Невозможно не украсть

История о хищениях в «Транснефти» показывает, что в некоторых областях т. н. «государственная собственность» — фикция

ИТАР-ТАСС
Пока компании, подобные «Транснефти», находятся в госсобственности, воровство не прекратится. Поставленные управлять государственным имуществом чиновники найдут тысячи способов для извлечения прибыли в своих частных интересах.

«Волна народного гнева», взметнувшаяся по поводу растрат, которые допустила компания «Транснефть» в ходе строительства трубопровода ВСТО, как это обычно в таких случаях, представляет собой сочетание желания «найти и наказать виновных» с неверием в то, что подобное возможно. Это как бы энергия в пустоте.

Воспитанное в советские времена представление о контролерах как лучших «друзьях народа», укреплено в последние годы бесконечными сериалами о честнейших прокуроршах, правдивых инспекторах и прочих достойных бойцах с улиц разбитых фонарей. Невоспетыми остались, пожалуй, лишь сотрудники Счетной палаты. Остальные же прославлены изрядно.

Это представление сочетается с наивной убежденностью многих соотечественников в том, что лучшая из возможных форм собственности в мире — это государственная. Если же с ней что-то не так, то плохи люди, ей управляющие. Поэтому, если поменять одних начальников на других, усилить контроль и непременно кого-нибудь поглубже засадить, все пойдет иначе.

А если и будет по-прежнему, то останется у возмущенных граждан хотя бы чувство удовлетворения пошевелившимся воздухом. Как после отставки Ю. М. Лужкова: пробки на московских улицах те же, но на душе отчего-то немного легче.

Между тем случай «Транснефти», в котором никакой новости нет, — лишь характерный пример, показывающий, что в некоторых областях общественной жизни т. н. «государственная собственность» — это фикция. Под ее вывеской живут совсем другие, частные интересы. Сама же эта собственность представляет всего лишь удобный инструмент, позволяющий зарабатывать деньги в частный карман.

Это общее правило, касающееся не только строительства трубопроводов или добычи нефти, но и любого бизнеса в России, в котором участвует т. н. «государство» — по сути, подвижная пирамида управленцев, извлекающая в своих интересах и по десяткам тысяч направлений хозяйственного оборота прибыль. Сохраняя прямое участие т.н. «государства» в хозяйственной деятельности с этим бессмысленно бороться. Это все равно что, прыгая вокруг горящего костра, ловить дым руками.

И если существенно продвинуться по пути решения проблемы воровства при госзакупках можно только постепенно, изжив самую природу современной российской политической системы, предполагающей вместо выборов назначения, то сократить нерациональное использование ресурсов, сделать экономику более конкурентной, а значит, более эффективной, можно достаточно быстро. Для этого

нужно полностью приватизировать компании вроде «Транснефти» и «Роснефти», приведя в соответствие интересы собственников и тех, кто реально этими компаниями распоряжается.

В этом случае появится настоящий частный собственник, крупные акционеры, время от времени покусываемые за пятки различного рода миноритарной рыбешкой да профессиональными шантажистами, делающими на миноритариях бизнес. Обстановка при подобном развитии событий станет несомненно более здоровой, чем сегодня.

Проблема воровства, если и будет существовать, то лишь в виде время от времени возникающего оппортунистического поведения менеджеров, действующих против реальных собственников. Что-то мы не слышим о скандалах, подобных тому, который два года назад возник с «Транснефтью», в связи с такими частными компаниями, как «ЛУКойл» или ТНК-BP. Это потому, что какой же смысл собственникам вынимать деньги из правого кармана и перекладывать в левый? Зачем обманывать себя при обустройстве тех или иных месторождений? Это все равно как заказать ремонт своей квартиры подрядчику и тут же в соседней комнате договориться с тем же мастером, что из выданных хозяином денег нужно ему же «откатить» половину.

Перевод компаний в частную собственность из фиктивной «государственной» может явиться существенным фактором мирного демонтажа созданного в России порядка, при котором непонятно, где заканчивается государство и начинается бизнес. Во всяком случае, появится некоторая ясность в этом вопросе. Да и с точки зрения разбогатевшей под вывеской «ЗАО Российское государство» элиты та или иная форма легализации капиталов может явиться спасительным выходом. Альтернатива такому пути – вечное сидение в кресле госчиновников для охранения «богатств немереных». Для сырьевого сектора российской экономики можно уверенно говорить о том, что эти частные бизнесы, сегодня существующие под государственной вывеской, не будут разорены и в том случае, если снимут с себя пустую государеву личину.

Подобная эволюция похожа, конечно, на то, что происходило в России в середине 90-х годов, когда крупные компании достались немногим близким в той или иной степени к власти лицам. Но такова уж природа российской политико-экономической системы, единой в своих основах что в 90-е, что в «нулевые» годы.

Объявленное движение в сторону приватизации и сделанные уже достаточно давно осторожные заявления главы российского правительства, идущие в том же направлении, говорят о том, что возможное дежавю приватизации крупной собственности в России не фантазия.

Если же вернуться в теме приватизации собственно «Транснефти», то глава российского правительства в бытность президентом высказывал мнение, что частные трубопроводы в России существовать не должны. Но, не говоря уже о том, что такие трубопроводы существуют (как часть проекта СРП «Сахалин-2»), система может работать эффективнее как раз в том случае, если она частная. При двух ограничениях, устанавливаемых государством, – недискриминационный доступ к трубе добывающих компаний и контроль тарифов. Эффективность же ее возрастет за счет контроля ресурсов частными собственниками.

Если смотреть на вещи честно, то единственная реальная модернизация, на которую российская властная система может отозваться с некоторым энтузиазмом, — это перемены, связанные с легализацией денег в ее собственном кармане, собственности за ее забором и продажи ей некоторых дойных коров российской экономики.

Форма, наконец, придет в соответствие с содержанием. А возмущенное поначалу население успокоится вскоре победами честных сериальных «ментов», заснет, убаюканное телевизионным наркотиком, и встанет освежившимся. Перефразируя классиков, утро скатится с крыш, страна двинется в будничный свой подход.