Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Пляски в храме науки

23.05.2015, 20:03

Дмитрий Карцев об оскорблении учащихся

На этой неделе в одном из известнейших столичных вузов случился громкий во всех смыслах скандал. В Российский государственный гуманитарный университет (РГГУ) приехал с публичной лекцией о технологиях проведения «цветных революций» один из лидеров «Антимайдана» Николай Стариков с целой группой единомышленников. Все чин по чину, в центральной аудитории.

Студенты с самого начала устроили ему обструкцию: пришли с плакатами, освистали, заявили, что не желают слушать пропаганду. Не все, но многие.

По этому поводу хочется сказать,

что не стоит путать академическую свободу с академической вседозволенностью.

Под вседозволенностью я подразумеваю исключительно приглашение на лекцию в респектабельный университет конспиролога и пропагандиста.

Возмутившихся студентов поспешили обвинить в хамстве, причем, что удивительно, не только закаленные в фейсбучных боях интернет-патриоты, но и некоторые вполне либерально настроенные граждане. Мол, в дискуссии надо вступать, а не срывать их, с этого и начинается толерантность, которой так не хватает нашему обществу.

На это есть довольно простой ответ — тогда и формат должен быть обозначен как дискуссия, а не как публичная лекция.

Но есть и более существенный аргумент. РГГУ — университет, выросший из историко-архивного института. Высокое предназначение последнего всегда состояло в критическом исследовании исторических текстов, то есть в том, чтобы научить будущих историков отличать, говоря современным языком, «фейк» от «нефейка».

В этих же стенах уже в новое, свободное время были впервые в России апробированы методы исторической антропологии. Это передовое течение мировой гуманитарной мысли постулирует внимание к жизненному миру человека, а не к искусственным схемам якобы объективной истории.

Построения Старикова к гуманитарной науке никакого отношения не имеют. Его представления о современности, в том числе о пресловутых «цветных революциях», зиждутся на интерпретациях прошлого, в свою очередь, основанных на многочисленных выдергиваниях и передергиваниях.

Главная идея — о многовековом «сдерживании России» со стороны англосаксонского мира, проявлением которого в нынешнее время и стали уличные баталии на периферии западного мира, — с одной стороны, опровергается очень легко: за пару веков мир в научно-техническом отношении изменился настолько, что никакое политическое его устройство не могло остаться неизменным.

А с другой, не опровергается никак, ибо основана, как и всякая теория заговора, исключительно на вере.

Между тем по каждому конкретному сюжету, который затрагивает Стариков, — от декабристов до революции 17-го года — написаны тонны научной литературы, которую он попросту игнорирует.

И именно это игнорирование исторической науки делает его появление в стенах университета с богатейшими традициями не просто скандальным, но и оскорбительным. Студенты в свою очередь просто восстановили поруганную честь университета, которую поставило под угрозу его собственное руководство, пригласившее такого лектора.

Сторонники «Антимайдана» должны это особенно хорошо понимать. В свое время они наверняка были в первых рядах возмущавшихся танцам Pussy Riot в храме Христа Спасителя. Этот поступок и правда неприличен. Потому что они нарушили внутренний распорядок жизни храма.

Если хотите, лекция Старикова нарушила распорядок жизни храма науки.

Правда, «двушечка» ему за это не грозит.

И слава Богу, конечно. Но только не нужно упрекать студентов в том, что они вели себя как-то недостойно. Они вели себя как искренние молодые люди, возмущенные вторжением в университетское пространство. А университет — это испокон веков не только храм науки, центр знаний, но и место, где учатся свободные люди, не подданные, а граждане.

Это сочетание не случайно: наука, особенно гуманитарная, чахнет, когда ее пытаются зажать в тесные политические рамки. Это, кстати, одна из причин, почему ни один жесткий режим в новейшее время не смог долго продержаться у власти, не проиграв борьбу за место в мире: люди, «ответственные за прогресс», там жить не хотят. Нет людей — нет и прогресса.

И освиставшие Старикова студенты поступили, как всегда и поступали их предшественники сто, двести и пятьсот лет назад. Форму протеста можно подрихтовать, зато суть и смысл угаданы совершенно точно.

Меня тревожит только одно: очевидно, кто-то поощряет появление персонажей, подобных Старикову, в университетских стенах. Не для того ли, чтобы, ссылаясь на эти прецеденты, другие, специально обученные, студенты начали срывать лекции ученых, не согласных с «генеральной линией»?

Последствия такого развития событий для университетской науки и для университетской атмосферы в целом слишком очевидны, чтобы их обсуждать.

Но как отреагируют их оппоненты? Молча проглотят? Покинут университетские стены, а за ними, возможно, и страну? Перейдут к более радикальным действиям, чем просто свист?..

Пока же я, как никогда, горжусь тем, что закончил РГГУ. И не только из-за протестующих студентов, но и потому, что на лекцию Старикова, которую уж наверняка постарались хорошо проанонсировать, пришла буквально пара десятков студентов.

Нас, историков, на пары по какой-нибудь математике ходило больше.