— Александр Анатольевич, чем вы объясняете такое изменение электорального рейтинга президента по сравнению с мартом 2004 года, когда проходили выборы? — Даже странно сравнивать рейтинги в предвыборный и выборный месяцы с сегодняшней ситуацией. Мало того, что рейтинги подвержены колебаниям.
Если посмотреть на весь прошлый год, рейтинги Путина колебались в тех же пределах – 45–50% в зависимости от нескольких факторов, включая погоду, праздничные-непраздничные моменты. Я могу сказать, что в начале года, каждый январь, цифра традиционно выше.
Рейтинг работает, как машина безальтернативного правления.
Алексей Кара-Мурза, член политсовета СПС: «Запущенная машина безальтернативного правления продолжает исправно ходить. Это падение рейтинга в принципе остановится, думаю, как раз на этой цифре. Многие так ждут этого падения, что просто смотрят в микроскоп на путинские рейтинги. Я думаю, это не является моментом необратимого падения популярности. Он может сместиться только в условиях, если появится внятная Путину альтернатива. А ее пока нет. Как только в Кремле начнут думать о преемнике или кто-то из претендентов сам скажет, что не согласен с курсом Кремля, мы увидим не только падение рейтинга, но и наличие фигур, которые президентский рейтинг будут перетягивать на себя. Поэтому пока машина безальтернативного правления ходит хорошо».
Возможно, люди оглядываются назад, подводят итоги. Может, их оценка зависит от новогоднего настроения. Но в большей мере, конечно, на снижение рейтинга повлияло то, что в обществе идет обсуждение вопроса, по поводу которого существует большая группа недовольных или недоумевающих людей. Это вопрос об отмене льгот. Такого рода масштабные события заставляют людей думать о человеке, который у нас в стране влияет на все. Но если бы вы спросили, а как в комплексе влияют все эти условия, я бы сказал, что незначительно. Давайте смотреть, что будет на следующей неделе.
— А президентский рейтинг падал в течение первого срока на такие позиции? — В слове «падал» есть некая тенденция, это не совсем так.
— Можно сказать: уменьшался. Он уменьшался на протяжении полугода. Сейчас президент не выиграл бы в первом туре… — Это неверно. Рейтинги считаются от 100% населения. Предположим, что из 100 человек в нашем опросе 49 говорят, что будут голосовать за Путина. Представим, что, когда будут выборы, на них придет больше половины из 100: допустим, 60 человек. Так вот, допустим, из этих 60 на выборы придут все 49 сторонников президента. Получается, что за него проголосуют около 80–90%. Перед выборами в 2000 году у него был рейтинг 46%. Этого хватило, чтобы победить в первом туре. Это настолько непринципиально для арифметики, что обращать на это внимание не стоит. Слово «упал» неадекватно. Надо посмотреть еще несколько месяцев. Вспомните «Курск». Сколько говорили о том, что рейтинг президента рухнет. В результате цифра была 46%, потом 43%, потом 49%. После 11 сентября 2001 года она поднялась до 51%, потом до 55%. По марту 2004 года средняя была 56%.
— Можно предположить, что такая «стагнация» президентского рейтинга объясняется отсутствием конкурентов у Путина или тем, что власть не нашла преемника и сам президент никак о нем не заявил?
Рейтинг Путина не затронет банковский кризис.
Борис Макаренко, заместитель директора Центра политических технологий:
«3%, на которые упал президентский рейтинг, это цифра в пределах статистической погрешности. Что касается 7%, на которые упал рейтинг с марта, это естественно. Пока такие цифры замечены только первый раз, будет или нет тенденция падения, пока сказать невозможно. У нас есть данные, что некоторое раздражение в обществе, связанное с началом реформы по отмене льгот, есть. Те реформы, которые сегодня затеяны, до общества дойдут с некоторым промежутком во времени, поэтому снижение может быть, а может и не быть.
Но, уверяю вас, ничего обвального не будет, так как новость о начале отмены льгот быстро забудется. А банковский кризис, который сейчас разворачивается и тоже может повлиять на рейтинг президента, не массовый. Это не 1998 год, когда пострадали миллионы граждан. В результате этого кризиса могут пострадать десятки, максимум сотни тысяч людей. В масштабах России для многомиллионного населения это менее одного процента». — Мы сейчас говорим о том, как воспринимает президента простое население. Оно воспринимает только по тому, что происходит на экране телевизора. Оно не политизировано, политика его касается косвенно. Тема преемника находится вне горизонта этих людей: их волнуют дети, деньги, сломанный автомобиль, льготы, но в том смысле, что им будут давать маловато или многовато денег. То есть их волнует по существу, обманут их или нет.
— Хорошо, вы можете прогнозировать, что президентский рейтинг изменится очень сильно в результате принятия закона о монетизации льгот? — Я могу прогнозировать, что на несколько пунктов, на два-три, рейтинг изменится. Но на сегодняшний день нет никаких тенденций.
— На 4% увеличилось число тех, кто не пойдет голосовать вообще, если выборы состоятся в эти выходные, и на 5% — число тех, кто против всех. Как объяснить это? — Это люди, предположительно те, кто голосовал на выборах за Путина, но у них сегодня тревоги по поводу льгот на душе. Но в принципе некорректно давать такие объяснения, додумывая причины за людей.
— Чем тогда объясняется падение рейтинга Николая Харитонова с 9 до 5%? Ведь он-то против монетизации… — Ну а где он, Харитонов? Вы его где-нибудь видите, что-то о нем слышите? Когда-то самый высокий рейтинг был у Лебедя. Когда его сняли с поста председателя Совбеза, его рейтинг вообще медленно рассосался. Я вообще удивляюсь, как фамилию Харитонова называют. Симпатия ушла, и нет его.
