Во вторник руководитель Комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина рассказала о том, что свидетельниц по делу 20-летней Зары Муртазалиевой, обвиняемой в подготовке теракта в столице и вербовке москвичек в террористки-смертницы, заставили ее оговорить. По официальным данным, Муртазалиева была задержана «в ходе реализации оперативной информации» 4 марта 2004 года возле гостиницы «Комета» на проспекте Вернадского. При осмотре в сумке, которая находилась в руках задержанной, оперативники обнаружили 196 граммов пластита.
По версии следствия, она собиралась взорвать эскалатор в торговом центре «Охотный Ряд» на Манежной площади и готовила в шахидки двух своих русских подруг.
Сейчас Муртазалиевой предъявлены обвинения по двум статьям УК: 205-й (вовлечение в совершение преступлений террористического характера) и 30-й (подготовка преступления). Однако на вопрос, почему Зара Муртазалиева стала террористкой, следствие так и не ответило.
«Фальсификация уголовных дел против чеченцев стало вполне обычным явлением. Но эта ситуация выбивается из общего ряда. К нам обратились не пострадавшие от действий правоохранительных органов чеченцы или их близкие, а мать свидетельницы», — заявила Ганнушкина. По ее словам, в конце октября 2004 года к ней пришла обеспокоенная мать Анны Куликовой, одной из свидетельниц по делу Зары Муртазалиевой. Как говорит правозащитница, Валентина Куликова заявила, что во время предварительного следствия в Никулинской прокуратуре на девушек давили, им «подсказывали» показания и предупреждали, что в противном случае обе свидетельницы рискуют превратиться в обвиняемых.
Ганнушкина процитировала слова Куликовой: «Моя дочь не хочет, чтобы ее действия стали причиной осуждения ее подруги за преступления, которых та не совершала. Мы не хотим, чтобы это осталось на нашей совести».
После этого Куликова рассказала историю знакомства будущих свидетельниц и обвиняемой. По ее словам, в сентябре 2002 года две подруги – Дарья Воронова и Анна Куликова — приняли ислам. Через некоторое время в мечети они познакомились с Зарой Муртазалиевой. Она работала в страховой компании «Вита-полис», а в столице снимала комнату. Через некоторое время Муртазалиевой отказали в жилье и Анна Куликова привела ее к себе пожить, пока та не снимет новую квартиру. «Однажды Муртазалиеву задержали за отсутствие регистрации. В этой ситуации ее выручил сотрудник РУБОПа – некий Саид, с которым она познакомилась в милиции. Он даже дал ей номер телефона, чтобы она обращалась к нему за помощью в подобных ситуациях», — рассказала Ганнушкина.
В конце января 2003 года девушки решили поселиться вместе в отдельной квартире. Незадолго до их переезда на работу к Валентине Куликовой пришел сотрудник ФСБ, который интересовался, при каких обстоятельствах ее дочь познакомилась с Муртазалиевой. Кроме того, он предложил Куликовой просмотреть вещи дочери и ее новой подруги. Напуганная Куликова согласилась. При обыске сотрудники ФСБ наткнулись на фотографии, которые девушки делали в районе метро и торгового центра «Охотный ряд» сразу после Нового года. Как объяснила мать Куликовой, «девочки просто снимали сценки, которые им показались забавными». Затем сотрудники ФСБ удалились, попросив Куликову ничего не рассказывать дочери о случившемся.
Через некоторое время Анна Куликова и Зара Муртазалиева переехали. А затем Муртазалиеву задержали возле метро «Китай-город», недалеко от ее места работы.
«Девушку привезли в отделение милиции, проверили документы, сняли отпечатки пальцев, после этого отпустили мыть руки. Когда она вернулась, из сумки извлекли пластит», — рассказала Ганнушкина.
Как рассказала правозащитница, на допросы стали вызывать близких подруг Муртазалиевой. «Им сказали, что Муртазалиева получала за их вербовку деньги, на которые в Чечне строится дом. Показывали расшифровки «прослушки», правда подчеркивая, что не должны этого делать, но делают, так как желают добра русским девушкам. Потом заявили, что, вообще-то, могли подбросить им гранату, но не стали этого делать. В итоге обе свидетельницы подписали показания. Ситуация была настолько сложной, что обе они вынуждены были обзавестись адвокатами», — рассказала правозащитница.
По мнению Ганнушкиной, дело было просто сфабриковано.
«Чем больше невинных людей будет осуждено за терроризм, тем больше будет терроризма. Кроме всего прочего, представить себе, что 20-летняя жизнь ломается из-за желания устроить показательный процесс – страшно», — заявила она.
О подробностях этого дела во вторник говорила и адвокат Муртазалиевой Зезаг Усманова. По ее словам, за девушками уже давно велось постоянное наблюдение, а на квартире, куда переехала Муртазалиева, установили прослушку. Не последнюю роль во всем этом сыграл сотрудник РУБОПа Саид. Как объяснил он сам в материалах дела, с Муртазалиевой он познакомился по указанию руководства. «По указанию руководства после встречи в милиции он приехал к Муртазалиевой на работу, чтобы поближе познакомиться с ней и узнать о ней побольше. По указанию руководства он нашел для девушки жилье – комнату в общежитии на проспекте Вернадского, часто навещал подруг и не брал денег за квартиру», — рассказала адвокат.
По словам Усмановой, на сегодняшний день никаких доказательств вины Муртазалиевой нет.
«Кроме того, свидетельницы не говорят, что Муртазалиева уговаривала их совершить теракт. Они лишь заявляют, что она могла оказывать психологическое давление, рассказывая о том, что происходит в Чечне», — рассказала адвокат.
«Первоначально в постановлении о возбуждении уголовного дела говорилось о том, что Муртазалиева прошла подготовку под городом Баку в лагере террористов-смертников. Однако потом эти обвинения отпали, так как Азербайджан опроверг информацию о том, что на его территории существуют лагеря смертников», — сообщила Усманова. Но все другие обвинения остались в силе, говорит адвокат, хотя «на пластите нет ее отпечатков пальцев».
Правда, и самого пластита нет. Во время проведения экспертизы он был уничтожен.
«С кем Муртазалиева вступала в контакт, у кого приобретала пластит, следствием не установлено. В материалах дела так и говорится – неуставновленная группа лиц, указание об организации теракта она получила от не установленного следствием источника и пластит приобрела, неизвестно у кого», — рассказала Усманова. На очной ставке с Муртазалиевой, говорит адвокат, Анна Куликова расплакалась и сказала Заре: «Прости, у нас не было другого выхода!».
