Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Будущее не на своем месте

26.06.2012, 21:52

Слава Тарощина о Гундяеве, Кулистикове, Аршавине и других

Специалисты знают: любое общество, инфицированное политическими потрясениями, больно. В 1912-м известный невропатолог Бехтерев писал о том, что Россия все еще расхлебывает последствия революции 1905–1907 годов: психиатрические клиники переполнены, мест катастрофически не хватает. Интеллигенция в трансе, молодежь захлестнула волна самоубийств, патологии стали любимыми темами литературы. Ощущение ужаса точнее других выразил Александр Грин, человек надломленный и вибрирующий: «Будущее перестало стоять на своем месте».

Прошло ровно сто лет, а будущее опять не на своем месте. Общественные катаклизмы неизменно преследуют Россию, оставляя тревожный след в душах граждан. Тьма сгущается. Несколько важных сюжетов последнего времени свидетельствуют о коллективной неадекватности, если не о массовом психозе.

Сюжет первый. На церемонии награждения премии «Серебряная калоша» чествовали Владимира Гундяева, одержавшего убедительную победу в номинации «За непорочное исчезновение часов, или Фотошоп всемогущий». Данная

премия знавала церемонии и получше – более остроумные, смешные, содержательные. Традиции политической сатиры растворились на просторах родины, потому и грубоватая политизированность выпирала из формата, как ржавый гвоздь из старого дивана.

Но ведь критики обрушились на премию не за низкий уровень шоу, а за то, что его устроители замахнулись на святое, то есть на Гундяева. Между критикой патриарха Кирилла и критикой православия тотчас был поставлен знак равенства. Не заметив, что речь идет всего-навсего о капустнике, Всеволод Чаплин привычно сотрясает основы: «Эта политическая агитка направлена против общественной нравственности и российского патриотизма». Немедленно материализуется некий думский мудрец, который срочно разрабатывает закон, позволяющий упрятать за решетку не только Pussy Riot, но и организаторов всевозможных «калош» «за оскорбление религиозных чувств».

Для тех, кто интересуется прошлым, легко заметить, насколько возрос градус общественной нетерпимости по сравнению с тем, который имел место век назад. И тогда нравственных арбитров типа Чаплина было в изобилии. И Арцыбашева судили за героя романа «Санин», демонстрировавшего излишний эротизм. Но речь шла всего лишь о литературном суде, на котором присяжные заседатели вынесли оправдательный приговор писателю и его герою. А нашим Pussy с их художественными акциями еще сидеть и сидеть — не в литературном салоне, а в самой настоящей кутузке.

Сюжет второй. Министр культуры попросил главу НТВ не ставить в эфир 22 июня фильм «Служу Советскому Союзу!», грозящий «расколом общества». Кулистиков немедленно сделал Мединскому козу. Он не просто поставил в эфир скандальный фильм, но и дополнил его одиознейшим «Падением Берлина» образца 1949 года. Таким образом, день начала войны представил широкий спектр фальсификации истории – от хороших зэков, расстрелявших немецкий десант, до ослепительного товарища Сталина, лично устроившего падение Берлина. Что в этой истории удивляет больше всего, так это подчеркнутая открытость радикальных жестов. Открыта новая страница в истории властной вертикали, впервые допустившей публичные разборки. Для того чтобы показать, кто в доме хозяин, Кулистиков разразился даже стихами, навеянными Юзом Алешковским и его песней «Товарищ Сталин, вы большой ученый».

Герои инцидента в накладе не остались. Кулистиков наварил отменный рейтинг на шумихе. Мединский в очередной раз пропиарился с головы до ног.

Омерзение остальных от властных игр разума в очень важный для народа день в расчет не берется. Правильно было сказано тем же Кулистиковым: народ – пушечное мясо для ТВ.

Сюжет третий. Он навеян футбольным проигрышем нашей команды. Признаюсь: меня, человека весьма далекого от спорта, этот сюжет задел больше всего. Вчера еще Аршавин был кумиром миллионов. Он не сходил с экранов, где мелькал постоянно – то в виде рекламного поедателя чипсов, то на фоне голубого «Газпрома», реже – с мячом. Его восхваляли, цитировали, пародировали. Но тут случился проигрыш российской команды, и знаки мгновенно поменялись. Аршавин не извинился перед болельщиками. Аршавин зазнался. Аршавин грубит народу. Пародийная мультяшная программа делает из вчерашнего кумира алкоголика. Высокий чиновник из «Газпрома» вообще жаждет выслать его из страны. Депутат Беляков, предавший огласке реплику из частного разговора (вне контекста и ситуации), не в силах скрыть радость от того, что и он теперь в топах.

Аршавина все-таки принудили попросить прощения у болельщиков, и тут мне стало по-настоящему страшно. Дрожащие губы, мертвенные щеки, растерянные детские глаза…

Именно в этот момент впервые не просто поняла, но почувствовала, как это происходило в тридцатые годы. А мы все удивлялись: как же мог вчерашний герой стать сегодня врагом народа? Да очень просто, с помощью этого же народа.

Примечательно, что в каждом из означенных сюжетов важную роль играет массовка, привлеченная для полноты катарсиса. Народ негодует по поводу Гундяева. Народ пишет гневные письма о фильме «Служу Советскому Союзу!». Народ всем своим большим телом навалился на одного маленького Аршавина. Все для народа, все во имя народа. Вроде бы дело привычное, только скорость падения в бездну пугает.