Подписывайтесь на Газету.Ru в Telegram Публикуем там только самое важное и интересное!
Новые комментарии +

Возрастные женщины, приватизированные рюмки

Ирина Левонтина о власти слов, утешительных эвфемизмах и «спасении» русского языка

Язык всегда меняется вместе с тем, как меняется общество. Поэтому из изменений в языке зачастую можно сделать выводы и об обществе, которое на нем говорит. «Газета.Ru» публикует три небольших эссе из книги Ирины Левонтиной «Русский со словарем», выходящей скоро в издательстве Corpus.

Табличка на газоне

Либеральный экономист Виталий Найшуль постоянно пропагандирует любезную моему сердцу лингвиста идею: самое главное — это найти нужные слова. Ничего у нас не получится, пока общество не выработает понятный ему язык, на котором оно может с собой о себе говорить. Вот выражение private property — это вещь. Оно одинаково успешно и в одном и том же смысле может фигурировать в судебном решении или красоваться на табличке, воткнутой посреди газончика. А у нас что? Частная собственность — никто точно не знает, что это, а для охраны своих владений человек лучше воспользуется испытанным «Осторожно, злая собака».

Или, скажем, перевод ключевого термина Адама Смита невидимая рука (рынка). Не годится. Совсем другой набор ассоциаций, чем invisible hand. В русской невидимой руке нет ничего божественного и провиденциального. В этом месте аудитория Найшуля обычно начинает волноваться и выкрикивать: «А как надо? Надо-то как?» И тогда он предъявляет почерпнутое где-то в недрах Даля выражение Бог цену строит, которое имеет в точности нужный смысл. Иными словами, купцам из пьес Островского и впоследствии прирезанным большевиками буржуям была вполне внятна либеральная идея.

Правда, я не стала бы преувеличивать власть языка. Какое бы правильное слово ни найти, но, если народ не готов принять заключенную в нем мысль, он это слово поймет по-своему.

Мой любимый пример на эту тему — история слова лояльный, которое непостижимым образом стало употребляться в значении «терпимый» (лояльность к чужим недостаткам).

Но есть у меня история, которая тезис Найшуля, кажется, подтверждает.

Не так давно в одной телевизионной передаче выступал режиссер Марк Розовский. Он, в частности, сказал: «Плохо, если государство приватизирует театры». Вообще-то приватизация — это как раз передача государственной собственности в частные руки (от лат. privatus — «частный, личный»). А обратный процесс называется национализация.

После Октябрьской революции 1917 года частная собственность на средства производства была отменена, заводы, газеты и пароходы национализированы. Поэтому государство приватизирует — это оксюморон. В 90-е годы прошлого века слово приватизация часто мелькало на страницах газет и постоянно звучало с экранов телевизоров, а само это явление было в центре всеобщего внимания и вызывало огромное количество разнообразных эмоций. Тогда даже появился вариант прихватизация. Слово приватизация вошло и в обиходную речь. Люди стали шутливо говорить, например, во время застолья: «Я эту рюмку приватизирую». Здесь, конечно, речь уже не идет об отношениях собственности.

Человек имеет в виду, что он проявил решительность в борьбе за собственные интересы и захватил предмет в свое пользование, прежде чем это сделал кто-то другой.

Собственно, Марк Розовский тоже не имел в виду отношения собственности. Он говорил вовсе не о национализации театров, а о попытках цензуры, о стремлении государства контролировать репертуар театров, идейную направленность спектаклей, как это было в советское время. Именно в этом смысле он и сказал: «Плохо, если государство приватизирует театры». Такое употребление слова приватизировать очень показательно.

В российском обществе представление о собственности еще совсем не укоренилось. Мы не видим разницы между хозяином, который владеет чем-то, и чиновником, который это что-то контролирует. Главное, кто может распоряжаться, заказывать музыку. А уж кому что принадлежит — это дело десятое. Да похоже, и сам чиновник не всегда эту разницу видит.

Найшуль вообще считает, что слово собственность русскому человеку непонятно. Есть, говорит, понятное слово: моё.

Это как в истории про Чуковского, который, увидев, как его молодые голодные гости поедают предложенные хозяйкой дома бутерброды с сыром, закричал им из окна: «Моё едите?!»

Кстати, еще о приватизации. Раньше был такой вопрос на засыпку. Вот есть укрупнение (колхозов, например). А как называется противоположный процесс? Правильно, разукрупнение. Ух ты, написала, а ворд даже не подчеркнул красным! Я вспомнила это, поскольку есть такое дивное слово — расприватизировать. А вот его ворд подчеркнул.

