Цивилизация
Это «фантастические вопросы», иронизировал в кулуарах Московского финансового форума-2019 министр финансов Белоруссии Максим Ермолович, говоря о сроках перехода союзного государства России и Белоруссии на единую валюту.
«Это такие фантастические вопросы. Очень нескоро. Много этапов в этой работе. Если посмотреть, как переходил на единую валюту Европейский союз, то увидим, что десятки лет потребовалось для построения этой системы. Мы, к сожалению, или счастью, должны пройти точно такие же этапы. Мы должны сблизиться в уровне экономического развития, выработать механизмы единого рынка, а потом только говорить о единой валюте», — ответил чиновник на вопрос «Газеты.Ru» о том, когда может появиться единый российско-белорусский рубль.
Между тем о единой валюте не раз заявлял президент Белоруссии Александр Лукашенко. По его словам, платежным средством должен стать не белорусский и не российский, а «общий» рубль.
«Это будет не российский или белорусский рубль, это будет наш общий рубль, если он будет»,
— предметно указал президент.
Примечательно, что единую валюту обсуждают очень осторожно и российские власти. Так, в последний раз к дискуссиям по этому вопросу вернулись на полях Петербургского международного экономического форума в 2018 году. О ней говорили глава Минэкономразвития Максим Орешкин и его коллега — министр экономики Белоруссии Дмитрий Крутой.
Именно эти чиновники возглавляют рабочую группу по урегулированию проблемных вопросов и развитию интеграции в рамках союзного государства, которая была создана в конце 2018 года. Тогда на ПМЭФ пришли к консенсусу, что создание одной валюты — финал интеграции двух стран.
Окончательное решение о введении единой валюты должно приниматься на уровне президентов двух стран, сообщил тогда журналистам российский чиновник из Минэкономразвития.
«О позициях здесь говорить еще очень рано. Сейчас наша задача — собрать те развилки, которые есть. Понятно, что вопрос единых валют — это вопрос Центральных банков. Центральные банки и в России, и в Белоруссии независимы от правительства, на правительственном уровне это не будет решаться и обсуждаться. Это, конечно же, уровень обсуждения для президентов», — указывал Орешкин.
Парадокс интеграции
Между тем возможность создания общей валюты обсуждается ровно столько, сколько продолжается проект по созданию единого союзного государства. Напомним, что положение о единых деньгах было закреплено статьями 13 и 22 договора о создании Союзного государства 1997 года. Документ стороны доработали затем в 1999 году.
«В Союзном государстве поэтапно вводится единая денежная единица (валюта) с одновременным созданием единого эмиссионного центра. Основной функцией единого эмиссионного центра является защита и обеспечение устойчивости единой денежной единицы», — значится в главном документе об интеграции.
При этом именно
в отсутствии прогресса в интеграции и кроется основная проблема введения единых денег,
указывают опрошенные «Газетой. Ru» аналитики.
К настоящему же моменту еще не подготовлена единая «дорожная карта» союзного государства. Ожидается, что программа будет готова к декабрю 2019-го — аккурат к 20-летию союзного государства.
Единая валюта — это всегда самый сложный этап финансовой интеграции, потому что это передача части суверенитета, пояснил директор Института международной экономики и финансов Всероссийской академии внешней торговли Александр Кнобель. Она возможна только в совокупности с единой бюджетной политикой, а до этого еще очень далеко, утверждает эксперт.
При этом форсирование единой валюты может нести в себе негативные последствия, которые были видны на примере Европейского союза и таких стран, как Греция, Кипр или Португалия.
«Когда банки страны имеют доступ к кредитованию в евро в европейском Центробанке, но при этом ведут неконтролируемую бюджетную политику. Поэтому
валютная интеграция — это очень тонкий момент, который в любом случае еще не назрел», — отметил Кнобель.
В настоящее время экономическую интеграцию двух стран можно охарактеризовать как «глубокий таможенный союз с элементами общего рынка», обозначил он.
«Элементы общего рынка заключаются в свободном перемещении людей, естественно, в возможности трудоустройства без особых проблем, по крайней мере, в частном секторе, и в некоторой связи между предприятиями двух стран», — перечислил эксперт.
На трудности в разделении контроля в сфере денежной эмиссии указал и доцент кафедры политической теории МГИМО Кирилл Коктыш.
«В основу союзного государства заложен принцип паритета. В этом плане монетарная политика стоит в очереди, но она должна идти завершающим этапом, когда все остальное уже будет организовано», — сказал собеседник «Газеты.Ru».
А без этого единая валюта никому не нужна, продолжает эксперт. Тогда валюта будет не локомотивом союза, а cкорее якорем, тянущим на дно.
«Посмотрите: в Евросоюзе единая валюта только усилила по большому счету неравенство и диспропорции», — добавил Коктыш.
При этом в планах по созданию союзного государства назрела необходимость формирования новой программы, поскольку повестка 20-летней давности уже по большей части выполнена.
«Вопрос повестки на следующие 20 лет — остается открытым. Его крайне желательно сформулировать, потому что совместно Россия и Белоруссия могут сделать гораздо больше, чем по одиночке», — резюмировал он.
На момент публикации материала получить оперативный комментарий от Минфина РФ и Банка России не удалось.
