Цивилизация
О новой схеме мошенничества при покупке автомобиля на вторичном рынке рассказал «Газете.Ru» житель Тюмени, автомобилист Николай Голубков. По словам водителя, в 2016 году он купил подержанный седан Chrysler 300C — после тщательных проверок документов на машину, он убедился, что она имеет чистую историю. Однако один из предыдущих владельцев неожиданно объявил машину в угон. В июле 2017 года: автовладельца вызывали в полицию, где сообщили, что его машина находится в розыске и подлежит изъятию для возврата собственнику — жителю Краснодара. Такое решение уже вынес местный следователь, взявшийся за это дело.
Согласно заявлению в полицию, которое написал гражданин Станислав Ежов (фамилия изменена — «Газета.Ru»), автомобиль до сих пор принадлежит ему. Якобы Chrysler 300С у мужчины угнали в июне 2015 года в Краснодаре. В качестве подозреваемого он указал неустановленное лицо, но потом вспомнил, что он сам лично передал автомобиль своему знакомому — некому Ринату Нузуртдинову (фамилия также изменена – «Газета.Ru»). При этом уголовное дело по факту угона возбудили только 14 ноября 2016 года — спустя практически полтора года после фактической пропажи автомобиля.
Машину, по словам Голубкова у него изъяли и поместили на спецстоянку, куда спустя пару дней прибыл «собственник» и уехал на ней в Краснодар. При этом оригиналы ПТС и свидетельство о регистрации на автомобиль остались у Голубкова. После этого автомобилист обратился в суд: он подал иск о признании за ним права собственности на автомобиль. Доказать свою правоту ему удалось, хоть и после множества судебных заседаний, но даже после победы следователи, по его словам, не возвращают ему машину и отказываются идти на контакт.
В пресс-службе ГУ МВД России по Краснодарскому краю «Газете.Ru» сообщили, что в настоящее время в связи со сложившейся ситуацией возбуждено уголовное дело по ч.3 ст. 159 УК России «Мошенничество». От разъяснений о ходе расследования, а также причин, почему автомобилисту не возвращают машину, несмотря на решение суда, в ведомстве отказались, сославшись на ст. 24 Конституции России, ст. 2, ст. 3 п.1 ст. 7 Федерального закона №152 «О персональных данных», ст. 161 УПК России «Недопустимость разглашения данных предварительного расследования».
