Президент США Дональд Трамп в одностороннем порядке продлил режим прекращения огня после того, как иранская делегация отказалась участвовать во втором раунде переговоров в Исламабаде, которые должны были пройти 22 апреля.
Вместе с тем, прежде чем говорить о гипотетическом возобновлении военных действий, следует напомнить некоторые догматы стратегии и оперативного искусства.
В ходе войны с Ираном Вооруженным силам США совместно с Армией обороны Израиля предстояло решить ряд стратегических задач. К основным из них можно отнести: разгром группировок сухопутных войск, ВМС, ВВС и ПВО ВС Ирана; нанесение поражения стратегическим резервам Исламской Республики, срыв их перегруппировок; поражение важных объектов экономики, коммуникаций, системы государственного и военного управления противника.
Надо отдать должное США и Израилю, в ходе начавшейся войны был успешно и с высокой эффективностью решен и ряд оперативных задач: завоевано господство в воздухе, на море и эфире, а также в самые короткие сроки они дезорганизовали систему управления войсками и оружием противника.
Военно-воздушные силы США и Израиля после решения этих задач практически беспрепятственно действовали в воздушном пространстве Ирана и не имели каких-либо существенных потерь в авиатехнике. Безвозвратные и санитарные потери в личном составе оказались минимальными. Казалось бы, вот он, крупный военный успех.
Это, возможно, и давало повод Дональду Трампу заявить в своем обращении к американской нации (2 апреля 2026 года) об ошеломляющих победах США в войне с Ираном. Глава Белого дома тогда также заявил, что Соединенные Штаты близки к завершению ключевых задач военной операции против Тегерана.
«За последние четыре недели наши вооруженные силы одержали быстрые, решительные и ошеломляющие победы на поле боя. Победы, каких мало кому доводилось видеть прежде», — особо подчеркивал в начале апреля американский лидер.
Однако, несмотря на массированные ракетно-авиационные удары ВВС США и Израиля, непрерывно продолжающиеся в течение 40 суток, ни одной из военно-политических задач, которые ставили в Белом доме перед конфликтом (и упоминали об этом), достичь не удалось.
Иран устоял, смены режима в Исламской Республике не произошло, сдаваться руководство в Тегеране отнюдь не собирается, и уже тем более не планирует подписывать с США какие-либо документы капитулянтского характера.
«Взять крепость не трудно, трудно кампанию выиграть»
Так что возникшую ситуацию можно охарактеризовать и таким образом – высокоэффективное решение ряда оперативных задач при полном отсутствии достижения стратегических целей в войне. И, по большому счету, подобное в истории США уже бывало.
К примеру, до сих пор историки, военные и политики не могут однозначно ответить на вопрос: «Как американцы ухитрились проиграть войну во Вьетнаме, если они не проиграли при этом ни одного сражения?»
Подобное случалось и в отечественной военной истории. В афганской войне 1979–1989 годов Советская армия тоже не проиграла ни одного боя, а в целом исход этого конфликта оказался для государства весьма неудачным.
Есть аналогичные, но прямо противоположные примеры и из более ранней российской истории. К примеру, в кампании 1812 года русская императорская армия не выиграла у Великой армии Наполеона Бонапарта ни одного более или менее крупного сражения (разве что свела вничью битву при Малоярославце), и даже при Березине французская Старая гвардия прошла через боевые порядки русских войск как нож через масло.
А вот в целом война для императора Франции завершилась крупнейшей военной катастрофой, гибелью всего 600-тысячного нашествия.
Так что, как говорил Михаил Кутузов: «Взять крепость не трудно, трудно кампанию выиграть». А вот с выигрышем кампании в целом у Дональда Трампа, похоже, наметились очевидные проблемы.
Что делать Трампу?
Вполне возможно, что на одном из совещаний главы Белого дома с представителями высшего руководящего состава Вооруженных сил США обсуждался именно этот вопрос – приведет ли возобновление бомбометания к выигрышу войны в целом? И есть вероятность того, что при ответе на этот вопрос американские генералы проявили мужество и однозначно доложили президенту США – «не приведет». Скорее всего, только этим и объясняется продление перемирия с Ираном.
Хотя ничего исключать нельзя. Операция «Буря в пустыне» 1991 года и ряд последующих кампаний ВС США оставили одно весьма неблагоприятное наследство для американского военного искусства. Она приучила аналитиков и планировщиков в США к мысли, что в будущем можно будет вести войну без существенных потерь.
И эта идея со времен разгрома Саддама Хусейна пришлась особенно по сердцу американским генералам и политикам. Именно по этим причинам (опасаясь значительных безвозвратных и санитарных потерь в личном составе), скорее всего, Белый дом так и не решился на вторжение в Иран группировками сухопутных войск и на проведение морской операции по захвату Ормузского пролива.
Однако еще в 1951 году генерал-лейтенант ВС США Льюис Б. Паллер говорил: «В сущности, американцы хотят воевать, не подвергая себя опасности кровопролития. Это так же невозможно, как выйти из пьяной драки в баре без единой царапины».
По этим причинам, без задействования крупных группировок сухопутных войск ВС США и осуществления масштабных общевойсковых операций на территории Исламской Республики, выиграть войну против Ирана представляется занятием малореальным.
Отсюда, скорее всего, и паузы в конфликте и желание Белого дома отыскать какой-либо приемлемый выход из сложившейся ситуации.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Биография автора:
Михаил Михайлович Ходаренок — военный обозреватель «Газеты.Ru», полковник в отставке.
Окончил Минское высшее инженерное зенитное ракетное училище (1976).
Военную командную академию ПВО (1986).
Командир зенитного ракетного дивизиона С-75 (1980–1983).
Заместитель командира зенитного ракетного полка (1986–1988).
Старший офицер Главного штаба Войск ПВО (1988–1992).
Офицер главного оперативного управления Генерального штаба (1992–2000).
Выпускник Военной академии Генерального штаба Вооруженных сил России (1998).
Обозреватель «Независимой газеты» (2000–2003), главный редактор газеты «Военно-промышленный курьер» (2010–2015).
