Идите в баню

Георгий Бовт о том, почему в России сегодня некоторым негде мыться

В городе Миасс Челябинской области прошла несогласованная протестная акция. Однако для ее разгона не была вызвана Росгвардия. Ее вообще не разгоняли. Хотя протестующие грозились перекрыть автодорогу, что с некоторых пор является у нас уголовно наказуемым деянием. Никто даже не арестован.

Что же это за такая «миасская аномалия»? Ведь протестующие были даже «вооружены» и, попадись на их пути какой росгвардеец, они могли бы причинить ему боль и страдания. Посредством нанесения ударов пластмассовым тазиком. Именно ими были «вооружены» женщины, вышедшие на протест против закрытия общественной бани. По причине ее ветхости и отсутствия ремонта. Они, знаете ли, там имели обыкновение мыться. Потому что больше негде.

Вернее, в городе есть еще пара общественных бань, могли бы и туда прошвырнуться. Так что протест получается, с точки зрения начальства, из серии «с жиру бесятся».

Однако при этом имеется, заметим, и порог «безопасных протестов», которые власти не пугают, и те их не разгоняют. В данном случае это полунищие пенсионерки, выдвинувшие хотя и эмоциональные, но отнюдь не подрывные требования — насчет бани. Своего рода экзотика в исполнении «туземцев» для богатых чиновников. Ну, пусть, мол, покричат.

Тем более что «туземцы» и не хотят ничего, а про политику и слышать не слышали. Знают только, что «все воруют», а самые продвинутые знают еще термин «отмывают».

Челябинская область — это индустриально развитый регион, в котором в последнее время стремительно менялись губернаторы. Против Михаила Юревича было заведено уголовное дело за взяточничество (брал, говорят, с тех, что сидят «на социалке»). Но так ловко заведено, что он успел сбежать в Лондон. Его преемник Борис Дубровский, обвиненный в коррупции на 20 млрд рублей, до Лондона не доехал, но тоже — так получилось — успел покинуть страну до заведения уголовного дела. Сейчас проживает в Швейцарии. Которая, как и Лондон, служит своего рода «прачечной» для российских коррупционеров.

Для понимания масштабов, 20 млрд рублей «на карман» Дубровскому — это в полтора раза больше, чем было выделено недавно на частичную газификацию того же Миасса. А газификация более полная и окончательная могла бы решить вопрос помывки аборигенов отныне и вовеки веков. Причем до Миасса не надо было бы тянуть дорогостоящие «Северный поток — 2» и «Турецкий поток». Но все как-то не с руки.

Миасс — далеко не самый депрессивный город. Средняя зарплата — 34,2 тысячи рублей в месяц, медианная — 25 тысяч. Примерно как во всей остальной стране. И так же, как во всей остальной стране, его «историческая часть» по большей части представляет собой убогие деревянные строения примерно такого же класса и качества жизни, как 50 и 100 лет назад. Плюс разве что электричество и тарелки для приема спутникового ТВ. Посреди полуруин, убожества и перманентной помойки. Где осмелевшие то ли от безнадеги, то ли от страстного желания помыться люди в начале ХХI века требуют им открыть баню.

В ХХ веке при советской власти в городах типа Миасса, которые стали развиваться еще до революции, а потом «взошли» благодаря сталинской индустриализации (которая не подразумевала индивидуальных удобств для строителей коммунизма по пути к светлому будущему), непременно строили и бани. Как часть комплекса «санитарно-гигиенического обеспечения» контингента этих самых строителей коммунизма. Наверное, теперь уже пора бы как-то решить вопрос на новом технологическом уровне. Это не сложно. Чай не космодром Восточный и не нанотехнологии. Хотя, есть подозрения на фоне «падучести» губернаторов, что первопричина разрухи в одной конкретной бане все та же — воровство и коррупция. Денег нет, а вы не мойтесь. Может, быть, миасскую баню теперь включат отдельной строкой в славные нацпроекты?

Российская провинция, особенно в исконной ее русской части — это почти всегда огромные пространства, которые можно назвать «остатками былой роскоши» (или прежнего величия, кому как нравится). Вот там — полуразвалившийся храм (хотя многие и восстанавливают), вот там — некогда процветавшая торговая улица или площадь, куда на ярмарку съезжались чуть ли не со всей Империи. А сейчас убогие ларьки в покосившихся строениях столетней давности.

