За нарушение норм безопасности в Домодедово должны ответить менеджеры и владельцы компании, управляющей аэропортом, говорил Медведев после январского теракта в аэропорту и требовал от Генпрокуратуры найти его владельцев. Он выражал недовольство закрытой структурой собственности Домодедово – доли в капитале распределены между офшорами.
В апреле Медведев дал конкретное поручение – разработать законопроекты о запрете участия иностранных фирм в управлении стратегическими транспортными предприятиями и об обязательном раскрытии собственников.
В работе над проектом закона о запрете офшорного владения аэропортами кроме Минтранса принимали участия Минэкономразвития и антимонопольная служба (ФАС), говорит источник «Газеты.Ru», знакомый с результатами консультаций. Вице-премьер Сергей Иванов, курирующий в правительстве транспортную отрасль, просил ведомства «принять меры для безусловного исполнения поручения президента».
К маю на поручение президента отреагировали и прокуроры. «Минтрансу предложено разработать законопроект о запрете участия иностранных лиц в управлении стратегическими транспортными предприятиями, а также внести изменения в правила сертификации аэропортов, предусматривающие обязанность соискателя сертификата раскрывать информацию о собственниках и основаниях владения имуществом», — сообщила тогда Генпрокуратура.
25 января, после теракта в зале прилета Домодедово, Дмитрий Медведев потребовал привлечь к ответственности лиц, отвечающих за безопасность на транспорте. Причем, прокуратуре и Следственному комитету он поручил рассмотреть вопрос об уголовной ответственности этих лиц. Уже на следующий день в отставку был отправлены начальник управления по транспорту МВД в Центральном федеральном округе Андрей Алексеев и несколько сотрудников линейного отдела в Домодедово. К уголовной ответственности их не привлекли. Кроме того, президент сказал, что в аэропорту «была просто анархия» и отметил «частичный контроль» входящих в терминал. После этого на входе были установлены металлоискатели, в очередях к которым люди проводили много времени. Вину за «анархию» он возложил еще и на менеджмент Домодедово и потребовал найти конечного собственника. Выяснилось, что им является Дмитрий Каменщик, обвинивший в ответ власти в попытке рейдерского захвата. В мае появилась идея запретить иностранцам владеть контрольными пакетами аэропортов.
Распоряжения, которые Медведев отдал после катастрофы Ту-134 в июне под Петрозаводском, тоже казались довольно радикальными – он потребовал вывода из эксплуатации как Ту-134, так и Ан-24 и Як-40 потому что это «пора сделать». По итогам событий в июле и августе эту позицию президент подтвердил. 11 июля Ан-24 совершил экстренную посадку на реку Обь, он летел из Томска в Сургут, погибли 7 человек. Потом в Чите, у аналогичного самолета при посадке разрушилось шасси, а 8 августа пилот Ан-24 промахнулся мимо полосы в Благовещенске. В двух последних катастрофах никто не погиб. Но еще после аварии на Оби Минтранс заявили, что самолеты «могут продолжать использоваться при нерегулярных, чартерных перевозках до выработки назначенного ресурса».
«По мнению Минтранса, положения российского законодательства в области привлечения иностранных инвестиций соответствуют мировой практике. В отношении стратегических организаций транспортного комплекса принятие решения о целесообразности участия иностранных лиц в управлении урегулировано в рамках действующего российского законодательства», — указано в письме Левитина, с которым ознакомилась «Газета.Ru».
В Генпрокуратуре и аппарате Иванова не предоставили комментарии. Представитель Минтранса затруднился оперативно прокомментировать предложения. В Минэкономразвития не ответили на письменный запрос «Газеты.Ru».
Сейчас инвестиции в аэропорты регулируются законом № 57 об иностранных инвестициях в стратегические предприятия, в частности в естественные монополии на транспорте. Документ требует согласования сделок в правительственной комиссии по иностранным инвестициям.
Контроль за соблюдением закона возложен на антимонопольную службу. За время действия закона ФАС получила 15 заявок на покупку долей в транспортных компаниях. Из них 4 предварительно согласованы, 5 согласованы с ограничениями, 4 рассматриваются, а по одной выдано отрицательное заключение, знает источник, знакомый с материалами ведомства. Именно в соответствии с этим законом были рассмотрены заявки офшоров, которые получили контроль над Домодедово.
Такой порядок, по мнению Минтранса, соответствует международной практике, говорит источник: «В большинстве стран ограничения существуют в форме требования получить одобрение компетентных органов».
Более того, готовятся поправки, которые дадут офшорам возможность покупать доли в стратегических компаниях без согласования в комиссии по иностранным инвестициям, если фирмы в офшорных юрисдикциях принадлежат гражданам России. «В целях улучшения инвестиционного климата готовится к внесению в Госдуму проект поправок, предусматривающий изъятие из сферы регулирования законодательства в области контроля за иностранными инвестициями в стратегические предприятия сделок между организациями, которые находятся под контролем российских граждан или российских компаний, а также сделок, в которых участвуют международные финансовые организации», — утверждает источник, знакомый с материалами профильных ведомств. В ФАС заявили, что не имеют информации о подготовке пакета законопроектов.
Представитель председателя комитета Госдумы по транспорту Сергея Шишкарева отказалась от комментариев, сообщив, что комитет законопроект не курирует.
Никита Мельников, аналитик «Атона», не удивлен предложениями Минтранса: «Риторика политиков часто имеет радикальную форму, но смягчается по итогам консультаций с профильными ведомствами». «Запрет не имел смысла, — считает эксперт. – Этот вариант более аккуратный». Регистрация бизнеса владельцев аэропортов в России облегчила бы работу правоохранительным органам в случае форс-мажора, признает он. «Но кто будет инвестировать на этих условиях? — недоумевает Мельников. – Стимулировать российскую собственность может только прозрачность правоохранительной системы».
Игорь Краевский из «Открытия» связывает решение Минтранса с масштабной приватизационной программой правительства России. К стратегическим предприятиям транспортной отрасли относятся вписанные в приватизационный список «Аэрофлот», аэропорт Шереметьево и «Совкомфлот». «Инвестиционный процесс требует либерализации», — замечает аналитик.
57-й закон требует согласования сделок по покупке долей в стратегических транспортных компаниях, но не запрещает иностранным инвесторам покупать имущество таких предприятий. Это Минтранс и ФАС готовы исправить: готовятся поправки, распространяющие ограничения на сделки с «определенными видами имущества стратегических организаций», — уточняет осведомленный источник.
Вторая часть поручения президента – обязать владельцев аэропортов раскрывать структуру собственности – не вызвала возражений в ведомствах. «Минтранс полагает целесообразным введение указанных обязательств», — знает источник «Газеты.Ru». По его данным, раскрытие бенефициаров будет вписано в Федеральные авиационные правила. «Это позволит применить их уже в рамках выдачи или продления сертификата на аэропортовую деятельность. Это актуально в отношении организаций, контроль над которыми был установлен до вступления в силу 57-го закона», — заметил он.
Раскрытие владельцев инфраструктурных компаний по запросу государственных органов соответствует мировой практике, констатирует Краевский.
Но гендиректор аэропорта Толмачева Александр Бородин замечает, что смысл офшорного владения заключается в сокрытии бенефициаров. «С точки зрения государства, раскрытие владельцев обеспечит прозрачность структуры владения, — констатирует он. – Но, с точки зрения менеджмента, главное — чтобы аэропорт развивался и обеспечивал безопасность».
