Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Ученье — сеть

Евгения Фомина о том, как странно критиковать дистанционное обучение

Прослушать новость
Остановить прослушивание

Вот уже несколько недель моя дочь-первоклассница учится в дистанционном формате. Каждый день я отправляю ее работы учителю рисования, а в ответ он присылает мне подробный отчет о том, почему не соблюдены пропорции в изображении рук и как добиться большей выразительности глаз. Каждый день я загружаю фотографии прописей в файлообменник, чтобы понять, насколько уже у нее поставлена рука. Каждый день она учит очередное стихотворение и с восторгом записывает себя на видео. Будущая блогерша, не иначе.

Но родительский чатик разрывается. Дистанционный формат вызывает примерно миллиард вопросов в секунду от родителей ее одноклассников. А правильно Маша сейчас ответила? А почему Алешу не спросили? А завтра опять уроки в 11? А какой пароль?

У меня, конечно, дергается глаз. И вот именно в эти моменты я понимаю, почему в информационном пространстве периодически появляются рыдания и сожаления об утерянном классическом образовании (кстати, почему утерянном? Вы планируете больше никогда не выходить из дома?). Проблема в том, что наши дети оказались готовы к дистанционному формату, а вот большая часть людей постарше — нет.

Любой современный ребенок скачивает игрушку за полторы секунды, мгновенно осваивает новые возможности мессенджеров и находит любую информацию в интернете в разы быстрее, чем это делает человек, привыкший потреблять контент, разжеванный до состояния английской овсянки. И это преимущество нового поколения, потому что они изначально заточены под существование в новом, цифровом, мире. Но мы не готовы это признать, и это вопрос к нам, а не к детям. Мы боимся признать, что они самостоятельнее, чем мы. Что нам для качественного обучения был нужен учитель с указкой в школе и батя с ремнем дома, а наши дети сами гуглят строение членистоногих и сохраняют в закладки лучшие конференции TED. В то время как мы в лучшем случае знаем, как это пишется, а наши родители даже знать не хотят, потому что все это от лукавого. А между тем мы тоже ищем информацию в интернете — а это тоже своего рода дистанционное образование. Мы уже не ходим за любой книжкой в библиотеку, не храним больше формуляры под стеклом на письменном столе, не выписываем справочную информацию из Большой советской энциклопедии от руки. Но детям мы отказываем в праве использовать технологии, пускай, значит, по букварю учатся, а то от рук отбились совсем!

На днях блистательный Никита Михалков в своей программе «Бесогон» (последний выпуск которой, кстати, сняли с эфира телеканала «Россия 24») картинно сожалел об утерянном контакте между учителем и учеником. Нет, дескать, больше возможности посмеяться вместе, подойти за советом, задать дополнительный вопрос. Нет, друзья, никто эту возможность не украл, не забрал и не уничтожил, просто сейчас она выглядит иначе: ты не стоишь в очереди к преподавателю, испытывая жуткую неловкость в ожидании и понимая, что у него перед тобой еще пятеро с такими же дурацкими вопросами, а самому учителю домой бы поскорее, у него собака не выгуляна. Ты пишешь сообщение и спокойно ждешь, когда человек найдет минуточку, чтобы максимально подробно объяснить тебе что-то, чего ты недопонял (кстати, а почему? Плохо слушал? А слушал бы лучше, сиди ты на паре или на уроке?).

О человеке, который учится дистанционно, Михалков отчего-то судит так: «Он существует в компьютерном мире, он меняется внутри. Он, приученный, через время такой такой жизни будет бояться выйти на улицу, потому что там другая жизнь, он ее не знает». Неплохая попытка, Никита Сергеевич, но есть одно но. Видите ли, жизнь современного человека (да и не только современного) не ограничивается только лишь учебой. В судьбе ребенка, подростка, взрослого есть множество всякого другого: друзья, семья, любовь, в конце концов.

Когда ребенок ходит в школу (в настоящую, как вы говорите, обыкновенную), это не значит, что больше он не ходит никуда. Есть тот же пресловутый двор, лагерь, деревня у бабушки. И отчего вы лишаете ребенка права на эти радости только лишь оттого, что он не учится оффлайн?

Вы что же, полагаете, что это единственный способ социализации? А как дети на модном нынче домашнем обучении? Они что же, тоже не познают радости человеческого общения?

Мы обожаем застревать в прошлом. Мы любим вспоминать времена, когда деревья были большими, мороженое сладким, а учителя строгими. Мы с тоской рассказываем детям, как в пятом классе русичка отвесила нам учебником по башке, а вот теперь их классная даже голос повысить боится, не учеба, а баловство одно. Мы ностальгируем по картошке на втором курсе, по пятичасовым пересдачам и по лекциям, на которые нас не пускали за опоздания. Зато был контакт с преподавателем! Зато мы от руки писали, а не в кнопки эти ваши тыкали! Зато мы формулу скорости до сих пор помним (но это не точно).

Я неплохо знаю, как устроено дистанционное образование. Это и формат видеоуроков, и вебинары «вопрос-ответ», и то, что на онлайн-курсах подается как «поддержка куратора в чате». И я с уверенностью заявляю, что

ответы преподавателя в письменном виде зачастую намного круче и подробнее, чем в устном. Просто потому, что у него есть возможность что-то погуглить, вспомнить, найти справочную информацию, подкрепить это ссылками на достойные источники, а не судорожно вспоминать, в каком там году случилась какая-то битва и какова этимология слова «солдат».

