Французский министр экологии Николя Юло заявил, что Франция перестанет продавать дизельные и бензиновые автомобили к 2040 году. Правительство республики обнародовало масштабный экологический план, согласно которому за три грядущих десятилетия страна радикально сократит выбросы СО2 в атмосферу.
Кроме того, Франция планирует отказаться от атомных электростанций, прекратить добычу нефти и угля на французских территориях и стимулировать снижение бытового потребления угля.
195 участников форума условились не допустить повышения средней температуры на планете к 2100 году более чем на 2 градуса по Цельсию по сравнению с доиндустриальной эпохой. В настоящий момент договор ратифицировали 153 страны. Президент США Дональд Трамп 1 июня объявил о выходе из этого соглашения.
«Новая тенденция — сделать Францию первой в «зеленой» экономике, использовать Парижское соглашение как возможность для творчества, новаторства, занятости. В этом же духе — учитывая еще и то, что было объявлено президентом США относительно их позиции насчет Парижского соглашения, — мы собираемся сделать Францию углеродно-нейтральной примерно к 2050 году», — цитирует министра экологии Euronews.
Ранее при участии президента Франции Эммануэля Макрона был запущен сайт, призывающий всех, желающих поучаствовать в борьбе с климатическими изменениями, эмигрировать во Францию. Пост Макрона «Сделаем нашу планету великой снова» (вариация на тему лозунга предвыборной кампании Дональда Трампа «Сделать Америку великой снова»), опубликованный 2 июня в твиттере, собрал 230 тысяч ретвитов.
Не менее важным является решение Electricite de France SA (далее EDF), французской государственной энергетической компании, объявившей о намерении заглушить до 17 ядерных реакторов из 58 по всей стране.
Точное число планируемых к закрытию реакторов пока не определено, поскольку, по словам Николя Юло, «мы не рассматривали этот вопрос подробно в нашем климатическом плане». Поставленная цель — снизить потребление ядерной энергии до 50% к 2025 году — будет серьезным вызовом для Франции и EDF, потому что энергия АЭС составила 72% всей французской энергии в 2016 году.
Замещать выводимые угольные и атомные электростанции Николя Юло планирует возобновляемыми источниками энергии, в частности ветряными, солнечными и морскими мощностями.
Вопреки желанию французского правительства, местные власти и профсоюзы протестуют против закрытия станций. Ранее, до катастрофы на японской АЭС «Фукусима-1» в 2011 году, ядерная энергетика была поводом для национальной гордости, но затем поддержка атома упала, и социалистическое правительство Франсуа Олланда заявило о планах сократить производство ядерной энергии. Три четверти французских АЭС достигнут конца 40-летнего срока эксплуатации к 2027 году, будучи построенными в 1970-х и 1980-х годах в качестве ответа на тогдашние нефтяные кризисы.
Кроме того, перед правительством Франции встает вопрос о выплате компенсаций EDF, которые могут составить огромные суммы. Так, в январе EDF достигла соглашения с правительством, согласно которому компания получит выплату в размере €490 млн ($559 млн), если два реактора на АЭС в Фессенхайме на границе с Германией будут выключены. Еще одна проблема — это потеря доходов от экспорта электроэнергии. Страна зарабатывает на этом около €3 млрд ежегодно.
Российские эксперты также сомневаются в реалистичности этих планов, но отмечают, что этот курс открывает новые возможности для «Газпрома». Впрочем, ему предстоит постараться, чтобы занять свою долю на французском рынке.
Рустам Танкаев, гендиректор «ИнфоТЭК», считает, что Франция не сможет повысить долю производства возобновляемой энергии выше 10% и что наилучшим вариантом остается импорт российского газа.
«Есть две глобальные идеи по замещению атомной энергии. Первая связана как раз с возобновляемыми источниками энергии, в эту сферу были сделаны большие капиталовложения, по всей Европе доля ВИЭ достигла 11%, это очень много. Очень недальновидно с французской стороны рассчитывать только на климат, которым человек не может управлять. Малейший катаклизм оставит страну без энергии», — полагает эксперт.
Вторым вариантом, по словам Танкаева, является именно импорт газа, являющегося самым чистым энергоносителем.
Во Франции есть большое количество портов для приема сжиженного природного газа, но сейчас задействовано около 20% от их общего числа, поясняет он. Что же до того, откуда импортировать газ, — здесь вариантов немного. Из Катара газ импортировать далеко, он на 40% испаряется, и цена вырастает соответственно, Катару выгодно везти газ в Азию, в Японию и Корею.
Единственным логичным вариантом для компенсации французского отказа от атомной энергии, нефти и угля остается Россия, но здесь возникают проблемы с инфраструктурой, отмечает Танкаев.
«У России самые крупные в мире запасы природного газа, но нет достаточного количества газосжижающих заводов. Тех мощностей, которые есть сейчас, просто не хватит для обеспечения поставок СПГ морским путем. Монополия «Газпрома» не дает другим компаниям изыскать средства для строительства своих заводов, а трубопроводов во Францию нет. Но если такие заводы по производству СПГ будут построены, то мы с легкостью сможем обеспечить французский импорт по хорошей цене», — рассказал он «Газете.Ru».
Партнер RusEnergy Михаил Крутихин (признан в РФ иностранным агентом) говорит, что ждать замещения атомной энергии «далеким российским газом» не стоит. «Вряд ли Франция при избытке СПГ-терминалов, например в Дюнкерке, будет импортировать российский газ».
Крутихин также не уверен, что планы по отказу от ядерной энергии вообще осуществятся в полном объеме. «Возобновляемые источники энергии, на которые рассчитывает Париж, точно не смогут обеспечить так называемую базовую нагрузку, то есть производить электроэнергию в любое время», — заявил Крутихин в разговоре с журналистом «Газеты.Ru».