Старость не радость. Об утешительных эвфемизмах

В одной психологической статье я прочитала, что у автора была пациентка, дама, гм, не совсем первой молодости, которая в своем рассказе все время употребляла выражение взрослая женщина («Я пришла, а там была одна взрослая женщина, и она сказала…»). То есть вроде как если та взрослая, то сама пациентка, что, девочка, что ли? Психолог объясняла эту путаницу тем, что пациентка уже столько сделала пластических операций, так долго и усиленно молодилась, что теперь сама совершенно дезориентирована и не понимает, где ее возрастная группа.

Я думаю, что здесь есть еще одна причина. Для той пациентки назвать даже другую женщину пожилой — значит впустить в свое сознание мысль о существовании старости.

Сейчас в обществе царит такой культ молодости, что сами упоминания о старении стали очень рискованными. Как написано на упаковке полезного кисломолочного продукта: «Актуально быть молодым!» И язык, как водится, быстро отреагировал на это.

Лет двадцать назад двадцатишестилетних соплячек врачи и акушерки бодро обзывали пожилыми первородками или старородящими. А теперь будьте любезны — роженицу под пятьдесят деликатно назовут не старой, не пожилой, а возрастной.

Это новое, но стремительно распространившееся употребление слова возрастной — яркая черта нашего времени. Многие люди пока еще берут его в этом случае в кавычки. Раньше говорили: возрастные группы, возрастные изменения. Ну еще были у актеров возрастные роли. А теперь появились возрастные женщины и даже мужчины, возрастная аэробика и возрастная кожа. А вместо сочетания против старения скажут скорее антивозрастной эффект.

Когда я несколько лет назад впервые услышала сочетание возрастная женщина, мне оно показалось жутким просторечным эвфемизмом — ну как, например, отдыхает в значении «спит». Но оно мгновенно прижилось в женских журналах и оказалось незаменимым при обсуждении любовно-гинекологической, парфюмерной, парикмахерской и эстетико-хирургической проблематики. Вот несколько примеров:

Есть «возрастные» женщины, которые делают химическую завивку средством «Локон» перед дачным сезоном.

Но еще чаще, мне кажется, к услугам пластических хирургов обращаются возрастные женщины.

При этом ядро яйцеклетки возрастной женщины переносится в энуклеированную яйцеклетку женщины молодого возраста.

Мне понравилось, как любознательный юноша интересуется у братьев по сайту: «Кто-нибудь (имел половые отношения. — «Газета.Ru») с возрастными женщинами? Просто я хотел понять, в чем прелесть возрастной женщины?» Трогательно, что его не смущает глагол, но слово «пожилая» кажется слишком грубым.

А про возрастную кожу — это вообще здорово. Тут не только страх перед старением, тут еще и недавно к нам занесенный оптимистически-конструктивный взгляд на жизнь.

Плохую кожу теперь называют проблемной, увядающую — возрастной или зрелой. Действительно: плохая кожа — значит сиди в уголочке и плачь. А если проблемная кожа — иди в косметический салон, в аптеку или хоть купи новый тональный крем. Решай проблему!

Увядающая кожа — звучит мрачно-романтически. Мол, цветку скажи: прости, жалею — и на лилею нам укажи. А вот возрастная кожа — это уже почти формулировка задачи. Собственно, в рекламе так и пишут: «Возраст не препятствие для красивой кожи!» Решение же предлагается на каждом шагу: крем для возрастной кожи, уникальные методы коррекции возрастной кожи, омолаживающие процедуры для возрастной кожи.

А еще лучше определение зрелая кожа:

Зрелая кожа нуждается в специальном уходе, особенно в сохранении эластичности и тонизировании, а также в разглаживании мелких морщин.

Крем питательный ночной для зрелой кожи в области глаз «Пшеница и василек».

Надо же, а мы-то все думали, что же такое с годами происходит с кожей вокруг глаз. А она, оказывается, созревает. Ну, тогда ладно.

Ветру и орлу. Споры о языке и глобальное потепление

Как-то раз я участвовала в телевизионной дискуссии о русском языке. По одну сторону баррикады со мной были поэт и эссеист Лев Рубинштейн и Алексей Шмелев, мой коллега.

Мы пели свою либеральную песню, что язык, мол, живой организм, что он правдив и свободен, что государство не должно особенно руководить языком. Мол, лучше бы побольше словарей издавать и передач про русский язык делать, а не требовать санкций за использование заимствованных или просторечных слов. Язык, мол, стихия, океан, и не так-то просто нам, грешным, что-то ему навязать. И все будет хорошо.

