Gazeta.ru на рабочем столе
для быстрого доступа
Установить
Не сейчас

И желает вам приятного полета

О последней волне отъезда из РФ

режиссер, публицист

Обожаю этот детский анекдот. «Здравствуйте, уважаемые пассажиры! Мы летим на высоте 9500, за бортом минус 50. Посмотрите в правый иллюминатор, вы видите огонь, это горит наш правый мотор. Посмотрите в левый иллюминатор, вы видите огонь, это горит наш левый мотор. Посмотрите вниз, вы видите маленькую черную точку. Это я, капитан корабля, говорю с вами отсюда и желаю вам приятного полета».

Такое же чувство.

Все разбежались. Прямо занырнули, а вынырнули уже с той стороны океана. Духовные лидеры сбежали тихо. Ни сказав ни слова, набрав воздуха и тоже вынырнув уже по ту сторону. И из-за бугра опубликовали интервью, что мол видите внизу маленькую черную точку, так это я, и желаю вам приятного полета…

Конечно, русский мат и стихи Мандельштама и (вдруг) Ахматовой – это целительная смесь по нашей погоде, но и она не всегда спасает.

«Уже безумие крылом души закрыло половину».

«Объявлена регистрация на экстренный субсидированный рейс из Москвы 2 октября (воскресенье). Стоимость полета 1800 долларов.
– Субсидированный рейс за 1800 долларов?!
– В другие страны стоит от 6000 долларов».

Ну, почему нет… Конец свиньи – это начало колбасы.

«Идея для стартапа. Продавать москвичам билет в Татарстан за 100 тысяч, пока они не поймут, что это тоже в РФ».

– Гражданка Израиля, вчера прилетела из России. Срочно ищу квартиру в центре страны до 3000 шекелей» (48 тысяч рублей).
– А раз гражданка, то должна знать, что таких цен давно нет.

«Бат-Ям. Сдается квартира, не маклер, 112 м плюс балкон 12 метров. 3 спальни, 2 санузла, фронтальный вид на море. Дом новый. 23 200 шекелей в месяц (376 тысяч рублей).
– А шо так дешево? Кондиционер, что ли, не работает?
- Але, 23200 – это цена?
– Нет, дата заезда
– А я думала, номер телефона».

Посты и комментарии к ним из паблика «Аренда в Израиле без маклера».

Израиль уже привык к русским. Вряд ли Израиль даже как-то заметит эту последнюю алию (алия = волна репатриации). Ну да, только квартирный вопрос, который и так довел публику до последней стадии белого каления, станет еще ощутимей. Если и есть что-то действительно нерезиновое, а очень хрупкое и очень зажатое между добрыми соседями, так это как раз Израиль. Но все же это не та алия, что была в 1990-е, когда страна никак не могла переварить такой наплыв людей. Сейчас не тот объем.

Сколько в Израиле было этих волн, каждая имеет свое название и обозначается по номеру и причине отъезда. Четвертая алия, например, «гитлеровская».

Наши ехали в 1972 году, в «сионистскую» алию, когда я только родилась, ехали, рискуя всем, бросая дом, деньги, любимых. С работы выгоняли, а из страны не выпускали. Они становились «отказниками». Той идеалистической мотивации сейчас уже не может быть. И никто не может точно сказать, почему в конце 60-х – начале 70-х возникло это яркое и жертвенное национальное чувство у приблизительно 150 тысяч советских евреев.

Потом уже доезжали оставшиеся – в «колбасную» алию 1990 года. Читать их письма очень любопытно. Такое впечатление, что эти 40-50-летние дяди и тети только что из детсада – настолько ограничен опыт, настолько они чисты. Письма перенасыщены подробнейшими перечислениями, столько стоят яблоки, груши, помидоры, ананасы, картошка и каковы они на вкус. Прямо из детского сада – на рынок.

Они нас так сильно любили, так о нас беспокоились, и все равно в интонациях чувствуется это эмигрантское: мы правильно сделали, что уехали, вы — неправильно, что остались.

С тех пор как Абрамович публично унизил Израиль, опаспортился в Израиле и сразу сбежал в Великобританию, и Израиль вынужден был выдать паспорт, и Англия вынуждена была его принять – он стал символом «паспортной» алии, которую особенно не любят в Израиле. Теперь против «паспортной алии», против тех, кто рассматривает Израиль как перевалочный пункт, приняли меры – загранпаспорт получить будет гораздо сложнее.

