Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Узнать правду

23.06.2005, 11:07
НАТАЛИЯ ГЕВОРКЯН

Я считаю, что с репортажей из суда по Беслану должны открываться все первые полосы всех газет столько времени, сколько этот суд идет. Не только потому, что происходящее во Владикавказе реально интересно. Но, главное, потому, что если вы хотите понять, что такое кризис доверия к государству в лице его власти – смотрите и слушайте Владикавказ. Смотрите и слушайте этих несчастных, измученных горем людей, которые ухитряются у нас на глазах прямо в зале суда постепенно как бы проявлять негатив будущей фотографии, на которой рано или поздно мы увидим правду о произошедшем в Беслане. Мы увидим тех, кто прямо или косвенно виноват в жуткой драме, потрясшей мир. Мы увидим то, что тщательно скрывается, запутывается, замыливается (в том числе и судьями). Мы увидим то, что нам не рассказала парламентская комиссия. Мы увидим то, что не расследовали следователи. Мы обязательно это увидим, и гарантия тому – эти измученные горем родственники, потому что их горе выше любой «целесообразности», любых государственных интересов, любых политических игр и любых грифов «Совершенно секретно». Им плевать. Они хотят знать правду. И чем их можно «заткнуть» или испугать, когда самое страшное они уже пережили? Чем можно испугать человека, потерявшего ребенка? Уже ничем.

Я в жизни не видела судебного процесса, где инициатива до такой степени была бы перехвачена потерпевшими. Они задают самые точные вопросы, они заставляют тех, кто дает показания, проговариваться и не уходить от ответа, они провоцируют со стороны обвиняемого реплики, которые дорогого стоят. Это благодаря совсем не судье и уж точно не прокурору, а потерявшим детей матерям мы узнаем, что к одному из потерпевших, бывшему заложнику Казбеку Дзерасову «ночью пришли и сказали: «Заткни рот», а кто были – не знаю». Это не судья, а потерпевшие кричали ему: «Скажи правду! Почему ты молчишь? Кто тебя запугивает?» Это они добиваются ответов, а не прокурор, это они все время напоминают служителям Фемиды, что все собрались тут, в зале суда, чтобы узнать правду, а не чтобы ее скрыть. Это несчастным, сходящим от горя людям в ответ на их слезы и беспомощное «Кто же все это сделал?» тихо говорит единственный обвиняемый Кулаев: «Тот, кто все это сделал, сейчас сидит дома и телевизор смотрит».

Он – последняя надежда потерявших надежду узнать правду несчастных матерей. Этот парень, сидящий на скамье подсудимых и обвиняемый в терроризме. Вы когда-нибудь видели страну, в которой террористу на скамье подсудимых потерпевшие доверяли бы больше, чем всем властям, вместе взятым, начиная с судебной и кончая верховной, президентской властью. Вы когда-нибудь видели страну, в которой правду надеются узнать от подсудимого, потому что совершенно не верят больше никому? Вы когда-нибудь видели матерей, потерявших детей, которые готовы защитить возможного убийцу этих самый детей и готовы даже простить его – за правду?! До какой степени должны погрязнуть во лжи все органы власти, чтобы такое происходило?

Этот парень – последняя надежда этих матерей. А эти матери – последняя надежда этого парня. Фантастика! Кто-то из тех, кто ходит по ночам запугивать потерпевших, теоретически должен тихо прикончить в камере единственного свидетеля со стороны захватчиков школы в Беслане. Фраза о том, что виноватый сидит дома и смотрит телевизор, может вполне стоить обвиняемому жизни. Он что-то знает, получается… Что-то такое он знает… А вдруг он окажется человечнее всех этих местных и высоких властителей и расскажет этим несчастным женщинам правду? А вдруг эта правда для кого-то страшнее, чем гибель сотен невинных детей и взрослых? Парадокс, но единственными гарантами жизни этого единственного обвиняемого стали его же жертвы, прости господи. Потому что матери и родственники этих жертв… Я даже не могу себе представить, что это будет, если с Кулаевым произойдет «несчастный случай». Я не представляю, что сделают потерпевшие, потому что точно понимаю, что люди, проживающие такое горе, как у них, способны на все. И их не «отодвинешь», как пикет в защиту Ходорковского, под предлогом ремонта улицы.

Кстати, очень любопытно, что два эти процесса примерно совпали во времени. Показательный процесс над олигархом был полностью «под контролем» Кремля, прошел именно по тому сценарию, который и был на сей случай разработан. Процесс над Кулаевым абсолютно вышел из-под контроля. Не получается показательного процесса над террористом, призванного закончить эту болезненную историю и закрыть вопрос о Беслане. И в том и в другом случае российское следствие и правосудие, мягко говоря, не вызывают доверяя. И в том и в другом случае российская власть выглядит, мягко говоря, паршиво. Но, в отличие от первого, во втором процессе потерпевшие требуют посадить эту власть на скамью подсудимых рядом с террористом. Я должна вам сказать, что это чистая и пронзительная история. И с матерями Беслана этой власти очень тяжело говорить. Им же не скажешь: сами виноваты, не платили налоги, ограбили страну… Против них нет аргументов ни у власти, ни у народа. Их, потерявших детей, не в чем упрекнуть. На них не построишь пиар. Перед ними и в их понимании в равной степени виноваты и те, кто убил их детей, и те, кто не спас их детей. И пытаясь всеми силами узнать правду о той страшной трагедии, эти несчастные люди, в сущности, пытаются спасти всех нас. Дай бог им суметь…