В понедельник в Дзержинском суде Петербурга началось второе судебное заседание процесса по делу кражи из Эрмитажа. Подсудимый — муж умершей хранительницы музея Николай Завадский обвиняется в краже 77 предметов искусства.
Завадского вывезли на автозаке из следственного изолятора «Кресты» около 10 утра. Примерно через час, около 11 утра, началось заседание суда. Перед процессом адвокат подсудимого Людмила Михайлова сообщила «Газете.Ru», что сегодня в суде должны выступить свидетели со стороны обвинения, отобранные прокуратурой.
Били допрошены пять работников Эрмитажа: заведующий Отделением истории русской культуры Вячеслав Федоров, его заместитель Ольга Мальцева, младший научный сотрудник этого же отдела Марина Евтушенко, старший научный сотрудник отдела Ирина Кузнецова и музейный смотритель Нина Перцева. Как сообщает «Фонтанка.Ru», все они сообщили, что до обнаружения пропажи меры безопасности в Эрмитаже основывались фактически на доверии к хранителям, и, в принципе, ответственный за предметы при желании мог вынести их за пределы музея.
Впрочем, показания свидетелей заслушали только участники процесса: заседания суда проходят в закрытом режиме. «Процесс закрыт в связи с несогласием Завадского рассматривать его дело публично, — пояснила Михайлова. — Только на его показаниях все построено, как вы знаете, это дело было выделено из другого, основного дела. А моя задача одна — добиться правосудного приговора».
Сейчас, согласно статье 158 УК РФ (кража в особо крупном размере) Николаю Завадскому грозит от 5 до 10 лет лишения свободы и возмещение Эрмитажу миллионных убытков.
Первое заседание суда состоялось еще 9 января 2007 года — и тогда же процесс мог закончиться. Дело в том, что после оглашения обвинительного заключения Завадский признал свою вину и попросил суд вынести решение в особом порядке — то есть сразу. Однако выяснилось, что обвиняемый не согласен с суммой ущерба. Эксперты — искусствоведы Эрмитажа оценили стоимость похищенных вещей в 14 млн 813 тыс. рублей. Но поскольку часть была возвращена петербургскими скупщиками и коллекционерами (к настоящему времени это 31 предмет), запросы музея сократились фактически вдвое — до 7 млн 387 тыс. рублей. Однако и эта сумма Завадского не устроила. В результате дело решили слушать в общем порядке и перенесли заседание на 22 января.
Факты хищений из Эрмитажа вскрылись в июле 2006 года, когда стали известны результаты плановой проверки хранилища. По данным следствия, с 1993 года Лариса Завадская с супругом смогли незаметно вынести из охраняемого хранилища десятки предметов искусства — все 12 лет проверки в этом отделе музея не проводились.
Еще осенью 2005 года, когда стали известны первые данные о пропаже, Лариса Завадская скончалась на рабочем месте от сердечного приступа.
А летом был задержан 56-летний Николай Завадский, а также его сын, а затем и бывший коллега Иван Соболев. Кроме того, в СИЗО оказался известный антиквар Максим Шепель, у которого обнаружили один из украденных из музея экспонатов.
Однако вскоре выяснилось, что ни Шепель, ни Завадский-младший, ранее работавший в музее вместе с матерью, ни Иван Соболев, которого считали организатором хищений, не попадут на скамью подсудимых. Шепель не знал о том, что приобретенный им предмет был украден из Эрмитажа, против Завадского-младшего не нашлось доказательств, а по делу Соболева уголовное преследование было прекращено в середине ноября за истечением срока давности.
Преподаватель Института физкультуры им. Лесгафта Николай Завадский-старший, в отличие от всех остальных, на первых же допросах сознался в причастности к кражам.
В его доме при обыске нашли около 70 корешков квитанций из двух петербургских ломбардов, куда он сбывал вынесенные супругой из музея ценности. О судьбе других 150 экспонатов Завадский ничего сообщить не смог. Его адвокат Людмила Михайлова не исключила, что к краже этих предметов могли быть причастны другие лица. По словам защитника Завадского, хранительница музея и ее муж не были причастны к краже наиболее ценных вещей — заработанных на краже денег им хватало лишь на еду и одежду.
Никто из руководства Эрмитажа ответственности за случившееся не понес. Михаил Пиотровский отделался лишь выговором от Михаила Швыдкого.
В ноябре дело Николая Завадского было выделено в отдельное производство.
Еще одно дело — в отношении Ларисы Завадской — ранее было прекращено в связи с ее смертью. Расследование основного уголовного дела, в котором фигурируют «неизвестные лица», продолжается.
