрос с недостаточным количеством отработанных лет при достижении пенсионного возраста?

Есть пример Украины, где реформа уже стартовала. Там пошли по пути увеличения требований по стажу еще до повышения пенсионного возраста, установив планку в 25 лет с последующим увеличением до 35 лет к 2028 году. При этом пенсионный возраст увеличивается до 60 лет.

Для смягчения последствий в реформе предусмотрена возможность докупать недостающий стаж, но не более пяти лет, заплатив в рублевом эквиваленте 37 тыс рублей ежегодно.

Будет ли такая «поблажка» востребованной или приведет к еще большему общественному раздражению? Ответ, как мне кажется, очевиден. Тем более, что на Украине пенсионная реформа — следствие требований международных кредиторов, поэтому государство должно жестко придерживаться выполнения этой инициативы.

Россия такими ограничениями не связана, поэтому имеет больший простор для создания новой модели пенсионной системы.

Если и есть определенные ограничения, они проистекают из уже произошедших изменений в пенсионной системе. В частности, в России сейчас действует балльная система, которая подразумевает не только требование к стажу, но и к количеству накопленных баллов, что представляется явно избыточным. Ведь если человек накопил за счет взносов достаточное количество баллов для формирования своих пенсионных прав, зачем предъявлять ему еще и требование по стажу, который фактически является синонимом продолжительности трудового периода?

Что мы получим, если увеличить страж и не увеличить пенсионный возраст? Скажем, мужчине исполняется 60 лет, и он имеет все основания для оформления пенсии, но ему не хватает отработанных лет. Варианта два: или он соглашается на минимальную пенсию, или продолжает дорабатывать до получения необходимого стажа.

При этом сам по себе пенсионный возраст может служить для работодателя поводом навязчиво предложить сотруднику воспользоваться своими правами уйти на заслуженный отдых.

Повышение пенсионного возраста в этом смысле защищает работника куда больше — конечно, при условии, что государство параллельно с этой мерой обеспечит условия для гарантирования занятости людям старшего возраста. В частности, за счет введения квот на их трудоустройство. Кстати, на Украине, к примеру, такая квота устанавливается на уровне 4% для людей старше 45 лет. На мой взгляд, в России было бы правильным довести этот показатель до 10%.

Опыт стран, где уже прошла пенсионная реформа, показывает, что если где и происходило ужесточение требований к стажу, то, как правило, намного позже (реже — параллельно) повышения пенсионного возраста. И любые попытки найти менее болезненный для восприятия общества вариант приведут к обратному результату, когда население не имеет четкого представления о своем будущем, что отрицательно сказывается на горизонте планирования своей трудовой деятельности, периоде накоплений.

Вместо просветительской деятельности вокруг причин и последствий пенсионной реформы, странно, на мой взгляд, тратить время на обсуждение альтернативных вариантов, которые, по сути, альтернативой повышению пенсионного возраста вовсе не являются.

Совершенно очевидно, и это подтверждают расчеты, что устранить дисбалансы, связанные с демографическими изменениями, увеличить пенсии, а также снизить нагрузку на бюджет можно исключительно за счет изменения возрастных критериев в сочетании с другими мерами — решением проблемы досрочников, развитием накопительной системы и т.д.

Так, по расчетам Центра стратегических разработок, если плавно (шагом полгода в год с 2019 года) повысить пенсионный возраст до 65 лет для мужчин и 63 для женщин, то можно добиться повышения выплат на 30% в течение шести лет. Кроме того, это позволит к 2035 году защитить бюджет от серьезных проблем. Эффект будет достигнут благодаря изменению соотношения работающих и пенсионеров с нынешних 2,4:1 (а с учетом того, что треть пенсионеров сейчас работает, то соотношение выглядит еще более далеким от модели, основанной на 4:1) до 3,1:1.

Исследования, кстати, показывают, что население начинает постепенно привыкать к тому, что возраст выхода на пенсию может быть изменен. Судя по опросам социологов ВШЭ, 14% граждан полагают, что эта мера лучше, чем ограничение выплат работающим пенсионерам, а 21% уверены, что пенсионный возраст должен быть выше, чем сейчас.

Для людей сейчас важно, чтобы правила игры были уже, наконец, определены, а метания из стороны в сторону завершились, поскольку какой бы вариант реформы ни был выбран, совершенно ясно, что он будет достаточно жестким.

Любая же попытка его «смягчить» напоминает известную историю про хозяина собаки, который из жалости отрезал хвост визжащему от боли питомцу по частям.