Слушать новости
Телеграм: @gazetaru

Высшая иммунная лига

Георгий Бовт о том, как вакцина от коронавируса превращается в субъект большой политики

А вы готовы привиться вакциной от коронавируса с ностальгическим названием «Sputnik-V»? Буквально как дочь нашего президента. Российское общество разделилось по этом вопросу практически пополам, с небольшим преимуществом «вакциноскептиков»: о готовности привиться заявляют 42% опрошенных, 52% респондентов не хотят (данные ВЦИОМ). При том что в обычных условиях принципиальных противников всяких вакцин среди наших сограждан не более 5-10% (в отношении противогриппозных гораздо больше – ближе к той же половине).

Если бы сейчас на носу были думские выборы, можно представить, что вопрос вакцинации стал бы важным пунктом предвыборной борьбы. Насчет предстоящих в сентябре губернаторских выборов – пока ясности нет. Видимо, политтехнологи еще не решили, стоит ли запускать столь острый и неоднозначный вопрос в общественно-политические дебаты. Мало ли что.

Судя по соцсетям, где «ковид-диссиденты» сражаются нещадными словами с «ковидо-фашистами», рубка могла бы получиться нешуточная, а «санитарно-эпидемиологический» водораздел мог бы пройти поперек партийных различий. Да так, что ни один куратор не разобрался бы. А еще можно было бы соорудить, по крайней мере, временно, двух- или даже четырех-партийную систему, с гораздо более внятными партийными различиями, чем то, что сейчас у нас есть.

Партия «Спутника» (с уклоном в легкий милитаризм, поскольку к разработке причастны военные), партия «Вектора» (вакцина от этого новосибирского центра будет зарегистрирована в сентябре, названия пока нет), заигрывающая с «сибирским сепаратизмом» и спекулирующая на тезисе «хватит кормить/слушать Москву и колоться по ее указке»). Ну и для плюрализма – партия иноземной вакцины.

Разумеется, западной, все равно какой именно. «Западникам» традиционно будет отведено 5-10% голосов, в основном в крупных городах с недопривитым «средним классом». Понадобится еще партия антипрививочников. Или пусть это будет неприсоединившееся «болото». Которое, пройди, условно, «выборы» сегодня, взяло бы парламентское большинство. И оппонировало бы, получается, президенту? Который, похоже, за вакцинацию (и я, признаюсь, сделаю уж coming out, скорее с ним солидарен в данном вопросе). Но не будем заходить столь далеко в опасных политических фантазиях.

Кто бы мог подумать еще в начале года, что вопрос вакцины от неизвестной заразы окажется столь политизирован, причем в мировом масштабе. Что в нем отразятся многие другие межгосударственные противоречия и конфликты.

Скажем, по списку из примерно двух десятков стран, которые готовы принять российскую вакцину, можно судить о том, кто нам на сегодня скорее друг, чем враг. И, наоборот, когда янки говорят, что российский «Спутник» не станут прививать даже обезьянам, что вакцину нашу «не признают», а разработчикам еще и санкции впаяют, — то это к вопросу о том, кто нам на сегодня главный противник.

Человечество, как обычно, перед новой угрозой действует согласно принципу «каждый за себя». Всемирная гонка за вакциной – тому подтверждение. Все опасаются, что она может стать средством политического шантажа, угроз и давления. Не без оснований. Многие и у нас не поверят в то, что, не будь у нас собственной разработки, «западные партнеры» (прежде всего, те, которые так любят обезьян) устроили бы из поставок своих снадобий нам какой-нибудь политический спектакль, как минимум. Например, сказали бы, что не дадим вам лекарства, пока не уберете Путина или, на худой конец, Лукашенко. И еще что-нибудь про Крым, где вообще запретят всех прививать своей билл-гейтсовской «модерной», пока он наш.

Исходя из примерно таких же опасений, что доз вакцины, разработанной развитыми странами, им не хватит или достанется в последнюю очередь, страны даже бедные и малоразвитые ведут разработки собственных вакцин от COVID-19. Чтобы хоть что-то было под рукой от заразы, летальность которой составляет до 3,5 до 4,2% (последняя цифра – наш показатель) и даже выше, в зависимости от методик учета.

Для сравнения, летальность от обычного гриппа не превышает 1%, а от полиомиелита для подростков и взрослых — от 15 до 30% (в развитых странах летальность была чуть ниже — около 10%, но 40% заболевших становились инвалидами), от туберкулеза – 25% (число больных Covid-19, достигнув 25 млн, в два с половиной раза превысило уровень ежегодной заболеваемости туберкулезом). Кстати, история с полиомиелитом как раз показательна в плане подозрений насчет того, что вакцина не всем достанется вовремя.

Так вот, в СССР в результате массовой прививочной кампании в начале 60-х годов с помощью отечественной вакцины была достигнута иммунизация 80% населения, а сама болезнь была побеждена за несколько лет как массовое явление.

В США о полной победе над этой болезнью было объявлено в 1979 году. Даже чуть позже, чем у нас (хотя у нас ежегодно и сейчас фиксируются отдельные случаи заболеваний – как правило, не больше нескольких десятков в год). Одновременно аналогичные кампании прошли и в других развитых странах. А вот в бедной Африке о победе над полиомиелитом было объявлено лишь в этом году, все руки не доходили у филантропов, за счет которых в основном это и было сделано. Кампания массовой вакцинации там растянулась на 30 лет.

