Слушать новости
Слушать новости

Сталин с острым ухом

Наталья Давыдова о том, как мы творили себе кумиров

Новая выставка «Миф о любимом вожде», открывшаяся в среду в Государственном историческом музее, наверняка станет одной из самых обсуждаемых культурных тем этой весны. Экспозиция, рассказывающая, из чего лепились в советские времена образы предводителей народных масс, привлечет и тех, кто хочет разобраться в природе вождизма.

Более тысячи экспонатов из фондов бывшего Центрального музея Ленина можно увидеть в том же самом красном доме у Красной площади, где с 1936 по 1993 год принимал посетителей музей вождя российского пролетариата. Причем экспонаты не только ленинские, но и сталинские. Потому что закрытый в ноябре 1993 года Музей Ленина одно время стал стремительно превращаться в музей Ленина — Сталина. И не превратился лишь благодаря другому вождю — Никите Хрущеву, заклеймившему культ личности своего политического предшественника.

Главный идеолог и автор концепции «вождистской» выставки Татьяна Колоскова, бывшая до закрытия Музея Ленина его замдиректора, называет «Миф о любимом вожде» отчетом о проделанной работе. Если бы ленинский музей не закрыли 20 лет назад, сегодня он вполне мог превратиться из пропагандистского центра в полноценный музей российской истории ХХ века. А заодно и в музей вождизма, наглядно демонстрирующий, как с помощью политтехнологий можно простых политиков превращать в вершителей судеб, хотя бы в глазах народных масс. Что авторы экспозиции и готовы доказать широкой публике своим «Музеем бывшего музея», где выставлена всего сотая часть его стотысячной коллекции.

«В Германии в ХIХ веке начала формироваться целая самостоятельная дисциплина — вождеведение, — рассказывает Татьяна Колоскова. — Его изучали и в России. Главный постулат теории вождизма — народ должен почитать вождя как спасителя и творца народной судьбы, и доверяться ему».

Образы спасителей и творцов нашей советской истории — Ленина и Сталина — смотрят на посетителей выставки со всех сторон. С огромных полотен, претендующих на правду, но порой имеющих с ней мало общего.

Вот пролетарский вождь на плакате, выпущенном к пятой годовщине Октябрьской революции, стоит на земном шаре, с рукой, простертой вперед в присущем христианской иконографии жесте благословения. За земным шаром — расходящиеся лучи солнца. Так изображались на иконах рядом со святым апостолом предстоящие ему святые. Сегодняшние политтехнологи называют такие приемы перенесением в политический контекст сакральных смыслов. И вот уже Ленин, человек абсолютно негероической внешности, на уровне подсознания начинает восприниматься как лидер космического масштаба.

А это уже Сталин проникновенно смотрит вам прямо в глаза. На плакате начала 1930-х годов, много раз переизданном, он четвертый рядом с канонической троицей Маркс — Энгельс — Ленин. Теперь уже нельзя не почувствовать, кто новый вождь страны, и дело не только в том, что Сталин поставлен в один ряд с основоположниками, но и в том, что вся троица смотрит в сторону и лишь он единственный имеет прямой контакт со зрителем. Глядит прямо в тебя, обозначая свою особую роль в судьбе всех и каждого.

Вот он же, светоч коммунизма, борец с засухой и лучший друг детей, изображен с поднятой вверх рукой на фоне карты СССР и огромного людского моря — полная аллюзия с Моисеем, который ведет свой народ в страну обетованную, где мощь государства равняется счастью народа.

Однако, оказывается, не каждый большой художник способен создавать вождей. Скульптор Николай Андреев, автор одного из лучших московских памятников — полной трагизма фигуры Гоголя, — пробовал по спецзаказу сделать памятник Ленину для зала заседаний Совнаркома в Большом Кремлевском дворце, причем так погрузился в дело, что шесть лет жил затворником. Но ничего не получилось, его работу не одобрили.

Скульптор и сам понял свою ошибку: он слепил человека, а нужен был вождь. Создание мифов — дело серьезное, к нему нельзя допускать людей неподготовленных.

Сталин, например, далеко не каждому позволял писать себя с натуры. Однажды он сделал исключение для одного из братьев Андреевых. Но рисунок Андреева, натуралистичный, с оспинками, не понравился Сталину, который прямо на нем довольно зло написал: ухо вопиет о том, что автор не знает анатомии (оно и вправду вышло мало того что крупным, но еще и острым). Портреты Сталина чаще всего писались по отлитованным, то есть прошедшим специальный цензурный отбор, фотографиям.

