«Продался за хачапури»: куда уходит дружба

Демарш певицы Нино Катамадзе прокомментировали в Кремле

Знаменитая грузинская певица Нино Катамадзе отказалась выступать с концертами в России в знак протеста против запрета на полеты российских авиакомпаний в Грузию. В Кремле ответили: Нино – талантливая певица, но «многого не знает в политике». Нейрохирург Алексей Кащеев совсем недавно побывал в Грузии и отследил позиционные сетевые бои между троллями двух стран.

Мой недавний иронический пост про мнимую «опасность» Грузии для российских туристов набрал довольно нетипичное для моего блога количество лайков – почти 28 тысяч. Даже всякие практические рекомендации о том, что делать с болью в спине, а также кровавые хирургические фотографии не удостаиваются подобной чести – тем более всякая блажь вроде стихов или путевых заметок. Между операциями наконец нашел время почитать комментарии.

Труд оказался непрост, ибо их 5,4 тысячи.

Тем не менее мне было интересно, потому что я в последнее время отошел от социально-политической рефлексии по любому поводу. Трудно сказать, почему – то ли это один из симптомов моего эмоционального выгорания на фоне высокой врачебной нагрузки, то ли просто я закономерно устал от реагирования на всякое событие.

Событий ведь в стране множество и почти все они не то чтобы радостные. Однако, физически находясь в Грузии, трудно не отрефлексировать на то, что тебе для чего-то запретят туда ездить простым и понятным образом, заставив избрать для этой поездки экзотические способы – ехать на машине, лететь через Минск или Ереван, трястись поездом. Так и появился этот пост, комментарии к которому я теперь прочел.

Первыми отзываются многочисленные друзья, разделяющие мои взгляды и подтверждающие, насколько безопасно в Грузии и насколько всегда дружелюбны и гостеприимны ее жители.

Примерно на 500-м комментарии появляются и сами грузины, а вместе с ними трогательные и порой смешные благодарности за поддержку. Смешные, потому что не самый идеальный русский язык, да еще и транслитерированный латиницей, с витиеватыми падежами существительных и спряжениями глаголов, еще точнее самого содержания передает горячий южный темперамент.

Встречаются и реплики на грузинском языке, а также перевод поста на грузинский для недостаточно понявших содержание и на всякий случай возмутившихся.

Но вот настает магический 1000-й лайк, а я давно замечал, что именно после тысячного лайка популярный пост посещают боты и тролли.

Сначала появляются «пророссийские» сетевые агрессоры – с рассказами про то, какие грузины подлые, хитрые и жадные; традиционно вспоминается СССР, где грузины жили за счет русских лучше всех на белом свете; из исторической амнезии постепенно выплывает царская Россия и спасение грузинского народа от турков, осман и почему-то сирийцев (нужное подчеркнуть).

Вскоре активизируются и грузинские тролли, настойчиво предлагающие всем русским (включая и меня самого) убираться вон из их страны и ездить отдыхать в Крым.

Завязываются локальные бои и позиционные войны между троллями противоборствующих сторон, в ходе которых возникает тема автора: когда я, дескать, оперирую, если только и делаю, что «постики пишу». А не «засланный казачок» ли я (кто меня заслал?) и не продался ли я за хачапури (не вполне ясно, что именно я обменял на это прекрасное мучное изделие).

Между воюющими сторонами изредка видны мирные жители, нонкомбатанты, делящиеся своими осторожными, вдумчивыми и уже мало кого интересующимися мнениями. Попадается вялая реклама и встречаются редкие, но убедительные комментарии сумасшедших разной степени безумия.

Когда я пишу эти строки, последний комментарий таков: «Красивая песня дауншифтерши…». Что хотел сказать его автор, к кому и зачем он обращается, уже неясно.

«Когда-нибудь, когда не станет нас, точнее — после нас, на нашем месте возникнет тоже что-нибудь такое, чему любой, кто знал нас, ужаснется», — пишет Бродский в «Остановке в пустыне». И мне всегда казалось, что эта фраза на самом деле об интернете. Нет лучшей метафоры ускользания смысла из человеческой жизни и после нее, чем споры и баталии в сетевом пространстве.

Так же в моих грузинских воспоминаниях ускользают облака из расщелин Ушбы, четырехтысячника в Верхней Сванетии, пока я смотрю на них из палатки июльским утром в 2012 году. Так же ускользает дым из тарелки с харчо, пока я, уже в 2019-м, вылавливаю расшалившегося сына из-под стола батумского ресторана.

Так же ускользает и дружба между Россией и ее соседями. Медленно, но верно и, кажется, уже навсегда.