На сегодняшнем заседании суда гособвинитель добился от Михаила Ходорковского (признан в РФ иностранным агентом и внесен в список террористов и экстремистов) признания, что МЕНАТЕП действительно стоял за приватизацией завода «Апатит». Этот факт, который несколько последних заседаний старательно пытается доказать прокурор Дмитрий Шохин, допрашивая на эту тему первых свидетелей, никто и не собирался скрывать.
Ходорковский заявил, что ему кажется, что прокурор занимается выяснением очевидных вещей, поэтому он решил дать пояснения о характере участия МЕНАТЕПа в приватизации «Апатита».
Как рассказал подсудимый, банк, где он на тот момент являлся председателем совета директоров, оказывал услуги юридическим и физическим лицам, в том числе по их участию в приватизационных аукционах. Среди них была и разработка наиболее выигрышной для клиента стратегии. В числе одной из таких стратегий было «выставление нескольких заявок в конкурсе», и это было обычным и законным делом. «Это делается и сейчас», — пояснил суду экс-глава ЮКОСа. По словам Ходорковского, на тот момент таких «системообразующих банков» было менее десяти, а аукционов проводилось сотни, если не тысячи. Кроме того, он напомнил, что МЕНАТЕП рекламировал себя как инвестиционный банк России № 1 и его действия всегда были публичными, а обращение сотрудников банка в качестве клиентов не запрещалось внутренними инструкциями.
«Более подробно об участии банка в приватизации я буду готов рассказать после оглашения всех свидетельских показаний», — пообещал Ходорковский. Однако обвинитель все-таки попробовал задать ему дополнительные вопросы (например, посредством какой фирмы происходило участие банка в приватизации завода). Отвечать на них Ходорковский отказался, так как они не были связаны с разъяснением смысла его показаний.
В ходе дальнейшего заседания суд во вторник допросил третьего свидетеля — бывшего губернатора Мурманской области Евгения Комарова. Нынешний глава фонда «Центр помощи беспризорным детям» Торгово-промышленной палаты России Комаров, возглавлявший Мурманскую область пять лет — с 1991 по 1996 год, лично руководил конкурсом по продаже 20% пакета акций «Апатита». Он признал, что нарушений законодательства в приватизации завода не было, при этом, по его словам, лучший вариант инвестиционной программы предложило АОЗТ «Волна». Это полностью расходилось с фактами, изложенными обвинением, но адвокаты и прокурор не стали задавать вопросов, решив, видимо, что немолодой губернатор просто забыл, что конкурс на самом деле выиграла другая фирма, которая отказалась от акций в пользу АОЗТ «Волна», и у организаторов не было другого выхода, как отдать их «Волне».
По словам свидетеля, возникла необходимость «немедленно решать ситуацию с финансовыми проблемами «Апатита», нарастал социальный взрыв. Если верить бывшему мурманскому губернатору, завод должен был вот-вот встать, дело доходило до того, что посетители врывались к нему в кабинет и забирались на стол, собирались перекрыть федеральную трассу. «Мы все пытались найти выход из сложившейся ситуации, но лучшей инвестиционной программы, чем у «Волны», не было», — сказал свидетель.
Успокаивать социальный взрыв губернатор поехал на завод уже вместе с Ходорковским. «Не представляю, что бы было, если бы он не приехал», — признался свидетель.
По его словам, бизнесмен сумел успокоить рабочих — он сохранил им все льготы, оплатил долги завода, а также не произвел необходимого кардинального сокращения работников — тоже из соображений социальной ответственности. В то же время Комаров заявил, что инвестиционные программы инвесторами не выполнялись, особенно «в части социальной сферы».
Тут в этом вопросе решил разобраться сам Ходорковский. Он попросил у суда инвестиционный договор АОЗТ «Волна» и конкретно по пунктам стал спрашивать о выполнении тех обещаний, которые были записаны в договоре. — Было ли обеспечено производство апатитового концентрата на 6 миллионов тонн в год? — Да. — Были ли сохранены на заводе рабочие места? — Да, была даже излишняя численность для того объема производства, который был нужен.
Далее, отвечая на вопросы Ходорковского, экс-губернатор признал по пунктам (или заявил, что не помнит) выполнение всех пунктов в главе «Дополнительные условия по сохранению рабочих мест, социальных гарантий и льгот инвестиционного договора».
Свидетель сообщил, что инвесторы погасили задолженность «Апатита» за транспортные расходы и электричество в размере 38 млрд рублей, однако далее инвестиций не последовало, «в связи с чем фонд имущества Мурманской области обратился в Арбитражный суд». Отвечая на вопросы, свидетель заявил, что инвесторы не построили Дом ребенка, аэропорт, не запустили троллейбусный маршрут Кировск – «Апатит».
Однако, когда адвокаты показали ему инвестиционную программу, он не смог там найти этих обязательств и сказал, что все это было закреплено в некотором дополнительном документе, которого нет в материалах дела.
Также Комаров заявил, что знал о том, что за «Волной» стоял МЕНАТЕП. Правда, узнал он об этом от ныне покойного экс-главы фонда имущества области Вагиса Хакимова, которому, в свою очередь, это сказал кто-то из работников «Волны».
После этого свидетеля Комарова отпустили. В четверг на суде продолжится допрос других свидетелей обвинения. «Газета.Ru» следит за процессом.
