Газета.Ru в Telegram

Немного женоненавистник, немного расист, немного беременна

О том, почему Илон Маск – один против всех

режиссер, публицист

Представьте себе, что вы молодой журналист. Зовут вас, допустим, никак. Ну ладно, Джеймс Клейтон. Вы репортер по технологиям. И скромно указали в автобиографии: «Моя единственная задача – излагать все просто и понятно». Скромнейшая задача для такой амбициозной профессии. Где можно запросто прославиться за пять минут. Известны судьбы людей, которые – не как Ларри Кинг – а прославились благодаря одному только вопросу, заданному в нужный момент ключевым лицам. И вот тебе выпадает возможность взять интервью у миллиардера, владельца всего самого заметного и значительного, в том числе Twitter. Припереть его к стене. Вы такой уже представляете себя на сцене Колумбийского университета кланяющимся и получающим Пулитцеровскую премию. И так увлеклись, сочиняя пулитцеровскую речь, что даже забыли подготовиться к интервью.

Ровно так случилось с Джеймсом Клейтоном и с его интервью для BBC с Илоном Маском.

Клейтон задал провокационный вопрос: после того, как вы возглавили Twitter, резко возросло число оскорбительных комментариев (hateful speech). Что вы скажете по этому поводу?

А ты что думал, мил человек, что этим вопросом ты прям Маска в тупик поставишь?

Возглавив Twitter, Маск уволил чуть не всех из восьми тысяч сотрудников, оставив полторы тысячи. Иначе бы Twitter осталось жить четыре месяца, настолько он убыточный. Почти все уволенные отвечали за модерацию.

Модерация – это такой милый процесс, когда все, что тебе не нравится, ты обзываешь словами «фашизм», «расизм», «женоненавистничество», «гомофобия», «разжигание ненависти». И со спокойной совестью банишь. Знакомый процесс расчеловечивания и уничтожения.

Сказал Петя: надо усилить миграционные запреты – Петя расист. Сказал Вася: я за традиционные браки – Вася гомофоб. Сказала Юля: я за судебную реформу – фашистка. Сказал: я за Трампа – разжигаешь ненависть. Все – в бан.

Модерация – родная сестра цензуры, но лживая и в современном прикиде.

По мнению BBC, за последние месяцы в Twitter заметно участились случаи агрессивной риторики, нападки троллей, разжигание ненависти и женоненавистничества, а кроме того, стало намного больше пропаганды и информационных манипуляций. В этом уверены не только BBC, но и остальные СМИ. Потому Клейтон задал свой вопрос бездоказательно. Это ж и так всем известно. Чего тут доказывать…

А Маск в ответ попросил доказательств. Всего-то. Вот с этого момента «что-то пошло не так». Верней, не так пошло ровно все.

Ровно в эту секунду Клейтон с ужасом сказал сам себе, дэмн, ай шуд хэв бин препэред беттер, что в переводе означает: о, чорт, что ж я не сделал-то хоть скрин какой-никакой по-настоящему грубого и оскорбительного комментария, что ж я не подготовился-то лучше. Доказательств и примеров у Клейтона вообще не было.

Поэтому он и ответил Маску: «Ну, я давно уже не смотрю Twitter, именно потому что там увеличилось число агрессивной риторики, нападок троллей, разжигания ненависти и женоненавистничества». Причем Клейтон сказал «немного», «слайтли», посты и комментарии, где есть «немного женоненавистничества», «немного расизма», немного беременна. «Что значит немного, простите? – поинтересовался Маск. – За «немного расизма» надо банить, вы считаете?».

Журналист, вообще-то, – это человек, чья работа – добывать доказательства, чья работа требовать доказательств у других, это человек, который профессионально работает с текстами, с фактами, с доказательствами, с фактчекингом.

– После вашего прихода резко увеличилось число оскорбительных комментариев в Twitter.
– Доказательства!..
– …

Ну что, Джеймс, вон из профессии, да? Пойдешь теперь в фотослужбу BBC фотокорректором сиськи замазывать на репортажах с акций движения Femen?
Отличная история. Очень важный и показательный провал. Памятник непрофессионализму и предубеждениям. А потому что в леволиберальных СМИ разжигание ненависти в Twitter – общее место, общее мнение. Настолько, что это не требует доказательств?

До Маска в Twitter действительно наблюдался «левый уклон», его модерация явно была несправедлива к консерваторам. Леволиберальные пользователи могли писать что хотят, буллить и хейтить. А вот правоконсервативную хрюканину требовалось жестко фильтровать. Или – немедленное расчеловечивание и скоропостижный бан. Самой громоздкой жертвой этого крена шумно рухнул Дональд Трамп.

Маск, как известно, объявил своей политикой свободу слова и не банит никого, ни консерваторов, ни либералов, пусть себе.

Ни даже Дмитрия Медведева, ни даже Дмитрия Рогозина. Илон Маск лично сошел во ад и вывел оттуда, из проклятого бана, самого одиозного Дональда Трампа и иже с ним. Недемократов всяких. Ретроградов. Правых уклонистов. Троцкистов. И всякое.

Никакой Маск не Проханов всея Америки, конечно. Но таким его хотят представить в СМИ. Конечно, до настоящих жирных троллей, типа пламенных буревестников Жириновского и Проханова, Маску далеко. Но что-то такое уже намечается. Внешне уже почти похож. Будем надеяться, Маск и дальше пойдет по этому славному пути.

Вот сидит такой дядя, не совсем еще мой кумир, но уже толстоватый, неряшливо одетый, не очень следящий за собой и ведет один на один войну с влиятельнейшей леволиберальной тусовкой (всеми СМИ).

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Загрузка