Оппоненты же наши пели, естественно, свою державную песню: язык портится, мировой заговор, кругом враги, покушаются на духовность русского народа путем лингвистической диверсии, а вы вообще Пушкина не любите.

Но неожиданно к атаке на нас присоединился находившийся в зале Александр Городницкий: как это — язык не гибнет, ведь ужас что творится, надо спасать, надо остановить порчу языка, а про океан вы мне вообще не говорите, это я тут океанолог. Ну что ж, океанолог так океанолог.

А через пару дней включаю я телевизор, а там сидит тот же самый Городницкий и отвечает на вопрос о глобальном потеплении. Ему говорят: ужас, ужас, надо что-то делать, ведь это мы устроили глобальное потепление, надо срочно его остановить! А он отвечает: да нет, тут стихия, существует естественное колебание температур. Сейчас средняя температура действительно повысилась. Через какое-то время понизится, и человеку просто не под силу тут особенно напортить.

Людям, говорит, нравится, когда их пугают, но я пугать не буду — никакой климатической катастрофы нет. И все будет хорошо.

Я была поражена сходством его аргументации и общей тональности рассуждений о климате, об океане с тем, что мы говорили про язык и против чего сам Городницкий тогда так активно возражал. Я подумала, что эта разница во взгляде, в оптике, в общем-то, понятна. Когда всю жизнь занимаешься какой-то наукой, постепенно начинаешь ощущать мощь изучаемой стихии, ее дыхание, энергию ее саморазвития, на фоне которой так ничтожны «все наши глупости и мелкие злодейства». И думаю, что вопрос о том, почему пали редуцированные, по своему экзистенциальному накалу не уступает вопросу о том, почему происходит потепление.

То есть, может быть, кто-то и умеет это объяснять. Или думает, что умеет… Вот взяли редуцированные гласные и пали. Да так аккуратненько, в соответствии с определенными закономерностями. И попробовал бы кто-нибудь запретить это падение декретом, спасти язык от этой страшной порчи!

Вообще-то я как раз люблю объяснять: ну там, почему такое-то слово прижилось, а такое-то изменило свое значение. Но иногда заметишь в языке какое-нибудь пустяковое новое явление — и стоишь, прямо «как Эдип, пред сфинксом с древнею загадкой». Вот, например.

В последние годы я наблюдаю, что все чаще вместо союза что стали говорить то что. Сначала замелькали фразы типа Я думаю то, что… или Я считаю то, что… — вместо Я думаю, что..., Я считаю, что… Это еще ладно. Да тут даже и закономерность можно увидеть. Во многих типах русских сложноподчиненных предложений возможно или даже обязательно наличие такого указательного слова в главной части. И пожалуй, есть некоторая тенденция к активизации таких слов. Пушкин писал: «Блажен, кто смолоду был молод» — сейчас скорее сказали бы: «Блажен тот, кто смолоду был молод». Как, например, у Окуджавы: «Счастлив тот, чей путь недолог…»

Но дальше — больше. Стали говорить: Я сомневаюсь в том, то что…, Я рад, то что…, Мы поссорились потому, то что… Возможно, вы мне даже и не верите. Честное слово, вы просто внимания не обращали, а я это слышу постоянно. С чего вдруг стал плох старый добрый союз что, зачем понадобилось это наращение? Поди пойми. А вы говорите глобальное потепление.

Новости и материалы
Лавров рассказал об отношении Узбекистана к конфликту на Украине
Министр иностранных дел Венгрии примет участие в ПМЭФ
Янковский ответил на слух о съемках российской версии «Сверхъестественного»
Экс-тренер «Спартака» одним словом описал прошедший сезон в РПЛ
Прохожие в Подольске «наказали» автовладельца за парковку, положив кусок бетона на капот
На фронтмена группы «Автоспорт» завели дела об экстремизме и сепаратизме
В Орске подсчитали количество пострадавших от паводка улиц
На Украине заявили об острой нехватке работников из-за мобилизации
Венгрия выступила против выделения средств Украине из Европейского фонда мира
Жителям Хабаровска посоветовали беречь ноги во время прогулок по городу
Фриске показала фигуру после пластики
«Крылья Советов» объявили о подписании Песьякова
Политолог: визит Путина в Узбекистан – это важный сигнал для Казахстана
Наташа Королева призналась, что «припахала» поклонников
Священник укусил прихожанку во время причастия
Стало известно, где не окажется Миранчук после ухода из «Локомотива»
На советника главы Орловской области завели дело о мошенничестве
Татьяна Буланова рассказала об одержимом фанате
Все новости