В среду начались вступительные экзамены в одном из самых престижных вузов страны – МГИМО. Чтобы развеять славу «блатного» вуза, ректорат пошел на беспрецедентные меры борьбы за прозрачность процедуры приема. Их разработало и предложило МГИМО Общество защиты прав потребителей образовательных услуг (далее — Общество). Эта же общественная организация взяла под свой контроль всю приемную кампанию вуза, а ее глава Анатолий Сидоренко возглавил к тому же апелляционную комиссию МГИМО.
Уже за час до начала испытаний на ступеньках у главного входа МГИМО собралась толпа абитуриентов и родителей. Последних, правда, тут же отсекли. В здание (через турникеты, по паспортам и экзаменационным листам) впустили только сдающих экзамены. По отдельному именному списку вошли представители общественного контроля и пресса. Родители остались томиться в неизвестности снаружи.
Первый экзамен — математика. Ее сдавали сразу в восьми поточных аудиториях. Какой именно набор вариантов писать, вызвался определить один из абитуриентов (как потом оказалось, Василий Нетёсов с Камчатки). Он спустился со своего места к установленному на лекторской кафедре лототрону, крутанул его и вытащил шар с цифрой 5. Члены комиссии извлекли восемь запечатанных пакетов под тем же номером, каждый из которых содержал набор из десятка вариантов. Представители Общества разнесли пакеты по экзаменационным аудиториям, где и остались наблюдать за тем, как пишут экзамен, а затем сдают работы.
Собранные работы — опять же в присутствии наблюдателей — отнесли в комнату шифровальщиков, а затем на проверку преподавателям.
В этот момент обычно и происходят злоупотребления, рассказал «Газете.Ru» Анатолий Сидоренко.
Единственной гарантией от жульничества, подчеркнул он, является обезличка поданных работ. «Принцип один: проверяющий и выставляющий оценку преподаватель не должен знать, чья у него работа. И как это сделать, мы придумали»,— заявил он.
Механизм оказался несложным. Доступ в комнату, где шифруются работы, имеет помимо трех постоянно находящихся там шифровальщиков только Анатолий Сидоренко. В его присутствии каждая работа дважды проштамповывается индивидуальным номером: один раз на титульном листе, другой — на первой странице самой работы. После этого титульные листы отделяются и убираются в сейф. Сейф запирают и опечатывают двумя печатями: вузовской и Общества защиты прав потребителей образовательных услуг. Таким образом, имен авторов никто не узнает, пока не появятся оценки. А значит, они будут справедливыми, уверен Сидоренко.
После этого зашифрованные и обезличенные работы поступают на проверку преподавателям. Здесь также постоянно находятся представители Общества, они же снабжают всех преподавателей одинаковыми ручками для исправления ошибок.
Больше в эти аудитории также никого не пускают, так что сообщить проверяющему номер шифра никто не сможет.
Оценки преподаватели, как и положено, проставляют в ведомости, но не по фамилии — а по шифру. В таком виде ведомости возвращаются к шифровальщикам, которые вписывают фамилии к уже выставленным оценкам. После этого данные об оценке, полученной абитуриентом, уходят в АИС — централизованный вузовский банк данных об итогах сдачи экзаменов. «Суть в том, что фамилии воссоединяются с результатами в ведомости только после проставления оценок. А это — гарантия от злоупотреблений», — убеждены в Обществе.
За первые несколько часов приемной кампании в МГИМО активисты Общества не выявили никаких нарушений. Однако журналисты тут же предложили свои варианты обхода заслонов, прежде всего с помощью ручки с бесцветными чернилами, купить которую не составляет никакого труда. Ею можно пометить работу так, что увидеть пометки смогут только нужные люди, а не проверяющие. Непосвященным же работа будет казаться «обезличенной».
Есть, как выяснилось, и особый прием, позволяющий вытащить из лототрона нужный шар с номером. Его перед началом розыгрыша, в отличие от всех прочих, долго держат в морозильнике. Наконец, в запасе у мошенников имеются и номера с переодеваниями, когда вместо одного человека сдавать экзамен приходит совсем другой, как правило, это студенты, изучающие профильные дисциплины, а иногда даже и молодые преподаватели по ним же. В том же МГИМО в 2005 году был выявлен с десяток подобных случаев.
Подставившимся абитуриентам тогда, конечно, поставили двойки, однако наказать как следует мошенников не смогли: в УК отсутствует статья, по которой можно это сделать.
В Обществе обозначившиеся новые перспективы оценили и пообещали «взять на карандаш». Анатолий Сидоренко пообещал проинформировать «Газету.Ru» о развитии событий.
