Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Красотки в политике

Присутствие женщин в политике само по себе вовсе не обеспечивает демократию

artknowledgenews.com
Если в России в политику попадают, как правило, заслуженные женщины, и на смену знатным дояркам пришли олимпийские чемпионки, то Берлускони нашел свой способ омолодить и украсить мир политики, превратив выдвижение кандидатов в Европарламент в настоящий кастинг.

Они высокие, стройные, с длинными золотыми или рыжими волосами, с сияющими голубыми или зелеными глазами, умопомрачительными ногами, ослепительными улыбками и той особенной ухоженностью в одежде и макияже, которая свидетельствует о том, что для них хорошо выглядеть – не хобби, а профессия.

У входа в римское помещение Партии свобод, возглавляемой премьером Сильвио Берлускони, создается впечатление, что здесь проходит кастинг фотомоделей. На самом деле здесь проходят «вечерние курсы» по ускоренной подготовке кандидатов в Европарламент.

И этим кандидатам подготовка в самом деле необходима: до вчерашнего дня Барбара, Анджела, Элеонора, Камилла и их коллеги работали телеведущими, актрисами и старлетками и в политике понимают не больше, чем та слушательница хореографических курсов, которая, согласно Остапу Бендеру, считала, что творог добывается из вареников.

«Вечерние курсы» — последнее изобретение Берлускони, его ответ сразу на две проблемы: старение политического корпуса и недостаточное представительство женщин в политике. Правда, способ решения этих проблем уже вызвал новые споры. Анджела Социо, яркая рыжеволосая старлетка, прославилась не столько участием в реалити-шоу, сколько сидением на коленях у премьера: «Берлускони и его гарем», — кричали заголовки скандальных журналов, а девушка оправдывалась, что это, дескать, было совещание молодежного актива партии. Камилла Ферранти, симпатичная блондинка, танцевавшая в кордебалете на ТВ и позировавшая для календарей, удостоилась в свое время внимания премьера, пытавшегося пристроить ее в более престижную передачу вместе с другой кандидаткой в депутаты – Элеонорой Гаджоли, что выяснилось из перехвата телефонных разговоров по совершенно другому делу. Другая блондинка Барбара Матера, участница конкурса «Мисс Италия» и актриса на второстепенных ролях, считается новой «любимицей» Берлускони.

«Некоторые из вас войдут в избирательные списки», — таинственно обещает премьер, и девушки старательно конспектируют беседы с министрами, которые объясняют им азы политики.

Перед ними – пример Мары Карфанья, 33-летней телеведущей и звезды календарей для мужчин, ставшей в правительстве Берлускони министром по равным правам мужчин и женщин. Назначение этой худенькой брюнетки с вечно распахнутыми глазами подвигло сатирика Сабину Гуццанти на заявление: «Нельзя отдавать заботу о равноправии женщине, которую премьер назначил за то, что она ему делала минет». Карфанья подала в суд, но дело как-то заглохло, тем более что из вечных телефонных перехватов стало известно, что вроде бы премьер и его министр на самом деле обсуждали оральный секс в отнюдь не теоретической плоскости.

Левая оппозиция, много лет ратующая за права женщин и за введение «розовых квот» в избирательных списках, негодует. Сторонники премьера отвечают, что лучше творить политиков в юбке по принципу личных симпатий, чем никак: по количеству женщин в политической жизни Италия находится на 52-м месте, наравне с Китаем и гораздо ниже Ирака и Уганды.

Сам Берлускони в свое время сетовал, что дамы не идут в политику, «поскольку предпочитают семью», что вызвало очередной шквал обвинений в мачизме.

Кстати, первая леди Италии Вероника никогда не появляется на публике (единственное за много лет исключение она сделала для чаепития с Людмилой Путиной в Сочи), но всем известно, что она не только не одобряет политику премьера, но и не ценит его личные качества, предпочитая общество известного левого политика и интеллектуала. Знает об этом и ее муж, однажды публично посоветовавший датскому премьеру Расмуссену поухаживать за его женой: «Вы самый красивый политик в Европе, гораздо лучше, чем мой соперник». Датчанин не знал, куда деваться.

Критики Берлускони приводят в пример Скандинавию, где женщины – министры и президенты – не редкость, а введение в начале 70-х «розовых квот», поначалу воспринятое в штыки, заставило партии искать и выращивать женские кадры, вчетверо увеличив представительство прекрасного пола в парламенте. Все восторгаются испанским премьером Сапатеро, в кабинете которого женщин поровну с мужчинами, а беременная министр обороны Карме Чакон проводит смотр войск.

Впрочем, даже Швеция, со всеми ее ухищрениями, стоит только на втором месте по количеству парламентариев в юбке — 47%. На первом – Руанда с 56-ю процентами, на третьем – Куба с 43-мя. Так что

присутствие женщин в политике вовсе не обеспечивает демократию.

Правда, можно возразить, что парламент – это не показатель, квоты в 33% для доярок в Верховный совет СССР все помнят, а сейчас обязательное количество женщин в списках предписывается, например, таким прогрессивным государственным образованием, как Палестинские территории. А вот исполнительная, осязаемая власть – другое дело. Здесь в первой двадцатке действительно лидируют демократии (скандинавы, естественно, впереди всех). А вот когда женщин в правительстве становится меньше 30%, возникают страны вроде Бурунди и Ботсваны...

Что же до сомнительных методов кооптации в политику, то в Скандинавии, может быть, все по-честному (впрочем, неутомимый Берлускони как-то пошутил, что если бы он не поухаживал за президентом Финляндии, этого бы не сделал никто, намекая на ее не самые выдающиеся внешние качества), а вот

скандалы вокруг министерш Саркози немногим отличаются от историй с Берлускони.

Да, Рашида Дати, несомненно, более профессиональна как юрист и политик, чем римские старлетки, но ее ревнивое соперничество с Карлой Бруни, оттеснившей бывшего министра юстиции от президента, ни для кого не секрет. И это при том, что во Франции законодательно закреплено равное количество мужчин и женщин в избирательных списках, а система детских садов и пособий делает совмещение работы и семьи гораздо более простым, чем в той же Италии, где женщины зачастую вынуждены выбирать между карьерой и детьми в силу несовместимости обоих занятий.

Однако ноу-хау Берлускони по привлечению женщин в политику вывело из себя даже его обычно молчащую жену, кстати, в прошлом тоже актрису, известную более внешними данными, чем талантом. Вероника Берлускони разразилась гневной филиппикой в адрес мужа, используя выражения вроде «гадость и бесстыдство» и заявив газетам, что она и ее дети – «жертвы этой ситуации, которая заставляет нас страдать».

Первая леди Италии призвала брать пример с Тэтчер и Меркель, а не с «наглости власти, унижающей таким образом всех женщин».

По слухам, госпожу Берлускони разъярило известие, что муж побывал на 18-м дне рождения одной неаполитанской красотки, дочери влиятельных родителей: «На совершеннолетие своих детей он не появился ни разу». Однако премьер не смутился: обращаясь через ТВ к «синьоре Веронике», он посетовал, что супруга «попалась на вранье левых газет», и пообещал, что его кандидатки в Европарламент будут блистать в том числе и интеллектуальными качествами, и учеными степенями».

Автор — обозреватель газеты La Stampa.