«Зимняя вишня»: этика трагедии

27.03.2019, 07:54

Юлия Меламед о том, чего мы не знаем о пожаре в ТЦ «Зимняя вишня»

Поселок как поселок. Таких полно в российской глубинке. Общественного транспорта никакого, мужики валетом в ковше трактора едут. Маршрутка, однако. Кладбище со свежими могилками. И искусственными цветочками, как принято в России.

На кладбищенских портретах дети. Год назад тут случилось кое-что настолько значительное, что сильно нарушило обычную жизнь. Мужик без возраста в камуфляжной куртке, морда помятая, говорит спокойно и лениво: «Горе большое... Траур для всей деревни... Ну, что ж делать... Всего не предусмотришь в этой жизни... Родителям жертв помощь оказали, хорошую... Кто-то в дело пустил, кто-то в водку ударился... Может, и происходят проверки, но за взятки подписывают бумаги, и все шито-крыто до тех пор, пока не случится что-то... Ну, крайних всегда найдут, а вышестоящее начальство всегда в стороне, как и везде у нас в стране».

Вот и вся колонка. Можно ничего не писать. Все мысли этот дядя высказал. Как его назвать? Русский фаталист?..

Этот поселок, откуда помятый мудрый дядя – в Кемеровской области. Тут жили дети, которые сгорели в «Зимней вишне» год назад. Таким анализом подводи итог любой нештатной ситуации в стране – не ошибешься.

Но есть кое-что еще. Общественная реакция на события в «Зимней вишне» претерпела очень быструю эволюцию. Стремительную. И эта эволюция гораздо более показательна, чем сам пожар, его причины и его последствия. Гораздо более...

Расшифровка подлинного звонка в Кемеровскую службу спасения из ТЦ «Зимняя вишня» 25 марта 2018 года:

— Служба «112».
— (крик) Спасите нас из зала!
— Едут к вам пожарные...
— (крик): Мы не можем выйти! Почему нас оставили сотрудники?
— (раздраженно): Ко мне какие претензии?
— Сколько еще будут ехать?... (обрыв связи)

Сразу после поступления сигнала о пожаре был создан специальный кризисный штаб, в помещении которого первым делом прямо во время пожара сотрудники штаба повесили портреты Путина и Тулеева.

Ну, и тушили они соответственно... Приехали быстро. Но побежали не тушить, а оцеплять район. В это время люди прыгали из окон. Их ловили в одеяло те, кто смог выбраться из «Зимней вишни».

В Кемерово начались стихийные митинги. Власть страшно испугалась. У оппозиции появилась надежда. Вот оно подлинное! С этим и с этими не справишься! На своей опаленной шкуре люди почувствовали, как их «защищают» те, кого они выбрали. В регионе, который вчера дружными бюллетенями голосовал за власть, люди потребовали власть к ответу. Вот мэр Кемерово стоит перед толпой, пытается отправить всех на территорию, где чиновникам комфортнее, и канализировать протест в комфортное русло. Фиг вам.

«По вашим правилам мы больше не играем!» — уверенно говорит юноша в лицо мэру Кемерово Середюку, и тот уступает (тот, кого избрали 80 процентов кемеровчан, тот, у кого брат один из собственников ТЦ).

На место трагедии приезжает Путин. Тут как обычно власть проговаривается. Фраза Тулеева становится знаменитой. Аман Тулеев – Путину: «Владимир Владимирович! Прошу прощения лично у вас за то, что случилось на нашей территории. Сегодня там 200 человек, это вообще не родственники погибших. Это те, кто постоянно бузотерит». Перед кем Тулеев чувствует ответственность? Перед кем извиняется? Ну ясно, перед шефом за людей. У нас тут неувязочка. Кровь не смыли-с. Не знаю про «Анатомию протеста», не смотрела, но вот фильм «Анатомия власти» – демонстрировался на всех мониторах страны в те дни.

«Бузотеры» приходят на площадь и требуют ответа. Они не уходят с площади. Запах гари не выветривается из квартир домов по всему кварталу.

Город Кемерово небольшой – все связаны друг с другом. Пострадавшими так или иначе оказываются все. Как на войне. Каждый дом причастен.

