По словам специалистов, у проблемы принадлежности хребта Ломоносова нет научной составляющей. Дело в том, что традиционно шельфом называют затопленные выровненные окраины континентальной земной коры, непосредственно примыкающие к материку. Шельф продолжается до так называемой бровки, после которой начинается резкий континентальный склон, соединяющий шельф с дном океана. Как правило, глубина шельфа составляет 100-200 метров, и лишь в исключительных случаях может быть немногим больше.
Как рассказал <Газете.Ru> заведующий кафедрой динамической геологии Геологического факультета МГУ профессор Николай Владимирович Короновский, называть шельфом хребет Ломоносова бессмысленно. хотя хребет мог быть таковым ранее. С хозяйственной точки зрения интересно, имеются ли на хребте отложения, типичные для континентального шельфа, в которых могут залегать значительные запасы полезных ископаемых.
Что касается сообщения министерства природных ресурсов (МПР) о соответствии структуры коры хребта мировым аналогам континентальной коры, специалистов это известие не удивляет, поскольку хребет разделяет два участка океанического дна, а между ними ничего, кроме участка континентальной коры быть не может. Результаты сейсмических, сейсмоакустических и гравиметрических измерений, сделанных в ходе двух российских экспедиций в 2005 и в июне 2007 года подтвердили, что структура хребта двуслойна: под гранито-метаморфическим слоем находятся базальты (точнее, гранулито-базитные слои), что характерно как раз для континентальной коры. Именно это и составляет научное содержание сообщения МПР. Раздел этого хребта между государствами находится вне научной плоскости.
Кстати говоря, упомянутые экспедиции не имеют никакого отношения к знаменитой операции по установке российского флага на дне Северного ледовитого океана в начале августа, шум вокруг которой слегка обижает учёных. Роль их коллег в этом деле — тех, кто разрабатывал подводные аппараты и готовил научное обоснование возможности погружения — совершенно не была отмечена.
Кроме того, такие пиар-акции отвлекают внимание от по-настоящему важных и серьёзных исследований, например, глубоководного бурения. Можно сколько угодно мечтать о том, что нефтегазовые запасы Арктики могут быть гораздо крупнее всех остальных известных залежей, однако ответ, есть там нефть или нет, может дать только бурение.
Заведующий лабораторией морской геологии того же факультета профессор Павел Николаевич Куприн рассказал, что несколько лет назад российский ледокол провожал в Арктику два норвежских исследовательских судна, занимавшихся изучением океанского дна. Без всякого шума норвежцы собрали огромное количество научных данных и даже пробурили скважину глубиной около 350 метров, которая дала огромное количество информации об арктической геологии. А теперь, вместо того, чтобы как покойный ныне петербуржский академик Игорь Сергеевич Грамберг собирать полноценные научные данные, наши политики решили «покричать».
«Смешно», — не без печали в голосе подытожил профессор Куприн.
Российские ученые доказали то, что от них ждало руководство страны.
Широко освещавшаяся в росийских СМИ экспедиция «Арктика-2007», в ходе которой на дне Ледовитого океана была заложена капсула с российским флагом, преследовала одну цель – взять пробы грунта и глубоководной флоры, чтобы доказать принадлежность хребта Ломоносова к Сибирской континентальной платформе. Если Россия докажет свои права на арктический шельф, она сможет претендовать на 1,2 млн квадратных километров Арктики, где залегают одни из крупнейших мировых запасов нефти и газа. Пока эти запасы точно не оценены, но, например, МВД США (именно это ведомство занимается охраной и учетом недр) уже подсчитало, что под Чукотским морем может залегать до 15 млрд баррелей нефти (примерно 2,04 млрд тонн) и до 76 трлн кубических футов газа (около 2,12 трлн кубометров).
Территория, на которую сейчас претендует Россия, изначально принадлежала Советскому Союзу, а затем – Российской Федерации. Однако в 1997 году РФ ратифицировала Конвенцию ООН по морскому праву, согласно которой нашей стране осталась лишь двухсотмильная экономическая зона. Таким образом мы потеряли права на остальную часть Ледовитого океана, в том числе и на свою долю Арктики. Сейчас Россия явно намерена восстановить свои права, тем более что конвенция это позволяет: нужно лишь доказать, что шельф является продолжением сибирской платформы.
Владимир Путин уже заявил, что результаты экспедиции «Арктика-2007» «должны лечь в основу позиции России при решении вопроса принадлежности этой части арктического шельфа».
Пять лет назад РФ уже подавала соответствующую заявку в комиссию ООН, однако тогда эксперты сочли притязания необоснованными. Вопрос о новых претензиях России должен быть рассмотрен в 2009 году.
Многие специалисты считают, что под полярной шапкой могут располагаться до 25% мировых запасов углеводородов. А через Арктику пролегает Северный морской путь, являющийся самой короткой трассой из Европы в Америку и Азию. Этот маршрут может стать весьма удобным для транспортировки углеводородов с арктических месторождений.
Неудивительно, что, как только Россия обозначила в августе свои намерения, забеспокоились другие претенденты на арктические углеводороды. Сразу после того как был установлен триколор в Ледовитом океане, собственную арктическую экспедицию отправила Дания.
Основная задача этой экспедиции — взятие проб, которые доказали бы, что хребты арктического шельфа являются прямым продолжением шельфа Гренландии.
Тут же выступили и США, а журнал «Таймс» даже обвинил Россию в «намерении аннексировать весь Северный полюс». Схожие мысли высказывали и американские чиновники. Активизировалась Канада, премьер-министр этой страны Стивен Харпер заявил, что для подтверждения своих претензий на арктические земли страна построит сразу два военных объекта: глубоководный порт в Арктике и военную базу на канадском Крайнем Севере.
«Шумиха вокруг хребта Ломоносова — это просто игра псевдонаучными понятиями, что сильно дискредитирует науку, — говорит ведущий сотрудник Института географии РАН Дмитрий Орешкин (признан в РФ иностранным агентом). — Чтобы доказать принадлежность хребта к России, нужно провести серьезные глубоководные исследования, в частности, глубоководное бурение. В России таких технологий нет и в ближайшее время не будет. В отличие, кстати, от других стран-претендентов». По мнению Орешкина, безусловно, споры по поводу принадлежности шельфа разгорятся с новой силой, но до официального признания хребта Ломоносова частью территории какой-либо страны еще далеко.
Орешкин подчеркнул, что больше шансов будет у той страны, которая первой сможет обосновать свои притязания данными глубинного бурения.
Другой эксперт считает, что страны-претенденты могут начать осваивать Арктику втихомолку, не дожидаясь решения комиссии ООН. Заместитель гендиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин предупреждает: «Поскольку решение о принадлежности шельфа принимается на основе научных данных, до его принятия еще весьма далеко. И сейчас подобное решение в пользу любой страны будет воспринято как ангажированность и пристрастность». По словам Макаркина, учитывая, что исследования, проверки и перепроверки будут тянуться еще долго, каждая из стран-претендентов может начать осваивать Арктику самостоятельно.