Вот бывшие купеческие крепкие некогда дома, сегодня полностью зависящие в своем существовании от небогатого федерального гранта (своих денег у регионов нет) на хоть какое-то облагораживание. Еще хуже — советских времен панельные «бараки» (они уже безнадежны и не реставрируемы), только усугубляющие атмосферу социальной патологии: во всем обществе, в душах тех, кто среди этого серого убожества живет. Кто может вырасти в такой атмосфере? А став взрослым, почему он должен в этом во всем оставаться? Лучше бежать сначала в Москву, а то и еще дальше.

Пожалуй, ни в чем так не проступают эти «остатки былого величия и роскоши», как в разрушающемся городском хозяйстве почти повсеместно по стране, кроме разве что столичных городов. Словно вся русская цивилизация, обжегшись на безумном большевистском эксперименте, принесшем вместо зарождавшейся в конце ХIХ – начале ХХ вв. европейской по сути пролетарскую («гопническую») городскую культуру, теперь «отползает» обратно в деревенскую архаику.

Потому что лучше своя почерневшая и покосившаяся избенка или нечто архитектурно сумасбродное, «самостройное» из шлакоблоков, чем эти ваши «рабочие поселки» из железобетонных панелей или силикатного кирпича с запахом мочи в подъездах. А за уродливым покосившимся забором тем временем нарастает разруха этой самой советской городской «псевдокультуры».

Доля уличной водопроводной сети, нуждающейся в замене в нашей стране — около 40%. И это почти в два раза больше, чем в «лихих» 1990-х. Только дырявыми водопроводными трубами России можно четыре раза опоясать экватор. Примерно в таком же масштабе — до 40% — нуждается в замене канализация. И это тоже намного больше, чем в 90-х.

Сейчас на Европейскую часть России пришла зима, и буквально каждый день поступают новости о прорыве систем отопления. Потому что они сгнили, а деньги на ремонт, грубо говоря, выведены то ли в Лондон, то ли в Швейцарию, там отмыты и куда надо вложены. За последние дни дважды тонул в кипятке Курск. Без тепла оставались тысячи жителей Брянска, Новосибирска, Омска, Челябинска. В Пензе в яме с кипятком сварились заживо двое пассажиров упавшего туда автомобиля.

Это хроника не какого-то failed state. Это Россия, вставшая с колен на триллионах нефтяных сверхдоходов за последние десятилетия.

В замене, причем немедленной, сегодня нуждается треть российских теплотрасс. Однако за год в нашей стране меняют меньше 1% труб водо- и теплоснабжения (при требуемых объемах ежегодной замены в 4-5%), а канализации — около 0,5%. Иными словами, трубы в России сменяют раз в столетие. Видимо, полагая, что раз мы — Третий Рим, то можно не ремонтировать веками. С годами ситуация будет усугубляться, если не сработают нацпроекты (по ЖКХ отдельный имеется).

Жители «исторического центра» Миасса могли бы обойтись без общественной, ранних советских времен бани, если бы у них в домах был водопровод и газ. Однако пока мы тягаемся по вопросам газового транзита с Украиной, «нагибаем» старушку Меркель на предмет «Северных потоков» и даем хороший дисконт Эрдогану в обмен на право тянуть дорогостоящий «Турецкий поток», более чем в 35% жилищного фонда нашей северной и холодной страны нет никакого газоснабжения. Это только в Европу и Китай тянут наши трубы (подсоединяют) за счет «Газпрома», а подвести трубу к отдельному домохозяйству в Росси, даже если магистраль неподалеку, обходится порой в сотни тысяч, а то и миллионы рублей. Причем в Сибири и на Дальнем Востоке уровень газификации не превышает 7%. Зато «Сила Сибири» по так и не раскрытой публике цене за газ пошла в Китай.

Горячей воды нет в пятой части домохозяйств, канализации (никакой) в 16%, на колодцы и колонки на улицу ходят за водой жители 14% домохозяйств. И даже там, где есть центральное водоснабжение, в десятой части такого жилого фонда есть только холодная вода. То есть надо ставить индивидуальный обогреватель, что по карману не всем.

Мы живем в стране, которая на огромных просторах ужасающе не обустроена и погружается в значительной части на наших глазах в разруху, даже в более-менее крупных населенных пунктах. Так что с нацпроектами, на самом деле, хорошо, что спохватились. Если только не поздно и деньги опять не разворуют. А если разворуют, то станет мыться негде не только бабушкам индустриально развитого некогда Миасса. Впрочем, они уже привыкли терпеть невзгоды, лишения и унижения по пути к светлому будущему. В конце концов, перед погребением точно всех обмоют.