Почему детей заперли? Почему оцепляли, а не спасали? Почему у пожарных не было воды? Почему на пожарных лестницах ничего кроме строительного мусора не было? Почему не было путей эвакуации? Почему была неисправна сигнализация? Почему экономили на средствах безопасности? Кто получал взятки, когда подписывал проверку ТЦ? Почему последняя проверка на пожарную безопасность была три года назад? Почему стены были облицованы панелями из легковоспламеняющихся материалов? Почему «Зимняя вишня» была переоборудована из фабрики, которая вообще не приспособлена под ТЦ? Кто это все согласовал и подписал?

Страна погрузилась в траур. По всей стране шли молчаливые митинги. Люди присылали деньги. Фейсбук приоделся в свечки на черном фоне (знаем это копеечное сочувствие, но тут было разное).

Тут на площади Кемерово появляется новый человек. Его сразу начинают слушать:

— Вертолетов не было! В самой богатой стране! Двумя струйками тушили. К людям относятся как с скоту!
Его прерывает кто-то с лицом в три лица:
— Молодой человек вы что, хотите попиариться на горе?

Это Сергей Цивилев. Замгубернатора Кемеровской области.

— У меня вся семья погибла.
— Ваша фамилия? – ведет публичный допрос Цивилев. Они свято верят в «бузотеров».
— Моя фамилия Востриков. У меня погибли жена, сестренка и трое детей.

Когда появился потерявший всю семью Востриков, харизматичный, ничего не боящийся, московские оппозиционеры дружно выдохнули – ой, вот он! Наконец-то! Теперь все! Экие вы восторженные, друзья! Циничные, циничные, а восторженные.

Дольше стоял в квартирах домов запах гари, чем протестные настроения в регионе.

Востриков вступил партию. Но не в какую-нибудь, а в партию власти, выиграл праймериз от «Единой России», но выборы проиграл и уехал в США, теперь оттуда постит видосы в свой «Ютьюб».

Губернатора Тулеева («Извините, Владимир Владимирович, это бузотеры») не смогли отправить в отставку, отправили, но он в результате удержался в близкой должности.

Мэр Середюк сохранил свою должность. Сергея Цивилева («вы пришли попиариться на горе») повысили, теперь он губернатор. Состояние основного владельца «Зимней вишни» Дениса Штенгелова (он даже не объявлен в розыск) за год увеличилось на 50 миллионов долларов — до 650 миллионов, пишет Forbes.

ТЦ сровняли с землей, на его месте новый строить не будут, «иначе будет напоминать о трагедии». Правильно, к чему напоминать? К чему пиариться на горе?

Через пару дней страна забыла эту трагедию и отвлеклась на новые. Сейчас в годовщину пожара опять на минуточку погрустнела...

Вся история с «Зимней вишней», которая свела с ума всю страну, остыла стремительно.

«Да мы с самого первого дня были с трагедией один на один, коленки уже болят по кабинетам ходить», — говорит Андрей Балахнин, отчим погибшей девочки. Он из тех, что деньги «в дело пустил, а не в водку ударился». Жалуется, что соседи завидуют.

Вокруг любой большой трагедии много такого, от чего сильно повреждаешься в уме. Такого, от чего сыпется все, что ты думал до этого о человеческом в человеке. Убийство, каким бы даже жестоким ни было, можно понять – оно, не находясь в социальных рамках, остается в рамках интеллектуальных. А такие события – дыра в понимании, в цивилизации.

Родителям погибших выделили деньги – соседи завидуют. Разбогатели, понимаешь... «Когда люди узнали, что деньги дают, сразу окрысились», — говорит Балахнин»...

Так было во время блокады, когда люди от голода настолько теряли человеческий облик, что радовались смерти детей, ведь до конца месяца можно питаться по их карточкам.

Вот еще интервью. Дед как дед. Таких полно в российской глубинке. Не старый еще. Зубы золотые. Не спившийся. Это видно. Бодрый дядька. Пять раз пересмотрела, вглядываясь в лицо этого человека. Пять раз переслушала, что он сказал, пытаясь разгадать эту загадку. Вот что он говорит дословно: «Там даже моя правнучка погибла... Помощь оказали хорошую, неплохую. Да у нас здесь нормально вообще все. Ну погибли и погибли. Что там случилось? Ну это вышестоящие знают, что случилось».

Прямо квинтэссенция всего, на что хочется плюнуть в человеке и забыть.

Этот дед из репортажа Зоси Родкевич «Выжившие». Дед как дед. Ну, не в зубах же дело. В чем же дело? Как это опознать? Не могу понять. Не могу. Как назвать это? Одеревенение души? Русский фатализм? Не то слово... Не то.