Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Политическая карикатура как система

18.01.2006, 12:19

Виктор Анпилов, лидер радикальных коммунистов 90-х годов, был одним из наиболее последовательных и твердых противников Бориса Ельцина. В любую минуту дня и ночи он был готов выходить на улицы Москвы и других городов России, чтобы протестовать против ельцинской политики. При этом, сам того не желая, Анпилов выполнял крайне нужную и полезную для режима Бориса Ельцина работу. Не было более очевидного подтверждения опасности коммунистического реванша, чем Виктор Анпилов и его сторонники. Если бы их не существовало, то официальным пропагандистам 90-х годов пришлось бы что-то придумывать. Заподозрить лидера «Трудовой России» в том, что на самом деле он был засланным казачком, мешает только одно - Виктор Анпилов был безусловно искренним и последовательным человеком, свято верившим в то, что говорил.

Нет более твердого сторонника либеральных ценностей, чем Валерия Новодворская, лидер «Демократического союза». Вся ее биография свидетельствует о том, что ради своих убеждений она готова на все: хоть на несанкционированный митинг под дубинки ОМОН, хоть в тюрьму. Но, как, и в случае с Виктором Анпиловым, Новодворская своей деятельностью множит число противников отстаиваемых идей. Сама она этого не понимает и не поймет - популярность для Новодворской не значит ровным счетом ничего. Скорее, ей даже нравится плыть против мейнстрима. Предположить, что Новодворская сознательно дискредитирует либеральную идею, невозможно, опять же в силу особенностей ее биографии.

И Новодворская и Анпилов - представители крайних точек нашего политического спектра. Подобное позиционирование предполагает не только определенную карикатурность персонажей, но и возможность использования радикалов их завзятыми политическими противниками. В свое время лидер «Национального фронта» Лэ Пен немало способствовал мобилизации левого электората Франции.

Но особенность современного политического момента в России состоит в том, что «эффект Новодворской-Анпилова» присущ отныне всем: и радикалам и тем, кто считает себя центристами.

К сторонникам путинского режима, в частности, лидерам «Единой России», можно относиться с интересом только заочно. Более чем пятиминутное выступление почти любого единоросса вызывает сильнейшие симпатии к оппозиции. Впрочем, представители антипутинских сил отвечают «единороссам» любезностью на любезность: сколько-нибудь подробное наблюдение за оппозицией способно вернуть интерес к «Единой России». В сухом остатке можно только зафиксировать сильнейшее отвращение к любой политике и всем политикам чохом. О дискредитации ценностей в данном случае речи не идет - идеологическая невнятность в равной степени свойственна и «партии власти», и ее оппонентам.

Не исключено, что широчайшее распространение эффекта «Новодворской- Анпилова» свидетельствует о приближении значительного обновления политического класса, когда на смену не вызывающего доверия поколения придет новое, более интересное для граждан. Однако, во-первых, непонятно, откуда возьмется «молодая шпана, которая сотрет с лица земли» всех, кто сегодня вызывает скуку и раздражение, а во-вторых, и нынешнему поколению уходить рановато.

Истоки кризиса в том, что среднестатистическому политику совсем не обязательно пользоваться расположением и приязнью сограждан. Его карьера почти никак не зависит от того, поддерживают его избиратели, или нет. Место в Думе зависит от того, как выстроены отношения с лидером политического объединения и его окружением. А те, в свою очередь, рассчитывая комбинации, вспоминают об избирателях в самый последний момент.

Публичная политика у нас устроена по модели ресторана, организованного не для извлечения прибыли от обслуживания едоков, а для отмывания денег.

Посетители в этой точке общественного питания не слишком желанны, потому что на них то не рассчитано. Они даже мешают. Однако, в отличие от подобной точки общественного питания, политическая система в нынешнем режиме долго существовать не может.

Взаимное отчуждение политического класса и общества закончиться тем, что общество инициирует появление новых игроков, которые будут заинтересованы в людях или хотя бы проявят к ним живой интерес.

Вполне возможно, что это будут радикалы. Ведь совсем не обязательно, чтобы представители крайних политический течений были бы карикатурами на политиков. Когда эту роль выполняют умеренные, радикалы могут себе позволить играть в серьезные игры.