Пенсионный советник

C надписью Russia на груди

08.06.2017, 08:41

Юлия Меламед о том, очерняет ли страну фильм Звягинцева

Кадр из фильма «Нелюбовь» (2017) Нон-стоп Продакшн
Кадр из фильма «Нелюбовь» (2017)

Пока попадешь на фильм Звягинцева — наслушаешься... Наверное, Звягинцев — чемпион по искаженному прочтению своих фильмов. Дескать, очерняет нашу страну и прочее, не стану цитировать.

Реклама

Я этому удивлялась еще несколько лет назад в истории с «Левиафаном». Вроде бы режиссер точно объявляет свои намерения: снимаю притчу, создаю символические ценности. До меня не было образа государства как Левиафана, а теперь есть. И вдруг фильм попадает в центр какой-то мелкой свистопляски: дескать, очерняет или не очерняет режиссер. И режиссеру остается только скорбно развести руками.

Та же история с «Нелюбовью». Звягинцев снимает фильм про человеческий дефект нелюбви, про новых каев и снежных королев с пустыми душами и оттого кривыми судьбами. А мы все обсуждаем, что именно означает какая-то надпись «Раша» на костюме героини! Всю ли Россию поливает грязью режиссер или только конкретных людей, предпочитающих символику с надписью «Раша»? Какое удивительное несоответствие размаху великого режиссера и нашей мелочности!

Он нам притчи. Мы ему — скандалы. Он нам полотно «Ротко». Мы ему — «Лабутены». Он к нам с истиной. Мы к нему — с «Пусть говорят».

Мы ему: ты пошто, гад, поклеп на матушку-Россию возвел? А он нам: а вы видели когда-нибудь, как течет река?

Но, с другой стороны, чего вы хотите, Андрей Петрович, если вы сами, личной своей режиссерской волей показали в финале фильма (на самом козырном месте) на весь экран Дмитрия Киселева по телику? И крупно надпись Russia на груди героини. В самом что ни на есть финале.

Красивая русская девушка, дорвавшаяся до богатства, но озлобленная и опустошенная, как все красивые русские девушки, дорвавшиеся до богатства, исполняет на тренажере бег на месте (наш фирменный) в куртке Bosco с надписью «Раша». Красивая, стройная, высокая, крупная баба, но отупевшая и озлобившаяся. И все ее трагедии ей не на пользу.

Не очищают они ее, не поднимают, а только глубже утрамбовывают в ее пустоту. Да на ней можно даже и не писать, что она Раша — и так ясно.

Загадка для самых маленьких. Красивая, большая и злая. Что это такое? Россия! Правильно, дети.

Но режиссер написал, да еще и наехал на надпись. И это в финале, граждане. Там, где самый фильма итог, где каждая деталька вырастает до символа, где каждая мелодийка звучит как «Война священная», ибо финал. Тут как в яйце Кощеевом заключено то, что хотел сказать режиссер.

Я все время думала, почему такие высокопрофессиональные и талантливые люди, как Кончаловский, Михалков, Звягинцев, так портят финал, почему плетут ткань фильма так убедительно, а в финале — плюх, и вдруг так грубо шлепнутся в пошлость? Что Кончаловский со своим «Ты спасена!» (в фильме «Рай»), что Звягинцев со своим Киселевым и Рашей. Отчего они так спотыкаются вдруг на пороге собственного величия?

Для тех одиночек и маргиналов, кто вдруг не знает, о чем этот знаменитый фильм... О двух неприятных грубых людях, которые, спасаясь от другой нелюбви, оказались рядом друг с другом. Много лет в нелюбви делили общую квартиру и постель, нажили в нелюбви сына, наконец, пришли к козырной мысли (моей любимой): «Ты мне всю жизнь испортил/а!» — и решили развестись.

Мне, правда, больше нравится другой классический вариант ресентимента: «Ты мне всю жизнь испоганил», «Ты у меня 20 лет жизни украл» — но все три хороши.

