Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Деталь интерьера

09.07.2008, 13:58

Иллюзий сопричастности «Единой России» к выработке решений никогда и не было

Председатель Государственной думы Борис Грызлов известен неожиданными и подчас парадоксальными суждениями. Вот и на днях он снова привлек внимание наблюдателей, высказавшись на тему партийного плюрализма. По мнению спикера нижней палаты парламента, «обсуждение в рамках партии и есть точка зрения народа. Именно «Единая Россия» из этих обсуждений может вынести какие-то правильные решения… Совсем другой характер носят дебаты или межпартийные обсуждения, которые идут на думской площадке. Это, скорее, некое политическое шоу, то есть показ своих позиций перед своими избирателями, нежели выработка какой-то будущей позиции, то есть позиции, которая будет принята. А вот «Единая Россия» именно вырабатывает позицию».

Итак, необходимость идейного плюрализма все-таки признается. И это лучше, чем железобетонное единомыслие. Но плюрализм разделяется на два вида — правильный, тот, что внутри «Единой России», и некачественный, межпартийный.

Первый нужен и полезен, потому что из него вырастает практическая позиция «партии власти» и в конечном итоге реальная политика. Второй имеет сугубо декоративный, показной и одновременно протокольный характер (надо же, чтобы в интерьере современной политической системы была бы такая архитектурная деталь!) Практически он бесполезен, поскольку, по большому счету, никому кроме самих этих партий не нужен.

Как удивительно напоминают эти откровения перестроечные дебаты конца 80-х! В условиях уже начавшихся преобразований, остановить которые конституционными методами уже было невозможно, представители номенклатуры КПСС тоже заявляли нечто подобное.

Хотите разномыслия — пожалуйста! Но зачем для этого создавать чуждые самому духу нашей системы оппозиционные фракции и общественные объединения. Всю палитру взглядов вполне можно представить и выразить и внутри самой КПСС. И внутри нее действительно стали создаваться «платформы» — «Демократическая», «Марксистская», кардинально отличавшиеся по идейно-политическим позициям. А потом еще появилась Компартия РСФСР со своим консервативным государственничеством.

Иными словами, плюрализм, конечно, необходим, но под контролем, чтобы не возникла угроза людям, находящимся у власти, эту власть потерять. Но те попытки — ограничить плюрализм дискуссиями внутри правящей партии — отражали переходный характер политического процесса, точнее, одну из ранних фаз преобразований. И в каком-то смысле своей половинчатостью и противоречивостью выглядели вполне адекватными состоянию общества, только начавшего освобождаться из-под влияния тоталитарного мировоззрения. Но сейчас в стране совершенно иная ситуация. Процесс перемен, конечно же, не завершен, но уже достиг весьма зрелых форм. И вдруг выясняется, что властные элиты приходят к тем же самым идеям, с которых начинали их предшественники 20 лет назад.

На самом деле такая цикличность в развитии отечественной политической мысли далеко не случайна. В последние годы строительство российской политической системы шло по пути централизации власти, бюрократизации и постепенного вытеснения из политики не зависимых от государства игроков. С точки зрения задачи укрепления власти в руках правящей элиты эта стратегия оказалась вполне эффективной. Но вот сейчас, когда и на самом верху признается необходимость перехода от политики стабилизации к развитию, когда возникают новые вызовы как глобального, так и внутриполитического характера, приходит понимание того, что одной лишь простоты и монументальности властных вертикалей, единомыслия правящего большинства в легислатурах всех уровней уже не достаточно. К тому же, в определенном смысле минувшие 20 лет не прошли бесследно. Если накануне перестройки, по крайней мере, многие полагали, что общество «реального социализма», как оно тогда называлось, должно представлять собой идейно-политический монолит, то ныне даже самым консервативным чиновникам понятно, что при всей любви нашего народа к президентской власти и ее политике, в стране все равно будут представлены сторонники разных политических идеологий — социалистической, либеральной, национал-державнической, коммунистической. Иными словами,

победившие представления об обществе как о разнородном и многослойном в идейно-политическом отношении организме следует считать одним из важнейших достижений прошедших 20 лет перемен.

Все это и побуждает правящую верхушку в части плюрализма обращаться к «позитивному» опыту конца 80-х. Жаль только, что высокопоставленные политики, рассуждая о целесообразности внутрипартийного плюрализма, не вспоминают, чем закончились аналогичные эксперименты в перестроечную эпоху. И «Демократическая», и «Марксистская» платформы в общем и целом так и остались клубами по интересам, которым так и не удалось повлиять на политику руководства страны. Принадлежность, как им казалось, к правящей партии вовсе не гарантировала участия в выработке политического курса власти. Да и казавшаяся могущественной Компартия РСФСР в конечном итоге тоже не преуспела в подобных усилиях. В конечном счете, даже решение об августовском путче принималось без ее участия. Реальная же власть все равно осталась совсем в других кабинетах и коридорах.

Что же касается «Единой России», то здесь даже иллюзий сопричастности к выработке решений никогда и не было,

ибо изначально она создавалась как структура при власти, при людях, которые принимают решения и хотят принимать их всегда. Так что плюрализм в этой конструкции может быть только декоративной деталью интерьера.