В 1937-м на портрет Сталина устроили конкурс: участникам раздали десять кадров кинохроники, по которым надо было за месяц представить портрет. Первую премию не получил никто, вторую разделили Герасимов и Мальков. Комиссии понравилась еще одна работа, художника Мешкова, сделанная углем и сангиной. Но премию ему дать не решились — из-за натуралистических подробностей лица, вялых рук и мрачного фона. Портрет так никто и не увидел, обнаружился он случайно в закрытых фондах, когда готовилась нынешняя выставка.

Ленин в отличие от Сталина неосторожно допускал к себе многих. «Мы наконец получили возможность без цензуры выставить самые удивительные экспонаты из коллекции бывшего Музея Ленина», — говорит ее главный хранитель Эдуард Задирака, подводя к бюсту Ленина, который изваяла журналистка и скульптор Клэр Шэридан, двоюродная сестра Уинстона Черчилля.

Еще один удивительный Ленин, в очках и с завязанной щекой (он был объявлен в розыск как немецкий шпион), на картине художника Авилова «Появление Ильича в Смольном», где в октябре 1917-го размещался штаб вооруженного восстания. В 1950-х во время генеральной чистки фондов Центрального музея Ленина картина была приговорена к уничтожению из-за изображенного рядом с Ильичом врага народа Троцкого, но стараниями научных сотрудников спасена.

Рисовал Ильича и художник Илья Гринман. На его портрете 1920 года фигура лидера пролетариев сливается с черным фоном и освещена только половина лица. Самое интересное, что цензура этого «черного человека» поначалу пропустила, картину даже напечатали на открытках 45-тысячным тиражом. Вскоре надзирающие спохватились и весь тираж конфисковали. Но сама картина, отправленная в спецхран, уцелела.

Как гласит легенда, одну из первых зарисовок Ленина с натуры сделал в июле 1917 года художник Симаков, изобразивший его на трамвайной остановке. Но немолодой и неприметный человек в мелкобуржуазной шляпе и с портфелем под мышкой очень скоро перестал ездить в трамвае и сменил шляпу на более подходящую народному лидеру кепку. Вскоре выяснилось, что художник Симаков «исказил облик вождя», и рисунок уничтожили. Тот, что экспонируется на нынешней выставке в ГИМе, — отпечаток с негатива фотографии, которую чудом успели сделать.

Не опасаются ли авторы выставки, что в здание Исторического музея рекой потекут любители твердой руки и почитатели «эффективного менеджера», а их оппоненты, напротив, начнут призывать к бойкоту экспозиции и требовать «убрать Сталина с Красной площади»?

«Естественно, мы предвидим эту ситуацию, как и вопрос «Зачем вы это делаете?», — отвечает Татьяна Колоскова. — Но на него уже ответил в свое время великий французский революционер Жан-Поль Марат. Он говорил так: «Если народ не хочет быть порабощен, он должен быть бдительным к своим вождям и понимать природу и смысл их поступков». Мы специально сделали говорящую выставку: с расширенными аннотациями, с кинохроникой, документами, с аудиогидами и электронными презентациями. Единственное, чего бы не хотелось, — повторения того, что мы пережили с 1991 по 1993 год.

Речь о постоянных митингах у стен музея, о политической тусовке, которая 20 лет назад помешала сохранить музей, хотя его коллектив настаивал, что ценнейшую и поучительную коллекцию необходимо показывать потомкам.

«Шум и крики — это все для возбужденной толпы. А о серьезных вещах нужно говорить в музейной тишине, — резюмирует Татьяна Колоскова. — К 70-летию Сталина французы подарили ему модель Стены коммунаров, где были выгравированы слова Виктора Гюго: «Единственное, чего мы просим от будущего, — это не мести, а понимания». Подходящий эпиграф к нашей выставке».

Впрочем, многих приведет на выставку в ГИМ вовсе не желание обнаружить в нашей недавней советской истории ответы на нынешние вопросы. Одни придут, чтобы рассмотреть посмертные маски вождей, увидеть личные вещи и подарки Сталину, хранившиеся на его Ближней даче в Волынском, которую после смерти хозяина планировали сделать общедоступным музеем. После доклада Хрущева на ХХ съезде партии их привезли в Музей Ленина, где спрятали на десятилетия в фондах спецхрана. Другие — чтобы просто поглазеть на лица прошлых советских богов, сделанные умельцами 83 стран из всякой всячины, включая кусочки меха и кожи, зерна, табачные листы, перья и даже тополиный пух.

Поделиться:
Новости и материалы
Все новости
Найдена ошибка?
Закрыть