Пока продается совместное имущество, они продолжают видеть друг друга, собачиться, материться. В этой обстановочке растет их затюканный апостол, подросток Алеша, которого мерзавка-мать постоянно оскорбляет.

На этом фоне ребенок пропал. И не нашелся, как его ни искали. А может, и не было его вовсе.

Это Звягинцев так любит. У него всегда совместное блюдо: и острая социальная сатира, и публицистика, и притча — в одном кино.

И в «Возвращении» тоже остается такой вариант прочтения, что отца и не было вовсе (на фотографиях о совместном путешествии мальчиков ни одной фотографии отца нет). В общем, трагедия то ли случилась, то ли не случилась. А в любом случае в сердцах главных героев не произошло ничего. Таких не проймешь. Они разбежались и сошлись с другими. И продолжат жить с этими новыми в такой же нелюбви. На иное не способны.

Честно говоря, мне даже писать о них неприятно. Правда, такие люди есть.

Я сама регулярно вижу у нас в магазине «Пятерочка» матерей, которые на просьбу ребенка купить шоколадку отвечают матом.

Кто его знает (Звягинцеву видней) — может, и правда, именно в нашей (советской) стране больше таких, у которых отшибло инстинкты, и они из рода в род растят детей в злобе и агрессии. А потом отсуживают друг у друга имущество. Я, в принципе, не особенно хочу наблюдать жизнь умственно и нравственно отсталых, будь она представлена в виде сатиры, в виде притчи или в виде комедии.

Станиславский говорил, что вдруг понял, почему не может найти общего языка с новыми советскими руководителями. И эта его догадка была не из идеологической области. Он понял, что у новых руководителей страны не было счастливого детства. As simple as that. Да, вот так просто. Не было любящих родителей, братьев, сестер, не было детского счастья творчества. Без этих детских впечатлений человек не может стать ни полноценным творцом, ни зрелым человеком. Не из чего брать. У него изначальный шрам во всю судьбу.

Это чуть не единственные слова из всех сочинений Константина Сергеича, которые я-таки запомнила. А кроме слов запомнила отношение. Его отношение к тому, что ты делаешь. Честное. А не хитрющее, когда придумаешь концепцию и давай под нее планы стругать.

И Астрид Линдгрен однажды, отвечая на вопрос, откуда взялась эта ее прекрасная фантазия, сказала: просто мои родители очень любили друг друга. Так что выбор «любовь – нелюбовь» действительно самый важный в мире и есть.

В фильме, конечно, есть очень сильные места. И кульминационную сцену в морге я не посмею обхамить. Сильная сцена и точная. И актерски безупречная, и операторски. Фронтальная центральная композиция — камера просто припечатывает героев к стене — они тут сами как на столе у патологоанатома.

Но раз сам Звягинцев навязал это дискурс — хочу ответить спорящим, кого же изобразил режиссер? Россию? Или любителей носить символику России? Пишут: «Это не про страну Russia — это про людей, у которых на грудях и ягодицах написано Russia. Две очень разные вещи». Друзья, ну вы Звягинцева-то видели? Фильмы его?

Он даже сморкается и то не рукой, а дланью.

Ни о каких конкретных людях речи у него нет. Не любит он конкретных людей. Не интересны они ему. У него обобщения поглобальнее, он частные случаи не рассматривает.

И к тому же, как говорил Иоселиани: крупный план — это позор кино. Это комментарий на тот случай, если для вас наехать с кадра иконы на кадр «отдел продаж» или с Киселева на крупняк «России» — это нормально. Это же называется «литературщина», и от нее отучают на первом же курсе любой киношколы. Кино — это когда мысли переводят на язык образов, а не тексты зачитывают или показывают.

То, что изобразил в финале Звягинцев, не оставляет никаких шансов на другое прочтение. На вопрос, кто и что виной тому, что наши люди такие опустошенные и злые, Звягинцев дает ответ: виной всему Дмитрий Киселев, телевизор и Russia.

Ну, елки-моталки, по ощущениям — прямо мордой в грязь.