Слушать новости
Телеграм: @gazetaru

Масочный режим как форма либерализма

Андрей Десницкий о неожиданных, но логичных сочетаниях

Прослушать новость
Остановить прослушивание
Rambler-почта
Mail.ru
Yandex
Gmail
Отправить письмо

Периодически люди в сети удивляются: как это выходит, что российские сторонники западных ценностей и либерализма обычно готовы соблюдать строгие коронавирусные ограничения, а те, кто ратует за государеву руку и сильную державу, совсем нет? Разве не логичнее наоборот: либералам претят любые запреты, а державников хлебом не корми, дай что-нибудь запретить?

Сразу оговорюсь, что обобщения эти слишком широки и потому могут быть верны лишь отчасти, можно найти немало контрпримеров. Но в целом они все-таки верны, полагаю. И я отлично понимаю почему.

Слова «либералы, либерализм» у нас давно стали бессодержательными ругательствами, так что обсуждать неких абстрактных «российских либералов» бессмысленно и даже, в общем-то, неприлично. Но если вернуться к изначальному значению этого слова, то либерализм настаивал на ценности каждой человеческой жизни. Гражданские права и свободы важны не сами по себе как некий идол и фетиш, а как условия жизни этой самой личности.

Важнейшие, но не единственные и даже не первейшие — право на жизнь, безусловно, стоит выше. А кроме того, права и свободы одного гражданина заканчиваются там, где они начинают нарушать аналогичные права и свободы другого гражданина. В этом суть либерализма, а вовсе не в повальном отрицании каких бы то ни было норм и ограничений. Так что для человека, который высоко ставит либеральные ценности (и я как раз из тех людей), соблюдать разумные антивирусные меры — настолько же естественно, как, к примеру, мыть руки после туалета или здороваться при встрече.

И снова оговорка. Нет, это не значит, что любые карантинные меры заведомо оправданы и разумны.

Это не значит, что санитарным требованиям можно приносить в жертву абсолютно любые права и свободы — меня, например, совершенно не устраивает, когда одиночный пикет оппозиционера у нас считается грубым нарушением самоизоляции, а многотысячный провластный митинг на стадионе — нет. Я твердо уверен, что в данном случае санитарные нормы становятся поводом для политической дискриминации и существенного ущемления прав.

То же самое касается и прививок. Я считаю их безусловно правильным выбором, потому что есть все основания считать, что они существенно снижают распространение болезни и смягчают тяжесть ее последствий, причем не только для привитого, но и для его окружения. Иными словами, я не хочу, чтобы из-за моей лени или безответственности болели и умирали другие люди, даже если я сам никогда об этом не узнаю, даже если меня в их болезни никто никогда не обвинит.

А какова же логика державника-антипрививочника, как ее понимаю я? И снова оговорюсь, что не все антипрививочники державники, равно как и наоборот, просто это сочетание мне представляется очень логичным и широко распространенным.

Такого человека, на мой взгляд, не слишком заботит судьба отдельных его сограждан и даже своя собственная судьба — «жила бы страна родная». Ее величие выражается прежде всего в массовых зрелищных мероприятиях — ну, какие уж тут маски, какие прививки! А если кто лишний заразится, заболеет и даже умрет, так ведь мы за ценой не постоим, как от веку на Руси велось. А что людские потери бывают высоки — так новых нам солдат нарожают.

При этом такой человек (да, я рисую его карикатурно, и он мне не нравится) государству не очень-то и доверяет. Он не осознает себя его частью, хотя безмерно им гордится. Все эти риторические пассажи про «мы взяли Берлин и первыми полетели в космос» подразумевают не личное участие и такую же ответственность, а некое абстрактно-высокое чувство принадлежности к чему-то великому. При этом не зазорно на бытовом уровне государство по мелочам обманывать и от установлений его по возможности увиливать, чтобы не оказаться той самой щепкой, которую не берут в расчет при рубке леса. А мы чо? А мы как все. Время у нас такое. Понять и простить.

Впрочем, не только у нас. Ничего специфически российского в таком настроении нет. Это свойство любого патерналистского, а значит — архаичного общества, в котором власть воспринимается как отцовская фигура.

Да, этот отец не слишком заботлив и последователен, он выдает то пряники, то ремня, зачастую вне всякой связи с реальными заслугами или проступками, так что главная задача — урвать пряник и от ремня увернуться. Ну, конечно, как получится. Но главное, что наш батя — самый сильный, надо будет — любого отлупит. А покамест тренируется на нас.

Для человека с подобным сознанием главное — договориться как-нибудь с батей, а если не получится — спрятаться от него и от обстоятельств жизни, как-нибудь переждать, приспособиться, потому что изменить мы все равно ничего не в силах. То и дело слышу: кому сколько на роду написано, тот столько и проживет, ничего тут не изменишь. Странно, что эти люди вообще ходят к врачам и покупают лекарства, что они зарабатывают деньги, заводят семьи, принимают какие-то решения — ведь про все это можно сказать, что будет «как на роду написано», знай лежи себе на печи, жди с неба калачи.

Человек со взрослым сознанием — он стремится быть взрослым, а значит, брать на себя ответственность, принимать ограничения не за страх, а за совесть, потому что это правильно и важно. И потому он инфантилу непонятен и неприятен, кажется подозрительным и опасным: а что, если и меня так заставит? Да ведь хочет заставить, я знаю! Нет уж, пусть все эти ограничения соблюдают те, кому они нравятся, а к нам не пристают. И инфантил раздражает взрослого, кажется ему опасным. Но ведь… и вправду он опасен.

Приведу только одну аналогию: а правила дорожного движения что, пусть тоже соблюдают только те, кому это нравится, а остальные ездят как им в голову взбредет, хоть пьяными, хоть на скорости двести по тихим улочкам? Нет. Правила мы соблюдаем не потому, что нам это приятно, а потому, что это увеличивает безопасность для всех, они писаны кровью, их польза доказана опытом.

Возвращаясь к коронавирусу — как правильней и эффективней бороться с ним, насколько эффективны те или иные меры, включая прививки, не знает пока никто, и в ближайшие лет десять мы будем только гадать и давать предварительные оценки, а потом, наконец, появится нужная статистика. Но уже ясно, что он меняет мир и наши представления о мире и самих себе.

Когда-нибудь установятся новые правила жизни и быта — некогда люди не носили, простите, трусов и не чистили зубов, а сегодня нам это дико. Может быть, в итоге эффективнее окажется не либеральный, а именно что патерналистский, он же наплевательский подход — заранее судить не берусь.
Но пока еще не вечер — позвольте побыть либералом! Вам же самим полезней будет.

Rambler-почта
Mail.ru
Yandex
Gmail
Отправить письмо