Сейчас в разных странах разрабатывается не менее 170 вариантов вакцины от коронавируса (по некоторым данным, более 240, около двух десятков находятся в третьей, заключительной стадии испытаний, 7 получили предварительное одобрение к использованию). В гонку за вакциной включились даже такие не самые выдающиеся в области биотехнологий страны, как Аргентина, Египет, Нигерия, Казахстан и Таиланд.

Многие не самые развитые страны спешат заключить контракты с разработчиками, чтобы производить вакцину у себя. Та же Аргентина, Мексика (контракт с англо-шведской AstraZeneca), Бразилия (возможен контракт с российскими разработчиками). В расчете на то, что часть продукции останется в стране. Тоже своего рода стремление к «вакцинному суверенитету», хотя бы частичному.

Одновременно идет борьба за раздел рынка вакцинирования, объем которого может превысить 70 млрд долларов. В связи с чем нельзя не упомянуть любимый тезис «ковидо-скептиков»: мол, вся пандемия «придумана» ради того, чтобы наживаться на людях. По такой логике все болезни вообще «придуманы» для того, чтобы впаривать пациентам лекарства и лечение, тогда как надо жить по принципу «бог дал — бог взял». Отчасти «наезды» на российскую вакцину, которая якобы не прошла все должные испытания, объясняются именно этим, помимо традиционно спесивого отношения части тех же англосаксов ко всем российским научным разработкам.

Sputnik-V действительно зарегистрирован до начала третьей фазы испытаний, в ускоренном порядке и по регламенту, предусмотренному для «чрезвычайных ситуаций».

Однако когда ВОЗ выражает свое «фи» в адрес «Спутника», то она же молчит, как рыба об лед, в отношении китайской вакцины CanSino, разработанной с помощью военных (как и наша) и зарегистрированной еще в июне (то есть, строго говоря, раньше нашей), со сроком действия лицензии год, тоже в чрезвычайном порядке, и тоже до начала третьей фазы испытаний. Как и российская вакцина, она будет проходить эту третью фазу в ряде зарубежных стран. Видимо, у китайцев «пиар лучше» и денег больше. Они, к примеру, готовы кредитовать бедные страны на сотни миллионов долларов, чтобы те закупали китайский препарат.

Кстати, и американская администрация нажимает сейчас на чиновников FDA (Federal Drug Administration) с тем, чтобы те дали «зеленый свет» ускоренному одобрению аж восьми вакцин, разрабатываемых разными корпорациям, в рамках программы «Operation Warp Speed».

Это становится едва ли не главным вопросом для Трампа, надеющегося на переизбрание. Внедрение вакцины и обуздание эпидемии дало бы ему шанс. Собственно, республиканская партия во многом поэтому идет на выборы практически без целостной предвыборной платформы. Вот такие нынче в политике настали времена: главное – здоровье.

Уже в ближайшее время мир будет поделен на две неравные части: на тех, кто имеет вакцину и тех, кто ее не имеет. Из 7,8 млрд населения планеты, в лучшем случае полмиллиарда-миллиард получат тот или иной ее вариант в ближайшие полгода-год. Это может привести к «ранжированию» государств на страны «высшей иммунной лиги» и всех остальных.

Их граждане будут иметь, скорее всего, разные возможности для передвижений по миру. При всей добровольности вакцинации внутри отдельных стран, даже самых демократических, можно себе представить вполне конкретные «поражения в правах» и для тех, кто откажется от счастья «уколоться и забыться». При приеме на определенную работу (вплоть до запрета на профессию для антипрививочников), на учебу вполне могут начать требовать соответствующие справки. Как и при получении визы в страны «первой иммунной лиги». Это может повлиять на стоимость медицинской страховки.

Уже сейчас обязательная вакцинация (кроме прямых медицинских противопоказаний) от целого ряда заболеваний предусмотрена законами Австралии (в том числе будет и от коронавируса), Италии, Франции, некоторых штатов США. У нас же, даже при отсутствии именно принудительной вакцинации, имеется богатый опыт по части «добровольной принудительности».

Можно сколь угодно долго и пафосно возмущаться подобным «ковидо-фашизмом», однако, похоже, это будет данностью реальной политики.

Всего лишь потому, как ни парадоксально, что человечество, за время, прошедшее после массовых эпидемий потенциально смертельных заболеваний, стало гораздо «гуманнее». Добрее к себе самому – к людям. Мы же так долго все за это боролись. Вот она – победа.

И если раньше человечество было готово терпеть летальность до 30% и выше (те же SARS и MERS, ранее полиомиелит и оспа) без всяких «локдаунов», ставящих на колени любую экономику, то теперь оно же готово некоторое время «постоять на коленях» и из-за летальности в 4%, а попутно внедрить тоталитарную систему контроля на предмет минимизации подобных рисков на будущее.

Никакой бизнес ведь не любит не просчитанных рисков, не так ли. А коронавирус именно такой и создал для мировой экономики и слишком многих ее сфер. Даже если считать пандемию «проблемой, раздутой соцсетями», — ну, так это уже случилось, имеет необратимый характер, стало быть, и такой риск должен быт учтен. К тому же в разработку вакцин вложены миллиарды долларов, евро, рублей и юаней. Не пропадать же деньгам и потраченным усилиям.