Верховный комиссар ООН по правам человека Луиза Арбур прилетит в Москву в воскресенье и останется в России до следующей субботы. Больше всего времени она потратит на Северный Кавказ. В понедельник Арбур отправится в Ингушетию, где встретится с Муратом Зязиковым, местными правозащитниками и беженцами из лагеря в селе Гамурзиево. На следующий день комиссар ООН приедет в Чечню и побеседует там с президентом Алу Алхановым и и. о. премьера Рамзаном Кадыровым. Ключевое событие произойдет в среду. На этот день у Арбур запланирована поездка в Беслан. Кроме визита в пострадавший от теракта город, комиссар посетит психологический реабилитационный центр для жертв теракта во Владикавказе и встретится с президентом Северной Осетии Таймуразом Мамсуровым.
Для российских властей время для приезда в Беслан верховного комиссара ООН по правам человека выбрано самое неудачное. Арбур наверняка поговорит с родными погибших в Беслане детей, а у них накопилась масса претензий к тому, как российское руководство расследовало теракт.
Сейчас как раз подошел к концу суд над Нурпашой Кулаевым, единственным террористом, которого взяли живым: на процессе объявлен перерыв до вынесения приговора. Бесланцы, которые безуспешно пытались заставить суд искать виновных среди властей, боятся, что процессом над Кулаевым расследование ограничится.
Сегодня пошел девятый день с того момента, как женщины из комитета «Голос Беслана» объявили голодовку в знак протеста против того, что суд заканчивается, так и не затронув главных вопросов.
В пятницу, на восьмой день голодовки, на нее впервые обратили внимание федеральные власти. Полпред президента в Южном округе Дмитрий Козак, с которым, кстати, тоже будет встречаться комиссар ООН, назвал протест бесланских женщин заблуждением. «К сожалению, люди, объявившие голодовку, очень заблуждаются в тех требованиях, которые они сегодня выдвигают, — заявил Козак. — Требовать сегодня осуждения, оценки деятельности федеральных органов власти в рамках рассмотрения дела гражданина Кулаева невозможно. То, что было за пределами школы, внутри которой находился Кулаев, не имеет к этому никакого отношения». «Не надо нам внушать эти умные мысли, что мы можем, а что нет, — ответила полпреду председатель комитета «Голос Беслана» Элла Кесаева, с которой связалась «Газета.Ru». – У нас есть доверие к Козаку, но он сам заблуждается, эти слова мы слышали еще от Шепеля (замгенпрокурора по ЮФО. – «Газета.Ru»)».
По всей видимости, реакция Козака последовала после того, как с голодающими пообщался федеральный инспектор по Северной Осетии Борис Баликоев. На днях он выслушал требования «Голоса Беслана» и пообещал довести их до полпреда. Формально Козак прав. Дело Кулаева является выделенным из основного дела по Беслану. Однако по ходу процесса уже не раз поднимались вопросы, далекие от действий подсудимого, также вызывались свидетели, которые никак не могли прояснить действий Кулаева. По сути, суд над Кулаевым давно стал местом расследования самого теракта, а не степени причастности к нему одного человека. Акция женщин из «Голоса Беслана» началась девятого февраля, сразу после очередного заседания суда, когда замгенпрокурора Шепель, возглавляющий группу обвинения, заявил о завершении дела. Председатель «Голоса Беслана» Элла Кесаева объявила о бессрочной голодовке. «Мы выражаем протест по поводу завершения судебного следствия, расследование велось необъективно, не назвали истинных виновных, и на основное дело у нас нет никаких надежд», — сказала Кесаева.
Сразу после этого семь женщин отправились в свой бесланский офис, где начали свою акцию. По ходу голодовки женщины сформулировали свои требования более четко. «Мы считаем, что большинство заложников погибло в школе от рук тех, кто стрелял по захваченной школе из танков, огнеметов, гранатометов, крупнокалиберных пулеметов, реактивных штурмовых гранат», — заявили женщины.
«Бесланский суд остановили именно тогда, когда показания должны были давать те, кто приказал применить тяжелое вооружение по 28 террористам и 1128 заложникам. Мы хотим знать, кто дал приказ начать штурм в 13.02 3 сентября 2004 года. Мы хотим знать, почему начали «спасение» с обстрела огнеметами спортзала, полного детей. Мы требуем проведения нового расследования, с привлечением независимых (в том числе и иностранных) экспертов», — считают голодающие.
«Сейчас нам внушают, что мы чего-то не понимаем, что нельзя требовать всего в рамках одного дела Кулаева, – сказала «Газете.Ru» Кесаева. — Мы все понимаем. Понимаем, что наших детей могли спасти, но не спасли. И мы не уверены, что основное дело по Беслану вообще будет. Мы не доверяем генпрокуратуре. Нам даже не позволили вызвать всех свидетелей, что мы просили. Все потому, что они боятся лишних свидетелей, что какие-то фрагменты тех событий опять поднимутся».
Несколько женщин уже не выдержали голодовки. Накануне была госпитализирована Эмилия Бзарова, у нее резко упал уровень сахара в крови и участилось сердцебиение. Однако, как сообщила Элла Кесаева, даже в больнице, лежа под капельницей, Бзарова продолжает отказываться от еды. «Мы ее уговариваем остановиться, но она думает, что подведет нас, если сделает это», — сказала Кесаева. Остальные женщины, по словам Кесаевой, также чувствуют слабость. Рядом с голодающими находится врач. Сейчас в офисе «Голоса Беслана», где даже нет теплой воды, бессрочную голодовку продолжают четыре женщины. «Пока можем держаться на ногах, будем продолжать», — сказала «Газете.Ru» Кесаева.
В еще одном бесланском комитете «Матери Беслана», тоже добивающемся правдивого расследования, инициативу «Голоса» не поддержали. «Мы считаем, что дело Кулаева уже нужно прекратить и переходить к основному делу, в рамках которого будут выдвигаться ходатайства по поводу привлечения к уголовной ответственности Александра Дзасохова (бывший глава Северной Осетии), Валерия Андреева (экс-начальник УФСБ республики), Казбека Дзантиева (бывший глава МВД Северной Осетии) и других, — объяснила глава комитета Сусанна Дудиева. – В общем, людей, которые в силу своих должностных полномочий призваны были спасать, но не справились с ситуацией».