Формат видеоуроков вынужден использовать новые техники для привлечения внимания учеников. Обучение-развлечение — уже слышу, как кричат о том, что фундаментальные знания не могут быть поданы весело. Могут. Не имеет ни малейшего значения, на каком примере тебе поясняют тонкости русской пунктуации или химические формулы. Даже больше скажу — примеры из текстов известных блогеров и научно-популярного контента, разбавленные картинками, роликами, музыкой и крутой графикой, запоминаются лучше. И наши дети это уже знают. И знают те, кто давно занимается онлайн-образованием: нельзя быть скучным, нельзя быть занудным, нельзя быть говорящей головой, читающей по бумажке лекцию, написанную 30 лет назад. Это все уже не работает — и слава всем богам, что мы наконец-то к этому пришли.

Дистанционный формат дает невероятные преимущества тем, кто по чисто географической причине не может получить качественное образование оффлайн. Не хочу никого обидеть, но шансов, что в районной школе Сыктывкара окажется преподаватель уровня мехмата МГУ, почти никаких. А вот технологии уравнивают всех.

Именно в новом формате увлеченный человек сможет послушать лекцию от мирового светила, на которую раньше собралась бы аудитория в 200 человек максимум. Учиться в университете Глазго, сидя при этом в трениках в Туле, — это гениально. И весь мир к этому идет.

Да, всегда есть определенная часть людей, которым вечно все мешает. У них не работает трансляция, не открываются лекции, вырубается интернет, ломаются наушники и начинается сверление стен соседями в самый неподходящий момент. Им-то как, бедняжкам? Темным, что ли, оставаться? Но если немного напрячься и перестать искать проблему там, где ее нет, внезапно вспомнится, что в каждом классе был такой Федя, у которого вечно собака сгрызала тетрадь с домашним заданием, выключали свет в квартире, а младший брат рвал учебники. Федя ничему не научился в традиционной школе. Логично, что Федя ничему не научится онлайн, правда ведь?

О боги, мы теряем живое общение! — восклицает Никита Сергеевич. Никита Сергеевич, да мы его уже потеряли. Мы уже давно не звоним друг другу без предупреждения и не ходим в гости без приглашения. Но это не значит, что мы больше не общаемся. Сегодняшняя спонтанная устная речь плавно перетекла в мессенджеры — с сохранением синтаксиса и стилистики, характерной для устного общения, с теми же нашими интонациями. Так же и образование просто уходит в сеть, не теряя своей основной функции, — просто слегка меняется формат.

Екатерина Гордон оказалась соратницей Никиты Михалкова в борьбе с новыми технологиями. Учиться нужно очно, наших детей пытаются лишить знаний, впереди тлен и тотальная безграмотность — это если вычленить основное из ее недавнего 38-минутного стрима в Instargam (о, новые технологии? Как так-то?). «Не будет этих школ, не будет нормального образования у ваших детей», — вангует Гордон, рассуждая о том, каким станет мир после коронавируса. Но даже если вообразить, что школы действительно исчезнут (вот бы я на это посмотрела), то при чем же здесь качество обучения?

История заочного образования в России насчитывает не одну сотню лет, с середины XIX века. Позднее многочисленные заочные курсы были открыты при ведущих российских вузах в 1920-х гг.

То есть Гордон хочет сказать, что все эти годы сотни тысяч выпускников заочных отделений получали недостаточно знаний? Особенно если учесть тот факт, что тогда не было такого доступа к информации, как сейчас, возможности связаться с преподавателем в режиме 24/7 и множества вспомогательных материалов. Это что же — всемирная профанация, мировой заговор? «Ребенку нужно дать жирные, классные, монументальные знания», — продолжает Екатерина Гордон, выступая против «цифрового рабства». Не вижу связи, вот честно. Монументальные знания хранятся на миллионах ресурсов (все ведь знают об оцифрованных архивах крупнейших библиотек мира, да?). Бери да изучай, проблема-то. Те ж списки литературы публикуются ведущими вузами в открытом доступе, никто не мешает просто читать книжки по программе того же МГУ. Но почему такой популярностью пользуются онлайн-курсы, которые, в сущности, ничему новому не учат, а просто компилируют известное?

Ответ прост: подача. Подача материала в легкой, развлекательной форме, графика, веселый контент, птички-собачки для детей, шарики-фонарики для взрослых. Мы уже не так зависим от харизмы преподавателя (что и хорошо, и плохо одновременно). Вспомните, как любимый учитель повлиял на ваше отношение к предмету. И как вы так и не выучили химию, потому что Галина Васильевна своими объяснениями могла усыпить действующий вулкан. Формат видеоуроков, где зависимости от персоны преподавателя уже меньше, в этом случае дает невероятные преимущества: ребенку интересен материал, а не человек, который его предлагает. Учителей, что называется, от Бога не так-то много. Так пусть они сделают крутые уроки, которые будут интересны каждому, и подросток из Сыктывкара наконец-то поймет, чем ему действительно хочется заниматься в жизни.

Но мы мешаем своим детям. Мы влезаем в их уроки, потому что «как он там, бедненький, разберется, если уж я разобраться не могу», мы достаем учителей, мы рыдаем в соцсетях и жалуемся на образование, которое мы потеряли. Надо успокоиться. Надо дать технологиям возможность прийти уже в нашу жизнь и сделать ее удобнее и проще. Дать возможность детям открыть для себя весь мир. Дать возможность себе выдохнуть и не бояться страшных программ в компьютере с ругательными названиями типа Zoom. Научиться идти в ногу со временем, а не пытаться писать гусиным пером на пергаменте по правилам, отмененным в 1918 году. И просто признать, что новое не отменяет старого, ведь конный спорт никуда не исчез с изобретением автомобиля. Но вряд ли кому-то сейчас придет в голову поехать на дачу на лошади.

Надо просто принять изменяющийся мир. Он классный, спросите у ваших детей.