По интернету бродит фотография загранпаспорта Пугачевой (которая уехала, вернулась, написала тут осторожно-смелое заявление в Минюст и снова уехала) – таки я вам скажу: или она еврейка, или этого не может быть. Не станет Израиль так нарушать законы, даже для самых крупных скандалистов мира не сделает исключения. Как мы хорошо знаем, в Израиле сажают и премьер-министров.

Что будет сейчас с Израилем, который принял эту новую волну, привыкшую к комфорту и тусовкам, на которые съезжается все флаги в гости. Что станет с Израилем, где по одежке не встречают никого, где миллионера не отличишь от бомжа – оба в майке и шлепках.

«Российские космонавты вернулись с МКС. Они приземлились в Казахстане. Способ долгий, но работает».

В Казахстане русских узнают по пестрой одежде. Местные так не одеваются. Казахи носят все черное. И пиджаки. Почему-то. Пиджаки, костюмы – так в некоторых местах представляют себе благородный, чинный, деловой вид. В Израиле в костюмах ходят только религиозные и приезжие с Кавказа. Наивный шик черной одежды и костюмов разбавили приезжие из России – и их тут видно очень хорошо. И их, кажется, больше, чем пишут.

Казахстан несколько обескуражен. Казахстан был ориентирован на Россию, для городского казаха нормально не знать казахский и говорить по-русски. Надписи в городе всегда дублируются на русском. Но Казахстан изменился, это не Советский Союз, где казахи чувствовали себя униженно.

Тем, кто приезжает, надо вести себя аккуратно. В сетях и на остановках распространяется листовка. «Три наиболее распространенных слова, которые используют шовинистически настроенные русские по отношению к казахам и другим тюркским национальностям: «мамбет», «калбит», «чурка». Употребление этих слов ускорит вашу депортацию из страны».

Оказывается, «мамбет» – это «деревенщина», казахи сами активно используют это слово. А вот за «калбит» могут избить. Зато слово «чурки» нам знакомо. У нас на даче так всех приезжих зовет наша Дуся, жена сторожа, добрейшей души женщина. Мне как всегда больше всех надо, и я Дусю просвещаю, что нельзя так, нехорошо так. Дуся искренне удивляется. Как же их еще называть.

Для Дуси это слово нейтральное.

Переварит ли Казахстан эти въехавшие 98 тысяч? Найдет ли столько рабочих мест? Если учесть, что кто-то из въехавших уже поехал дальше или намеревается? В Узбекистан. В Турцию. Но только сто ли тысяч? Кто-то говорит, что миллион…

«Я думаю, это только в Актобе столько въехало, тут живого места нет, все гостиницы, самые захудалые, забиты. Даже такие города, как Атырау, Актау (Гурьев, Шевченко) забиты полностью. Русские выдавливают местных с работы, к сожалению, есть такая практика. Сеть перегружена, они сидят целыми днями в интернете. Для приезжих открыли специальный ЦОН (аналог МФЦ). Работают волонтеры. Русских расселили в пионерлагеря с короткими детскими койками и в кинотеатры. А куда еще».

Интересно, какое им кино крутят.

«Мы уже затерялись среди русских. Пока тишина, трений нет. Но нет больше командировок, потому что буквально негде заселиться, все забито. Впервые здесь не рады русским. Есть такая пословица: орыс досын болса айболта дайын болса. Если у тебя русский друг, имей еще и топор».

На приграничных территориях Казахстана взлетели цены на арендное жилье. Снять однушку в центре Костаная можно минимум за 400 тысяч тенге (53 тысячи рублей) в месяц. На границе России и Казахстана 56 постов КПП, каждый из которых пропускает ежедневно от 5 до 10 тысяч человек. Каждый день все посты забиты. Тогда зачем Казахстан занижает цифры? Может быть, чтобы местные не возмущались. Лица славянской национальности поперлись к тем, кому раньше опасались сдавать квартиры. И заселились тут плотно.

«А правда, что все мажорики свалили из Москвы?» – спрашивает знакомый казах. Я не знаю, кто такие мажорики. Но отвечаю: да, мажорики свалили. Свалили мажорики. Молча. Позвонишь, а они уже не здесь.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть