Россиянка Мария Шарапова выиграла Уимблдон, а месяц назад газеты обсуждали «русский финал» Открытого чемпионата Франции. Тогда государственный характер происшедшего подчеркнул президент Путин, встретившись во время своей короткой остановки в Париже с героинями Анастасией Мыскиной и Еленой Дементьевой. Теперь, согласно сообщениям государственных телеканалов, в «мировых спортивных кругах» обсуждают едва ли не начало «новой волны» в теннисе - российской. Предыдущая отечественная теннисная звездочка, Анна Курникова, фактически покинула большой спорт, но по-прежнему остается самой популярной за рубежом россиянкой - и вообще, самым симпатичным во всех смыслах символом страны в иностранных таблоидах. Миру-мир, нет никакой Чечни, I love you, Anna: пусть на корте прыгают только мячики.
Теннисные триумфы пришлись как нельзя кстати: они выглядят особенно вдохновительно на фоне жалкого выступления российской сборной на чемпионате Европы и жалкого положения в российском футболе вообще. Ведущей футбольной державой Россия никогда не была, но не радуют в последнее время и те виды спорта, где советское было признанным брэндом: не блещут хоккеисты, самое яркое событие в художественной гимнастике - дисквалификация Алины Кабаевой. Близится, наконец, и Олимпиада, на которой российской сборной едва ли удастся занять привычные по советским еще годам первое-второе места по количеству завоеванного «золота».
Победа нового над старым? Марии Шараповой 17 лет - вот оно, первое поколение свободной России. Старые, отжившие виды спорта в упадке, а несоветский теннис, ставший при Борисе Ельцине не просто модным, а государственным занятием, приносит стране почет и позолоченные кубки. Нынешние экономические успехи и успехи теннисные имеют в этом случае одну и ту же природу: семена 1990х дают, наконец, всходы, джинсоварные кооперативы оборачиваются современными моллами, а Кубок Кремля и сочинские придворные игры - блестящими победами российских спортсменок. Через несколько лет за «новой волной в теннисе» последуют, вероятно, успехи горнолыжников и дзюдоистов.
Но проблема в том, что героиня Уимблдона Мария Шарапова последние десять из своих прекрасных семнадцати лет жила и тренировалась в США.
Там она сформировалась как теннисист, там ее «запускали» в большой спорт, и в данном случае не совсем корректно говорить даже об утечке мозгов (мышц): в отличие от выпускников МВТУ и физтеха, семилетняя девочка, вывезенная родителями во Флориду, ничего особенного из себя не представляла. Именно американские тренеры, врачи, спортивные школы, корты - и деньги позволили проявиться и развиться ее спортивному таланту. Называть Марию Шарапову «российской теннисисткой» - все равно что называть основавшего Google Сергея Брина «российским бизнесменом» лишь потому, что он с родителями некогда эмигрировал из СССР.
Американское происхождение чемпионского титула Шараповой наводит, конечно, на грустные размышления. Уж если в теннисе, бывшим на протяжении почти десяти лет главным видом спорта страны, Россия не смогла построить качественных школ и спортивной среды в целом, способной обеспечить производство чемпионов, что же говорить о других видах спорта? Подобная критика в адрес спортивных функционеров вполне оправданна: как мы недавно убедились, даже приличные, вполне на европейском уровне, вливания в бюджеты футбольных клубов не привели к оздоровлению тренерской среды и появлению талантливых, настроенных на победу игроков.
Дело, однако, не только в этом. Во времена СССР триумфы советских спортсменов были особенно важны для государства, поскольку преподносились не как индивидуальные успехи, а как победы «советского спорта» - а значит и советской системы вообще. Поэтому, собственно, так неприемлем для нас импортный тренер национальной сборной: в этом случае уже нельзя будет говорить о победах «российского футбола». Но не стоит пытаться приписать подобную же функцию и победе Шараповой: ее победа - это победа индивидуального выбора ее родителей, решивших десять лет назад увезти дочь за рубеж. Таких побед в будущем будет становиться все больше: в университетах, консерваториях и спортивных командах Европы, США и Австралии сейчас учатся и работают десятки тысяч «россиян», уехавших за рубеж как в детстве, так и в зрелом возрасте.
Значит ли это, что нам не стоит радоваться их успехам? На мировой арене все более заметными становятся достижения экономистов индийского происхождения - которые, правда, защищаются и преподают в университетах США и Великобритании. Воспринимать получение ими Нобелевских премий как торжество «индийской экономической школы» никому в голову не придет. Это, однако, не мешает индийской элите гордиться своими прославленными соотечественниками, а самим профессорам-экономистам быть в глазах иностранцев символами выхода на мировую арену: бьем вас, господа англосаксы, на вашем же поле.
В этом как раз и состоит главный смысл шараповского кубка: еще недавно, де, мы были «совки» с хозяйственными сумками, а теперь, пожалуйста - в белой юбочке на газоне Уимблдона.
~ Это почти как «Челси» купить.
Борьба краснозвездных хоккеистов с «канадскими профессионалами» была попыткой отстоять автономность «советского спорта» как самостоятельной арены, на которой можно доказывать миру свое превосходство. Сегодня никаких иллюзий относительно возможности выгородить отдельный советский (российский) спорт, науку, музыку, кинематограф не существует. И единственно значимыми могут быть лишь успехи на одной-единственной - «мировой» арене, а для этого будущим «российским» чемпионам придется с юных лет играть в баскетбол в НБА и сниматься в Голливуде. От каких-то надежд на торжество национальной школы пора избавляться: в будущем все больше российских героев будут, подобно Шараповой, совершенно космополитичны по своему происхождению, лишь символически представляя страну в состязаниях с такими же символическими индусами и чехами. Спасибо им и за это.
